Король гордости (ЛП)

Остров, получивший название Джейд-Кей за цвет окружающих его вод, занимал более четырехсот акров пышной растительности, нетронутых пляжей и экзотической дикой природы. Главная резиденция в балийском стиле занимала самую высокую точку острова, откуда открывался захватывающий вид на Карибское море под углом в триста шестьдесят градусов и все удобства роскошного пятизвездочного курорта. Восемь спален, три круглые террасы, два пейзажных бассейна, личный шеф-повар, который приготовил самого вкусного лобстера, которого я когда-либо пробовала.
  
Я могла бы жить и умереть здесь счастливой.
Мы с Каем прилетели вчера днем. Мы провели ночь, устраиваясь, но сегодня сорвались с места и сбежали. Утро прошло как в тумане из-за писанины (мне), звонков (ему) и мозгового штурма (нам обоим). Кай был прав; трудиться над моей рукописью в тропическом раю было намного лучше, чем трудиться над ней в зимнем аду послерождественского Нью-Йорка.
В данный момент мы делали обеденный перерыв на самой верхней террасе, и я никогда не чувствовала себя более расслабленной, даже несмотря на то, что мой крайний срок маячил на горизонте подобно грозовой туче. Здесь, в окружении океана и солнечного света, я почти забыла о Звездных фотографиях и о том, что меня уволили.
Где-то между основным блюдом и десертом Кай, извинившись, вышел в туалет и вернулся с тонкой черной папкой в руке.
 — Убери это, — сказала я, подталкивая его ногу своей под столом. — Никакой работы во время еды, помнишь?
 — Это не работа в традиционном смысле этого слова. Это подарок. — Его глаза загорелись смехом, когда я оживилась, как песик, услышавшая слово «гулять».
 — Подарок? Для меня?
 — Ты сказала, что у тебя возникли проблемы с писательским блоком, поэтому я провел небольшое исследование и составил список способов преодолеть этот блок. — Он протянул мне папку. — Я подтвердил нескольким нейробиологам, что эти методы являются научно обоснованными.
Я чуть не подавилась свежевыжатым грейпфрутовым соком.
— Ты консультировался с командой нейробиологов по поводу моего писательского застоя?
Он пожал плечами.
 — Каждый год я жертвую значительную сумму различным научным организациям. Таким образом, они рады удовлетворить некоторые из моих более личных просьб.
Я открыла папку и просмотрел предложения. Большинство из них были советами, которые я уже знала из поисков в Интернете. Медитации, каждый день выделять немного времени для творческой игры, использовать метод Помидора и так далее, и тому подобное. Было несколько, которых я раньше не видела, но это не имело бы значения, если бы Кай вручил мне пачку листовок для вводных занятий йогой.
Ради всего святого, он потратил время на поиск решений и консультации с нейробиологами. Мои предыдущие бойфренды думали, что делают мне одолжение, когда покупали пиццу по дороге ко мне домой.
Последний раз, когда кто-то делал что-то настолько продуманное, не ожидая ничего взамен, было, когда некий миллиардер показал мне секретную комнату своей семьи и предложил ее в качестве места для письма.
Мое горло сжалось от эмоций. Я опустила голову и моргнула, сдерживая смущающий укол. Последнее, чего мне хотелось, это начать реветь из-за моего краба с рисом. Я уже один раз плакала перед Каем на этой неделе; два раза было бы перебором.
Я шумно переворачивала страницы, пока боролась со своими безудержными эмоциями. Давление в моем горле ослабло, когда я остановилась на предпоследнем пункте.
 — Заниматься частой и интенсивной сексуальной активностью, когда чувствуешь себя застрявшей, — читаю я вслух. — Помимо всего прочего, оргазмы стимулируют творчество. — Я бросила подозрительный взгляд на Кая, который ответил мне таким же невинным взглядом. — Хм. Интересно, кто это придумал.
Его улыбка растекалась так же медленно и расплавленно, как теплый мед.
 — Не нужно удивляться. Это научно доказано, моя любовь.
 Моя любовь. 
