Переключение передач (ЛП)

Он скучал, нуждался в работе, свободе и друзьях. Он бы не отказался и сексом заняться, отчего вспомнился симпатичный парень, владелец секс-шопа.
Естественно, третья по счету бутылка смазки за три недели ему не уперлась. Его тянуло к этому парню. У Рода короткие темные волосы, круглое лицо, из-за которого он выглядел младше тех, кто его обычно привлекал, а проклятой задницей он Лэндона добил. Впервые войдя в магазин, Лэндон тут же его захотел. С ним определенно было бы лучше, чем в компании руки и «Распутника». Но потом Род упомянул работу. Если он правда мог помочь с работой, не хотелось бы трахом все испоганить.
Оттого он и сидел на детской кровати в одиночестве, а мать обреталась в соседней комнате. Как так вышло, что его жизнь стала такой?
Он обвел комнату взглядом. Слава богу, постеры с полуголыми девицами давно испарились. Комната изменилась с тех пор, как ему было восемнадцать, но ощущение духоты и одиночества никуда не делось.
Раздался стук в дверь, и Лэндон бросил смазку под подушку, словно ему опять восемнадцать. Господи, как он справится? Надо найти работу и собственное жилье. Жить в одном городе — это еще куда ни шло, но не в одном доме.
— Входи.
Мать толкнула дверь.
— Привет. Чем занимаешься?
Она успела приодеться, стянуть волосы в пучок и нанести макияж. Повесив сумку на плечо, она улыбнулась.
— Да ничем. Уезжаешь?
— Да. Уверен, что не хочешь пойти со мной и Шенен?
Они собирались за покупками. Идти он определенно не хотел.
— Да, мне и так хорошо.
— Можем встретиться за обедом. Джейкоб ведет нас в стейк-хаус.
Она улыбнулась от уха до уха, видимо, жених Шенен приводил ее в восторг. Мать всегда была романтиком, вечно надумывала всякого по поводу отношений с отцом, дружбы, что перетекла в любовь. Но она не ожидала того, как все обернется. Вероятно, в Шенен она видела второй шанс.
— Нет, спасибо. Хочу вечером отдохнуть.
Она снова улыбнулась. Лэндон хотел, чтобы так было всегда, чтобы она всегда радовалась.
— Здорово, что ты приехал домой, Лэндон.
В ответ он попытался изобразить улыбку, хотя улыбаться вовсе не хотелось.
— Здорово вернуться домой.
С тихим щелчком дверь закрылась. Испытывая чувство вины, он пожелал, чтобы слова стали правдой.
  
Глава 2
 
— Я влюбился, — выдал Род, как только Брюс ответил на звонок.
Брюс захохотал.
— Да ну тебя к черту.
— Что? Почему так трудно поверить, что я влюбился? — Он скрестил руки на груди, словно Брюс видел, как он надулся.
— Потому что я тебя знаю.
Род поморщился; слова Брюса задели. Он без промедлений поставил под сомнение, что Рода мог кто-то заинтересовать. Но потом он вспомнил, что любил быть свободным и заниматься кем пожелает и чем пожелает. Больше он ни в чем не нуждался.
— Ладно, возможно, ты меня знаешь, но я мог бы влюбиться, если б захотел. Я мог бы влюбляться каждый гребаный день, а с этим парнем я виделся уже трижды и до сих пор влюблен.
С минуту Брюс молчал.
— Виделся, виделся... Типа ходил на свидание? Или трахался?
Черт.
— Вообще-то ни то ни другое...
Брюс разразился смехом, и Род задумался, не сбросить ли вызов. Вот же козел.
— Он мотомеханик. Отдай трубку Нику. Он поймет. У него явно пунктик на таких парней. Он меня поддержит.
— Ну мужчины вроде меня неотразимы...
Донесся хохот Ника. Видимо, он находился довольно близко к Брюсу и слышал, что говорил Род.
— Я помешал? Давайте перейдем на видеочат, и вы продолжите то, на чем остановились. Вы даже не догадаетесь, что я смотрю.
В этот раз они захохотали вдвоем. Род тоже не сумел сдержать улыбку. Они очень сблизились с тех пор, как эта парочка неуверенной походкой вошла в магазин, где он раньше работал, в поисках первого дилдо. У обоих первые отношения с мужчиной, и, по-видимому, природа Ника не обделила. Повезло же Брюсу.
Это случилось больше года назад. За это время Ник и Брюс открылись своим родным и переехали в новый дом, куда периодически приглашали Рода на ужин. Им с Брюсом нравилось вгонять Ника в краску.
  
