Ангелотворец

А вот сам Джо, в дубленке, примостился на колене отца и победно воздевает над головой кулак, пронзая им небо. Лицо у Мэтью в кои-то веки открытое, жизнерадостное. Руки бандита на узких детских плечах. Ну, тут посыл совсем прост, совсем очевиден. Словами его выразить трудно: кажется, даже Я люблю тебя не годится, слабовато.
Джо чувствует дыхание Мэтью на своей макушке. Отец иногда нюхал его: запросто, по-звериному, любя.
– Ты едешь в Ирландию, Джо, – повторяет Мерсер.
Джо смотрит на него с искренним изумлением.
– О… Нет, я не собираюсь бежать.
– Что? Еще как собираешься.
– Нет.
– Джо, с ними бесполезно сражаться. Они тебе не по зубам.
– Он задумал убить весь мир, Мерсер. И он уже убил меня – прежнего меня. Вряд ли я теперь смогу чинить часы, верно? Даже если банк не отнимет у меня склад, а он его непременно отнимет.
– Все уляжется. Кто-нибудь его остановит. Для этого есть специально обученные люди.
– Ага. Совет наследия. Родни Титвистл. Да-да, у него все под контролем, я смотрю.
– Господи, Джо! Ты часовщик! Ты сам решил им быть. Именно ему я пытаюсь помочь!
– И часовщик тебе благодарен. Искренне. Только его больше нет, Мерсер. Остался я. – Он косится на Полли Крейдл.
– Вразуми же его! – требует Мерсер, но Полли лишь улыбается и медленно хлопает в ладоши; ее глаза сияют.
– Силы небесные! – орет Мерсер. – Да вы шутите!
– Нет, – отвечает Джо. – Я начал это понимать еще в психушке. Не знаю, когда именно. Наверное, на второй месяц.
– Месяц? – в замешательстве повторяет Мерсер. – Джо, тебе показалось. Тебя не было от силы неделю. Даже меньше. Понимаю, время там тянулось дольше. Но ты сбежал на пятый день.
Джо Спорк мотает головой, и улыбка у него шальная, иначе не скажешь.
– Нет, Мерсер, – ласково произносит он. – Это тебе показалось, потому что ты был снаружи.
Воцаряется гробовая тишина. Мерсер открывает рот, чтобы возразить, чтобы урезонить, потом до него понемногу доходит страшная правда этих нелогичных слов, и он падает духом.
– Ох, прости, – бормочет он. – Мне так стыдно, так больно, что я не смог тебя вызволить. Прости. Я пытался, но… не сумел.
– Ты молоток, Мерсер, – мягко отвечает Джо. – Они мне врали, что вы от меня отвернулись. Оба.
Полли и Мерсер хором фыркают, и он улыбается.
– Слушайте. Расклад поменялся. Всю жизнь я говорил себе, что надо успокоиться, образумиться, остепениться. Тянуть лямку. И вот что из этого вышло. Потому что они сжульничали. Они все подстроили так, чтобы я не смог одержать победу, играя по-честному. Но штука в том, что по-честному я никогда толком не умел. Приходилось наступать себе на горло. А теперь я преступник и… это мое. Это я умею. Я могу стать потрясающим, величайшим преступником из когда-либо живших на свете – и при этом поступить правильно. Нет, я не свихнулся. Я наконец свободен.
Полли Крейдл склоняет голову набок, обдумывая услышанное.
– Правильно – это как?
Бастион тихо рычит.
Джо показывает на газету.
– Они меня ищут. Убивают людей. Рано или поздно они доберутся до… – Он озирается по сторонам, ловит себя на том, что смотрит на Полли, отворачивается. – …кого-то из вас. Я больше не хочу скрываться. Пора дать им повод для размышлений.
Мерсер открывает рот, чтобы возразить, однако именно в этот миг Бастион Банистер разевает пасть и пытается цапнуть пролетающую мимо пчелу. К его собственному изумлению, получается! Забавный утробный звяк – и пчела проваливается ему в желудок. Мерсер пригибает голову, будто ждет, что пес вот-вот взорвется.
Ничего не происходит.
– Что ж, – говорит Полли, а потом добавляет pro forma  [44]: – Бастион, ай-яй-яй, нехорошо так делать!