Мир вокруг нас погрузился в устрашающую тишину. Не щебетали птицы. Ни одна волна не разбивалась о далекие берега. Даже ветер стих.
Кай много раз называл меня любимой раньше, но он никогда не называл меня своей.
Одно слово. Два письма.
Иногда они имели решающее значение.
Улыбка Кая сменилась пониманием. Напряжение закралось между нами, обвиваясь вокруг моего торса и оседая в груди, как бетонный груз.
Это не было неприятно, но это было молчание, настолько пропитанное смыслом, что заглушало любые признания, скрывающиеся под поверхностью. Мы не были готовы к таким разговорам.
Я сменила тему, прежде чем пауза затянулась до того, что нужно признать.
 — Что ж, давай посмотрим, как обстоят дела с другими твоими предложениями, прежде чем мы проверим теорию оргазма, — сказала я беспечно. — А как насчет тебя? Как продвигаются переговоры с Мишрой?
DigiStream был одним из многих пожаров, которые Каю пришлось тушить из-за фотографий National Star. Я думала, что с их стороны было лицемерием так сильно заботиться о том, с кем он проводил свое свободное время, когда их генеральный директор попал в больницу из-за передозировки наркотиков, но что я знала? Я была всего лишь барменом. Бывший бармен, если я в ближайшее время не найду новую работу.
Кай переместился, и просто так мир с ревом вернулся. Вернулись звуки птиц и океана, и ветер отбросил пряди волос мне на лицо. Напряжение растаяло, как ледяные лужицы под лучами солнца.
 — Они сместили Уидби с поста генерального директора два дня назад, — сказал он. — Мишра официально заменил его и сокращает ряды, что означает, что я фактически вернулся к исходной точке. Там царит хаос.
 — Почему он так неохотно соглашается на сделку, когда его соучредитель был так готов подписать? — Мы с Каем не часто говорили о его работе. Он сказал, что это наскучит мне, и я всем сердцем согласился, но мне было искренне любопытно узнать о сделке с DigiStream.
 — Уидби был легким. Он хотел заполучить деньги. Мишра — пурист. Он не хочет уступать контроль над DigiStream корпорации, которая, цитирую без кавычек, распотрошит его.
Я тщательно подбирала свои следующие слова.
— Ты выпотрошишь его?
— Не совсем так. Их успех во многом проистекает из их культуры и командной динамики. Я не хочу все испортить, — сказал Кай. — Но все приобретения требуют той или иной формы изменений как от покупателя, так и от продавца. Их деятельность должна быть оптимизирована, чтобы вписаться в остальную часть компании.
 — Это и есть камень преткновения, — предположила я.
Кай опустил подбородок в знак подтверждения.
 — Самый большой из них. Мишра беспокоится об интеграции. Он хочет заключить сделку, при которой DigiStream будет работать точно так же, как сейчас. Очевидно, что это невозможно. Даже если бы я согласился, члены правления этого не сделают. Они должны утвердить стратегический план для всех новых приобретений.
 — Есть ли способ предложить уступки по конкретным изменениям, о которых он беспокоится, вместо общего соглашения?
Брови Кая взлетели вверх.
— Возможно. Детали немного сложны, но мы работали над аналогичным планом до того, как отстранение Уидби отодвинуло переговоры на второй план. — Легкая улыбка тронула его губы. — И ты говоришь, что не любишь говорить о делах.
 — Я не знаю. Это усыпляет меня в девяноста процентах случаев. Тебе повезло, что этот разговор попадает в оставшиеся десять процентов. — Его смех вызвал ответную улыбку на моем лице, но она исчезла, когда я отважилась задать свой следующий вопрос. — Я не говорю, что это произойдет, но гипотетически, что произойдет, если ты не выиграешь?
 — Я сохраню свой титул и положение, но стану посмешищем. — Его лицо превратилось в камень. — Другие кандидаты могут вернуться к своей работе и продолжать работать, потому что они в любом случае были рискованными кандидатами. Я Янг и навсегда останусь известен как человек, который потерял компанию своей семьи из-за постороннего.