Король гордости (ЛП)

У меня не было установленных часов. Пока я соблюдала свои сроки, я могла работать, когда и где захочу.
 — Как бы то ни было, ты можешь работать здесь, если хочешь. — Алессандра обвела рукой квартиру. Мы вернулись в гостиную, которая была такой огромной, что в ней легко можно было бы провести матч за Суперкубок. — Не чувствуй себя обязанной, но если тебе надоест быть одной, моя дверь всегда открыта.
  
— Я могла бы воспользоваться твоим предложением, ненавижу работать в одиночку. — Я заколебалась, раздумывая, стоит ли задавать свой следующий вопрос. — Ты уверена, что Доминик не будет возражать?
Она грустно улыбнулась мне.
— Он даже не заметит.
Их брак был не моим делом, но я не могла не почувствовать укол сочувствия. Счастье за деньги не купишь. Это было клише, но это была правда.
Мой взгляд упал на свадебную фотографию, стоявшую на каминной полке.
— Это прекрасный снимок вас двоих.
Их физические черты не сильно изменились за эти годы — у Алессандры была та же безупречная кожа и потрясающая скульптура костей, у Доминика те же золотистые волосы и точеная челюсть, — и все же я с трудом узнавала людей на фотографии. На нем лицо Алессандры светилось радостью, а ее новоиспеченный муж смотрел на нее сверху вниз с явным обожанием. Они выглядели молодыми, счастливыми и такими невероятно влюбленными.
Было трудно примирить их с холодным титаном Уолл-стрит, доминирующим в деловых бумагах, и тихой, меланхоличной женщиной передо мной.
 — Спасибо. — Улыбка Алессандры стала натянутой. Она не смотрела на каминную полку. — Говоря о фотографиях, мы должны создать аккаунты в социальных сетях, верно? Я не силна в фотографии, но могу нанять профессионала ...
Я согласилась с ее очевидным отклонением. Это был ее брак. Если она не хотела говорить об этом, я не собиралась давить.
Когда вышла из ее дома еще два часа спустя, был поздний полдень, и я была на взводе от нашей встречи. Помимо завершения моей рукописи, мне предстояла дерьмовая куча работы, но после увольнения было приятно снова почувствовать себя полезной.
Пинг новостного оповещения пробил мой максимум, когда я вошла в ближайшую станцию метро. Я настроила оповещения о новостях от своего имени вопреки совету Слоан. Ничего не могу с собой поделать; мне нужно было знать, что говорят люди.
Я вытащила свой телефон из кармана, и ожидала больше бульварных слухов обо мне и Кае, может быть, даже кого-то, кто застукал нас вместе на Теркс и Кайкос. Его сотрудники были единственными людьми на острове, но об этом никто никогда не знал. У таких сомнительных изданий, как Национальная звезда, повсюду были глаза и уши.
Но самая последняя волна заголовков не имела ничего общего с нашим импровизированным побегом, а имела отношение ко мне. В частности, о моей семье и моем происхождении.
Желчь подступила к моему горлу.
 О, черт. 
 ГЛАВА 29 
 
 
  
