Принятие (СИ)

— Добрый день, Александр Григорьевич, — поздоровался Путеев и… не удержался, — удивлён, что вы запомнили моё имя.
— Да ладно вам, Николай Ворсович, простите старика, —заявил Строганов, которого стариком можно было назвать с о-очень большой натяжкой, — какой вы, однако, колючий.
Строганов протянул руку Путееву:
— Мир?
И хитро посмотрел снизу вверх. Потому что Путеев возвышался над Строгановым почти на голову.
Мужчины пожали друг другу руки и пошли к карете.
Путеев коротко поклонился, трепетно взял руку Анны, едва дотронулся губами, ощутив, как Анна слегка сжала его пальцы. Сердце его запело.
Барон Строганов был доволен, он-то сразу отметил, что доктор выглядит осунувшимся, но решил, что некоторым «носатым» женихам это пошло только на пользу. Вот уже и с титулом, и с орденом на груди.
Проговорили о том, что произошло в Манеже. Барон Строганов радовался, что они с дочерью подъехали с опозданием, и слава богу, потому что избежали такого страшного происшествия.
— Говорят, что подорвали стенд вашего Никольского помещика Лопатина
Анна, услышав это охнула и начала оседать. Стоявший рядом Путеев подхватил её, отметив, что Анна стала совсем лёгкой.
— Кто-то пострадал? — спросил он, устроив ослабевшую Анну в карете.
Строганов ответил:
— Да нет, взорвали стену какого-то отдалённого помещения, но говорят пропала баронесса Виленская, хотя это не точно.
— Николай… Николай Ворсович, подите, узнайте всё, — вдруг раздался голос Анны.
Строганов тоже спохватился:
— Николай, приезжайте к нам в гости, — хитро посмотрел и тихо, так, чтобы Анна не услышала, добавил, — если ещё не передумали, — и подмигнул
Путеев распрощался с Анной и с бароном, чувствуя, как внутри разворачивает большие крылья птица счастья, которая до этого сидела маленьким тёплым комочком и еле-еле трепетала крылышками.
Но вместе с тем его охватила тревога за самую необычную женщину, которой он обязан всем: богатством, положением, знаниями, любовью, жизнью. И с которой произошло что-то плохое. И если он может помочь, то он поможет.
Путеев увидел впереди, за оцеплением, барона Виллье и громко крикнул, привлекая внимание:
— Барон, барон Виллье
Виллье обернулся, расплылся в улыбке и кивнул гвардейцам, чтобы пропустили Путеева за ограждение.
Внутрь доктора не пустили, он, как и Виллье, стоял на улице перед Манежем, но внутри оцепления.
Виллье сказал, что император уже уехал, сейчас там внутри работают исправники, из императорских ищеек сам граф Забела, ещё к нему присоединился барон Виленский.
— Уже, если кто-то и сможет найти пропавшую, то только эти двое.
Посмотрел на встревоженное лицо Путеева и успокаивающе добавил:
— Они скоро поедут к Шувалову, выходить будут здесь, поэтому, если хотите, то можете здесь подождать
Потом окинул его взглядом, задержавшись на баронской ленточке и ордене и спросил:
— А какие у вас планы по поводу девицы Строгановой? Не передумали?
Путеев, всё ещё чувствуя вину перед Виллье за прошлый неудачный визит к Строганову, ответил:
— Встретил сегодня барона Александра Григорьевича, он пригласил в гости
Виллье понимающе закивал:
— Ну, если сам пригласил, значит теперь можете свататься. Только помните, сначала помолвка и ухаживания.
Путеев вздохнул, вспоминая свою прошлую несдержанность:
— Да, Яков Васильевич, помню. Спасибо вам.
На выходе из Манежа показался граф Забела, за ним с мрачным видом шёл барон Виленский
Граф, — крикнул Путеев
— А, здравствуйте доктор, — вымученно улыбнулся Забела, — не очень удачный день
— Что с Ирэн Леонидовной? — Путеев понимал, что граф спешит и, если он не спросит, то тот пробежит мимо него ничего не рассказав.
— Господин Путеев, — сухо ответил Забела, демонстративно оглянувшись по сторонам, — посмотрите сколько здесь людей, откуда я знаю, что с вашей знакомой.
