Дуэльный Кодекс. Том 1. Проект «Геката» (СИ)

Нередко дуэли на таком высоком уровне приводили к переделу собственности. Иногда дома и правда защищали так свою честь, а иногда уходили от налогов, подменяя сделки с собственностью дуэльными поединками.
Седовласый судья громко объявил имена дуэлянтов — сначала фон Ставрова, потом меня.
Когда звучало мое имя, я видел, как недоверчивые, надменные, а иногда и вовсе издевательские взгляды уперлись в меня со всех сторон. Послышались смешки. Конечно же, никто не верил в победу шестнадцатилетнего мальчика на дуэли.
Борис рассказывал, что Хлодвик Пушкин прямо-таки разгневался, когда услышал, что он втянул меня в дело. Но ушлый Хлебов как-то уболтал старика.
— Но ставить все будут против тебя. Вот увидишь! — сказал Хлебов мне перед боем.
Ничего, тем больше заработаю. Ведь в том, что я выиграю, лично у меня, не было сомнений.
— Дуэлянты! Прошу вас соблюсти требования кодекса, перед началом дуэли! — проговорил судья.
Фон Ставров извел клинок, выпрямился. Немного театрально прочистив горло, начал:
— Заявляю вам, — крикнул он дрожащим голосом, — Игнат Сергеевич, что вы негодяй и наглец!
Вокруг грянул хохот. Простолюдины и даже дворяне, зашлись как в цирке.
Я ни капли не удивился. Какая же дуэль, без защиты чести? А что бы ее защитить, нужно было сначала задеть. Формальности, чтобы в случае чего проще было отмазаться перед законом.
— Что ж, — хмыкнул я, — борон, а я заявляю вам, вы тоже наглец, и прическа у вас безвкусная! Но оскорбления стерпеть не смогу! Посему вызываю на дуэль. Здесь, сейчас.
— Принимается! — крикнул фон Ставров.
— Дуэль длится до того момента, — подхватил ведущий, — пока один из дуэлянтов не сможет ответить заклинанием. Начинают оба! Одновременно! Дуэлянты! К барьеру!
Я сгорбился, направил острие проводника на барона. Рассчитывал обезвредить его быстро, и у меня было на то нужно заклинание.
— Кровавые раны! — крикнул он формулу, направил серебряный клинок кинжала на меня.
Мой к тому времени уже пылал синим светом.
Проводник барона блеснул красным. От гарды к острию побежала силовая волна заклинания. В следующее мгновение произошло то, чего не ожидал даже я.
Грохнуло. Красный всполох пламени осветил арену. Осколки проводника, ошметки плоти, кровь и кусочки костей разлетелись, ударив в антимагические щиты.
Трибуны на миг затихли. Через мгновение вокруг поднялся вой и крик. Громко завизжала какая-то женщина.
Нахмурившись, я опустил свой проводник и отменил заклинание.
Там, где только что стоял барон фон Ставров, была теперь кровавая лужа. Изуродованное тело Ставрова отлетело, ударилось в деревянную стену. Труп, без правой руки, плеча и части головы, замер. Кровь еще пару мгновений толчками выбивалась из ран. А потом потекла спокойным ручейком.
— Сука! Что произошло?
— Какого хера?!
К испуганным голосам примешались возмущенные крики.
— Без паники! Без паники! — встал Хлодвиг Пушкин, — Орловский не имеет отношения к этому инциденту! — голос старика был на удивление сильным и басовитым, — эта трагическая случайность! Мы разберемся в чем дело! Господин Орловский не использовал смертельных заклинаний!
— А как же наши ставки?!
— Да!
— Дуэли не было! А я поставил приличные деньги!
— Мальчишка победил?!
— Дайте нам время! — Хлодвиг успокаивающе поднял руки, — мы во всем разберемся!
— Благородные господа сделали ставки, — внезапно раздался громкий, усиленный магией голос. Да так, что все стихли, — невежливо так обходится с ними.
Я обратил взгляд наверх, туда, откуда исходил голос. Это был мужчина. Невысокий, но коренастый и крепкий он стоял на последнем ряду трибун.
— Александр Земской, — крикнул в ответ Хлодвиг Пушкин, — тебе запрещено было являться сюда. Кто тебя пустил?!
— Эти девчонки, — мужчина стал неспешно, даже вальяжно спускаться, — которых вы называете охраной, любезно согласились допустить меня до арены.