— Приколист. Чего еще новенького? — спросил Брюс.
— Тебе, случайно, не нужна помощь в мастерской? Лэндон говорил, что только переехал и ищет работу. Я пообещал спросить у тебя.
— В принципе... ты как раз вовремя. Вчера кое-кто подал заявление на увольнение, так что мы в поиске. Пусть заполнит анкету. Но ничего обещать не могу. Надо проверить его опыт, посмотреть, как он впишется. В общем, передай, чтобы заскочил. К тебе в магазин реально пришел гей-мотомеханик? А я-то считал себя единственным.
Род засмеялся.
— Думаешь, раз ты не единственный гей-мотомеханик, которому нравится покупать у меня секс-игрушки, значит, тебя отодвинули на второй план? Тебе станет легче оттого, что он би? Хотя, наверное, ты тоже. Тебе станет легче оттого, что он покупает только смазку? И ты был у меня первым. Ты всегда будешь мне дорог.
Послышался громкий смех Ника.
— Пошли вы на хер, — сказал Брюс, а они захохотали еще громче.
После того как смех стих, они поболтали еще несколько минут, после чего Род сказал, что ему пора. Надо позвонить Кареглазику и спасти его.
Прихватив из кухни стакан воды, Род уселся в кресло в гостиной. Телевизор работал тихо. Он смог себе позволить этот небольшой дом с двумя спальнями только потому, что купил его на полученные после смерти отца деньги. А эти самые деньги он получил лишь потому, что отец, видимо, решил, что Род мечтал помудохаться со старым домом в Оклахоме.
Папаша приложил все силы, чтобы Роду после его смерти не досталось ничего — не то чтобы Род чего-то хотел от этого кретина, — кроме старого дома c просевшим фундаментом. И это была самая незначительная проблема.
Род не нуждался ни в доме, ни в чем-то другом, но потом прикинул, что старик задолжал ему за то, что превратил его жизнь в ад. В итоге он продал дом за ту сумму, которая предлагалась, и вложил деньги в это жилье. Теперь же на нем висел долг за дом и секс-шоп. Наверное, богобоязненный, ненавидевший геев папаша порадовался бы.
Вспоминать прошлое совершенно не хотелось. Вместо этого Род вытащил карточку и набрал номер. Ответил Лэндон на третьем гудке.
— Привет, Кареглазик.
Его вознаградили хохотом.
— Ты так обращаешься ко всем парням или только мне повезло?
— Конечно, только тебе. — Род улыбнулся. — Ты узнал меня по голосу.
— Тебя трудно не узнать. Никто из знакомых не зовет меня Кареглазиком.
Род закинул ноги на столик.
— Значит, я тоже выделяюсь из толпы. Хотя сложно поверить. Наверное, ты общаешься не с теми мужчинами.
Лэндон застонал.
— Можно сказать и так. Но меня все устраивает. Я не очень-то верю, что существует предназначенный мне партнер. Я не из лагеря типа «рано или поздно все встретят особенного человека».
И это хорошо. Род звонил не для того, чтобы поближе познакомиться с Лэндоном. Ладно, вранье. Он хотел познакомиться с Лэндоном ну очень близко, правда, в сексуальном смысле. И все же упускать возможность он не станет.
— Рассказывай дальше.
— Что? Нет. Я даже со знакомыми людьми не люблю болтать. А с незнакомыми и подавно.
Неужели Кареглазик не понимал, что чем загадочнее он себя вел, тем сильнее Род его хотел? Это же негласное правило.
— Я продаю тебе смазку! Я поговорил с другом насчет твоего трудоустройства. Я знаю, что ты любишь и мужчин, и женщин. Да мы чуть ли не лучшие друзья.
— Тебе когда-нибудь говорили, что ты чокнутый?
— Конечно. — Что это вообще за вопрос?
Лэндон вздохнул. Он что, серьезно расстроился?
— Да я просто прикалываюсь. Я не жду, что ты выложишь все.
— Дело не в тебе. — Лэндон вроде бы зевнул. — Насыщенный выдался денек. Как я уже говорил, я недавно переехал и до сих пор... привыкаю. У меня крыша едет. Мне тридцать лет, я живу с мамой в американском провинциальном городишке, хотя много лет провел в Орландо. Добавь сюда же, что у меня нет работы, что мне опять приходится дрочить и прятать смазку под кроватью, будто я опять стал подростком. Скажем так, месяц прошел дерьмово.