Барон Виленский подошёл ближе, положил руку на плечо Забела:
— Андрей, успокойся, Николай свой
Повернулся к Путееву и сказал:
— Мы сами пока не знаем, но есть догадки. Я бы вас попросил забрать барона Лопатина и поехать с ним в особняк Гайко. Последите за его здоровьем, Ирэн будет вам благодарна.
 
Забела кивнул одному из гвардейцев, чтобы тот проводил Путеева внутрь забрать Лопатина.
Забела с Виленским пошли в сторону Кремля.
— Ну и зачем ты всё ему рассказал? — Забела был недоволен, — посмотри сколько вокруг было таких «своих», а теперь что? Полные казематы.
Виленский поморщился:
— Так что теперь? Никому не верить?
— Да, никому, — Забела всё больше приходил в ярость
— И тебе? — усмехнулся Виленский
— Мне можно, — немного расслабился Забела.
Так за разговором дошли до Кремля. Забела, прежде чем пройти к Шувалову, отправил одного из гвардейцем к себе за Батыром.
В кабинете Шувалова уже было тесно. Увидев вошедших Забела и Виленского, Шувалов кивнул и скоро в комнате остались они втроём
— Ну что, голуби, прошляпили «достояние империи». Ничего вам поручить нельзя. Император приказал мне взять под личный контроль. Смотрите.
Шувалов показал, что сегодня с утра в маленькой гостинице на выезде из столицы было найдено тело настоятельницы монастыря Святой Елены с признаками удушения. Отметил, что почерк тот же, что был, когда нашли небезызвестную Жозефину Бейкер.
В убийстве этой леди пытались обвинить Виленского, но ведомством Шувалова были найдены неопровержимые доказательства невиновности барона и Бротте пришлось снять свои обвинения.
Сейчас ищут кто мог видеть настоятельницу до её смерти.
— А теперь, самое главное, и я попрошу вас господа не предпринимать поспешных действий, — Шувалов сделал паузу и развернул небольшой листок бумаги, лежавший перед ним на столе.
— Вы знаете, что мы внедрили людей в дом князя Ставровского, так вот, для связи с ними у нас постоянно находится человек, которого мы поселили в доме напротив. Сегодня он видел карету без гербов, закрытую, которая подъехала к особняку и из неё вынесли большой ящик. По времени совпадает с временем взрыва.
Забела резко наклонился вперед:
— Дайте мне гвардейцев
Шувалов вскочил:
— Сидеть, Андрей, я не для того столько времени потратил на эту старую змею, чтобы ты мне всё испортил. Скажи, на каком основании ты ворвёшься в дом Главы Государственного совета? А если её там нет? Если они специально нам «показали» этот ящик? Где тогда ты её найдешь? Гвардейцев ему!
Забела тяжело дыша, откинулся на кресле. Виленский сидел спокойно и только сжатые кулаки выдавали, что он на самом деле чувствует.
— Это вас обоих касается, — жёстко сказал Шувалов, посмотрев и на «мечущего молнии» глазами Забела и на сжавшего зубы Виленского.
Забела сделал несколько вдохов:
—Когда ваш человек из дома выйдет на связь?
Шувалов сначала хотел оборвать зарвавшегося подчинённого, но потом мазнул рукой:
— Ночью Андрей, ночью, да и то, если удастся. Не каждый день слуг выпускают из дома.
***
Особняк князя Ставровского. Москов. Сутки спустя после похищения
Граф Балашов чувствовал себя на осадном положении. Сегодня все собирались в офицерском клубе, а он должен был сидеть здесь, возле дяди.
Конечно, сначала тот втянул его в эту авантюру с разгромом стенда на выставке. Они с друзьями до этого кутили всю ночь, потом выпили ещё шампанского и поехали в Манеж. Сначала было весело, но потом всё пошло наперекосяк.
Пришла Ирэн, но пришла не одна, она откуда-то притащила с собой князя Обухова, да ещё и с его невестой, которая с таким ужасом посмотрела на Балашова, что он понял, помолвку разорвут.
Так и случилось.
Дядя, как и обещал, уже в полночь приехал за ним, и его, а вместе с ним ещё нескольких высокородных освободили, но в вечернем выпуске газеты уже было дано объявление о разрыве помолвки по инициативе стороны невесты. Да ещё и формулировка такая: «в связи с непонятной ситуацией вокруг репутации жениха». И не придерёшься, явно же семейный законник Обухова постарался.