– Правильно, – ядовито произносит Мерсер, – псина только что позавтракала потенциально смертоносным высокотехнологичным устройством, лишив нас единственного вещдока. Не удивлюсь, если теперь нас ждет какой-нибудь высокотехнологичный удар возмездия. Посему – валяй, конечно, сделай ему строгий выговор. И никаких проблем.
 
Воцаряется тишина. Затем Джо Спорк тихонько прыскает, Полли хрюкает, и начинается: тихий смех Джо перерастает в громкий хохот, а затем и в оглушительный ликующий рев. Полли тоже смеется. От облегчения, восторга и от того, какое невозможно потешное лицо у ее оскорбленного брата. В конце концов к ним присоединяется и сам Мерсер.
Отсмеявшись, они обмениваются радостными взглядами.
– Мерсер, – говорит Полли, – сейчас мы обнимемся. Все вместе. Хотя опыт будет совершенно не-английский, он пойдет тебе на пользу. Ничего не говори и ни в коем случае не пытайся снизить эмоциональный накал.
Они обнимаются, испытывая некоторую неловкость, но с большим чувством.
– Что ж, – через минуту произносит Мерсер, – это было весьма…
– Получишь в глаз, – шепчет Полли Крейдл.
Объятие длится еще какое-то время, затем все отстраняются.
– Ну, – говорит Джо Спорк, – теперь за работу!
– Вообще-то я впервые это делаю, – несколькими минутами позже объясняет Джо человеку в розовой рубашке, – но мне всегда казалось, что у меня должен быть природный дар.
Человек кивает поспешно и очень осторожно, потому что к его горлу приставлен тесак фирмы «Сабатье». Джо обнаружил его в одном из кухонных шкафчиков гигантского леденца, и его лицо заметно просияло, когда он оценил вес и грозный вид оружия. Хозяин дома, должно быть, втайне увлекается кулинарией, потому что на той же кухне Полли разжилась набором коротких толстеньких ножей для вскрытия устриц. При своем небольшом размере выглядят они не менее грозно и практично.
Джо благодушно улыбается, что, учитывая обстоятельства, придает ему совершенно безумный вид.
– Газеты читаете? Только не кивайте больше, не стоит. Пискните, что ли, в знак согласия… Вот и славно. Один раз – «да», два – «нет»… Отлично. Стало быть, вы в курсе, что я социопат и террорист, сбежавший из психбольницы?
Человек пищит.
– Очень хорошо. Значит, вы осознаете всю абсолютную и непреложную ужасность своего положения? Вы понимаете, насколько я опасен? Ах да, кстати, это Полли. Полли, поздоровайся с мистером… Нет, лучше не будем спрашивать, как его зовут – зачем лишний раз нервировать человека? И все же ты поздоровайся.
Полли Крейдл вспыхивает.
– Так, на чем я остановился? Ах да. Ваша машина. Она просто восхитительна. Я почти могу обещать вам, что она не пострадает. «Почти», потому что существует крошечная вероятность, что любое транспортное средство, на котором передвигаюсь я, может быть взорвано или обстреляно. На мой взгляд, риск пренебрежимо мал, тем не менее я понимаю, что вы не в восторге. В общем, я сделаю все, чтобы ваш прекрасный автомобиль уцелел. Или вы против?
Выразительный двойной писк: mi casa, su casa. [45]
– Благодарю вас. Подскажите, сумеем ли мы доехать до Портсмута на оставшемся в бензобаке количестве бензина? Нет? Что ж, значит, придется ограбить заправку. Не вызывайте полицию в течение часа, в противном случае я вынужден буду попросить вас составить нам компанию. Как багажник, кстати? Удобный? Ах, вы уходите? Да, пожалуй, так будет лучше.
Джо Спорк открывает дверцу. Человек ретируется. Джо оборачивается к Полли и хочет сказать ей, что ни в какой Портсмут они, разумеется, не едут, и обнаруживает у себя на щеке – вернее, прямо под глазом – острие ножа для вскрытия устриц.
– Можем мы сразу расставить точки над i, – шепчет Полли Крейдл ему на ухо, – и договориться, что я не твоя верная грудастая напарница, не девушка Бонда? Что я – полноценная, независимая суперзлодейка?
Джо сглатывает.
– Конечно, – осторожно отвечает он.
– Больше никаких «поздоровайся, Полли», ясно?
– Никогда!
Нож исчезает, она придвигается и запечатывает губы Джо поцелуем. Ее влажный и мускулистый язык проскальзывает ему в рот. Она берет его ладонь и решительно кладет ее себе на ягодицу.