— Я уже говорил господину Синицыну, — не отступал Хлодвиг, — что если он хочет, чтобы его фаворит участвовал в дуэли, пусть пришлет другого, но не вас!
 
— Это человек Синицына? — проговорил я себе под нос.
— Мой покровитель тренировал меня не для того, чтобы ему ставили условия! Он вложил в меня много денег, и должен их вернуть! К тому же, — мужчина, по имени Александр Земской поднял руки, — господа хотят, чтобы их ставки сыграли. А значит, кто-то должен занять место несчастного фон Ставрова.
Толпа одобрительно зарокотала Земскому в ответ. И Пушкин поддался натиску большинства. Опустил взгляд.
Земской крепкий, одетый в армейские карго штаны и антимагнитный кивларовый жилет на голое тело свободно подошел к краю трибуны и спрыгнул на арену.
Бритый череп и синий от щетины квадратный подбородок придавали дворянину бандитский вид. Магическая татуировка пиктограммы на голове свидетельствовала, что основным видом магии, которым владел этот человек, была демоника.
— Орловский, — раздался за спиной женский голос, я обернулся, — уходим! Ситуация вышла из-под контроля! — Венера схватила меня за руку.
— Твой отец, Орловский, — внезапно выкрикнул мужик, — был безвольной тряпкой, а мать — тупой сукой.
Я аккуратно, но решительно отстранил руку девушки, обернулся к магу. Заглянул ему в глаза, и он растянулся в желтозубой улыбке. Трибуны затихли. Даже Пушкин молчал.
— Игнат! Он убьет тебя! Он уже убивал! — невроз шептала Венера за спиной.
Я же лишь обратился к черному ореолу. Привел его в боевое состояние.
— Паша, — внезапно раздался голос Кати в голове, — прошу, не надо. Он убьет тебя! Я чувствую его силу. Его ореол полон боевых заклинаний. Он пятого ранга. Он магос.
— Всего-то? Я был архимагом, — ответил я, — справлюсь. В его заклинаниях может быть то, что нужно нам.
— Че смотришь? — повторил Земской, — вызовешь меня, или как?
— Да жду вот, — я стиснул рукоять проводника, — пока вонь от тебя, мразота, развеется. А-то аж сюда тянет.
— Щенок, я тебя вызываю!
— Принимаю, ублюдок.
— Дуэль до смерти!
— До смерти, — заглянув исподлобья в его глаза, сгорбился я.
 Глава 11 
— Мясорубка! — выкрикнул он примитивное боевое заклинание.
Не пойми когда высвобожденный волнистый проводник-кинжал, блеснул в толстой руке Земского. Зеленоватый металл моргнул красным. Хлопнуло.
Призрачные лезвия, напоминающие зубья пилы помчались в мою сторону.
Я вздернул руку с проводником. Мысленно приказал магии врага подчинится. И она подчинилась. Зубья уменьшились, всосались острие клинка. Привычным образом пройдя по магическому пути в руке, коснулись души и заклинание отпечаталось в черном ореоле. А в следующее мгновение, я просто перенаправил магию обратно.
Хлопнуло снова, но уже из моего проводника. Призрачные лезвия проявились вновь и со свистом полетели в Земского.
Я видел, как он напрягся, сжал полные губы, сжался сам, сделал такое движение, будто пронзил магию кинжалом.
Поток зубьев расщепился на несколько, со звоном ударил в антимагический щит так, что маги, державшие, его напряглись.
— Да, — проговорил он хмуро, когда отбил заклинание, — это правда ты.
— У тебя кровь, — выпрямившись, кивнул я на его рану.
Земской взглянул на свое бугристое от мышц предплечье. Из длинного пореза сочилась кровь.
— Ты умрешь сегодня, возвращенец, — прошипел он.
— Ну, попробуй меня убить, — я и бровью не повел. Кажется, он знал обо мне. Но размышлять об этом сейчас — не время.
— Обязательно!
— Это была смертельная магия, — попытался вмешаться Хлодвиг, — немедленно прекратите!
Земской даже не отреагировал. Развел руки в стороны. Его волнистый проводник принялся пульсировать синим светом. Я уже знал, что он сделает в следующий момент.
Деревянные доски арены за спиной Земского задрожали. Со скрипом стали отрываться, лопаться. Через пару мгновений целая туча острой деревянной щепы висела в воздухе позади мага.