  
Колин Уидби был моим основным связующим звеном на переговорах DigiStream до его госпитализации и последующего увольнения. Харизматичный, общительный и склонный к преувеличениям, он был из тех основателей стартапов, которые украшали обложки журналов и появлялись в вирусных роликах с интервью.
Рохан Мишра был его противоположностью. Тихий, спокойный и методичный, двадцатичетырехлетний вундеркинд наблюдал за мной с явным скептицизмом.
Я наконец убедил его согласиться на еще одну встречу, но наши переговоры продвинулись не дальше, чем по электронной почте и видеоконференцсвязи.
 — У вас есть пользовательская база и технологии, но у вас нет возможности масштабироваться так быстро, как требует ваш бизнес, — сказал я. — Ваша нынешняя аудитория сосредоточена в США, Канаде и некоторых уголках Европы. Мы можем вывести вас на глобальный уровень. Наше присутствие на развивающихся рынка.
 — Мне насрать на развивающиеся рынки, — сказал Рохан. — Я же сказал тебе. Дело не в деньгах. Колин и я построили эту компанию с нуля. Мы бросили Стэнфорд и надрывали свои задницы, чтобы добиться того, чтобы он был там, где он есть сегодня. Возможно, на него произвели впечатление все те нули, которыми ты разбрасываешься, но на меня это не так. Я провел свое исследование, Янг. Думаешь, я собираюсь сдаться и позволить какой-нибудь хищной корпорации ворваться и разорвать нас на части, как ты сделал с Black Bear?
 Черт возьми, Тобиас. 
Моя челюсть сжалась. Чернила на контракте с Черным медведем еще даже не высохли, как он провел «значительную реструктуризацию». Массовые увольнения, подорванный моральный дух. Это был настоящий беспорядок.
 — Я не единственный, кто набирает очки в Black Bear, — сказал я. — Уверяю тебя, DigiStream будет беспрепятственно интегрирован под моим руководством.
 — Не имеет значения, кто это, ты или кто-то другой, набирающий очки. Это все одно и то же. — Роан покачал головой. — Ты заботишься о своей прибыли, а не о чьей-либо еще. С уходом Уидби компания нуждается в стабильности, а не в новых переменах.
Разочарование пробежало у меня по коже.
Чертов Уидби. Мне следовало бы вытатуировать эту фразу, учитывая, сколько раз она приходила мне в голову.
 — Дай мне список конкретных проблем, — сказал я. — Увольнения, реструктуризация команды, культура на рабочем месте. Мы выбьем их из колеи. Мы ведем переговоры больше года, и оба знаем, что слияние было бы благом для обеих компаний. Это сделка на миллиард долларов, зависящая от нескольких мелких деталей.
 — Маленьких, но важный. — Рохан постучал пальцами по своему подлокотнику. — Я видел таблоиды, и слышал слухи. Твой выбор в качестве генерального директора не гарантирован.
Мой позвоночник напрягся. Я тушил самые серьезные пожары, когда был на Теркс и Кайкос, но было много более мелких возгораний, оставшихся без контроля. Моя мать узнала о Джейд Кей, вот почему я избегал ее звонков всю неделю. Мне пришлось связаться с Клариссой, которая оставила мне зашифрованное голосовое сообщение на выходных, и Пакстоном, который снова связался с предложением союза. Учитывая то, как шли дела, я серьезно обдумывал это.
 — Честно говоря, я не думал, что ты относишься к типу плейбоя, — сказал Роан, его взгляд был острым. — Тайком общаешься с бармешой? Очень непохоже на тот образ, который ты изображал ранее.
Раздражение сжало мою челюсть. Если и было что-то, что я ненавидел почти так же сильно, как проигрывать, так это то, что меня называли подделкой.
— Я не осознавал, что моя личная жизнь учитывалась в наших разговорах.
— Так не должно быть, но, учитывая неразбериху с Уидби, уверен, ты понимаешь, почему я не решаюсь вести дела с кем-то, кто замешан в скандале.
 — Я встречался с сотрудницей, а не принимал наркотики, — сказал я категорично. Я намеренно использовал прошедшее время, если не сказать правдиво. Никому не нужно было знать о моих продолжающихся отношениях с Изабеллой до окончания голосования. — Она больше не работает в Вальгалле, что делает этот вопрос спорным.
— Возможно. — Его пальцы забегали быстрее.
 Тайком общаешься с барменом? Очень непохоже на тот образ, который ты изображал ранее. 
Я умел читать между строк. Рохану было наплевать на Изабеллу как таковую. Бульварные сплетни поставили под сомнение мой характер, и он беспокоился, что его обманут.
К сожалению, сколько бы я ни пытался его успокоить, он не сдвинулся с места.
 — Мы можем возобновить наш последний раунд переговоров после голосования, — сказал Рохан после получаса бесплодных рассуждений взад-вперед. — Я ничего не подпишу, пока не буду уверен, что новый генеральный директор выполнит условия, как по духу, так и на бумаге. Не могу так рисковать, и, как ты сказал, мы уже некоторое время ведем переговоры. Если за тебя проголосовали, а мы все еще не можем прийти к соглашению, тогда мне очень жаль. Сделка недействительна.