Дуэльный Кодекс. Том 1. Проект «Геката» (СИ)

— Да? Чем лучше?
— Пустышка!
— Пустое место!
— Одно название, — сжал зубы Лыков, — дворянин! А по факту ты — перхоть ссаная!
Вся группа направилась ко мне. Темную улицу освещал лишь свет фар моей машины.
Крепкий парень в толстовке, с битой на плече стал приближаться. Другой, поменьше, с руками спрятанными в карманы джинсовки, обходил справа. Худощавый в капюшоне — слева.
Сам Лыков же стоял на месте и надменно смотрел, как я приближаюсь. Кажется, он был совершенно уверен в том, кто сегодня огребет. Ну, я решил поколебать его уверенность.
— Пустых аристократических козлов, вроде тебя, нужно на место ставить, — прошипел Лыков и сплюнул.
— Тебе кто нравится больше, мразь, — проговорил я, — ишаки или кабель?
— Че? — не понял он, но набычился, растопырив локти пошел ко мне.
Я не замедлил шаг, тут же вынул из кармана обнаженный кинжал-проводник. Троица, что стала окружать меня, обомлела.
— Значит, ишак, — холодно проговорил я.
 Глава 10 
Я выкрикнул заклинание. То самое, что хранилось в черном ореоле после дуэли с американским принцем.
Проводник разогрелся. Его латунный клинок ярко вспыхнул белым светом. Полупрозрачная магия выскользнула из острия, промчалась по воздуху. А потом угодила в Лыкова. Тот немедленно начал меняться.
Он сгорбился, мгновенно оброс серой шерстью. Уши вытянувшись и смешно обвисли. Кисти стали принимать форму копыт. Одежда на Лыкове порвалась.
Оставшийся в одних джинсах ишак громко заорал. Окружающие с ужасом посмотрели на обратившегося человека. А потом стали бросать все, что было у них в руках и разбегаться.
— Пустышка? — крикнул я с улыбкой, — ну на тебе пустышку!
Я выкрикнул портальное заклинание, и под одним из парней: худым в капюшоне, раскрылся портал. Парень тут же провалился в него. Другой я открыл сверху.
Он заорал и стал бесконечно падать из одного в другой, набирая скорость. Потом начал громко блевать внутри цикла.
— А! Мля! Ты че?! Маг?! — орал кто-то, — а потом принялся мычать.
Потому что я приказал его рту зарасти.
— Ну! И куда же вы?! — я встал, развел руки в стороны, — я только разогрелся! А выглядели так уверенно! И даже немножко грозно!
Ишак зацокал к полянке, под ближайшее деревце. Начал щипать там травку. Блюющего летуна я заключил в Мешок Мести. Магия блеснула и захватила его в синий пузырь. Вся кинетическая энергия падения перешла заклинанию. А парень оказался внутри. Когда портал закрылся, а пузырь лопнул, он вывалился на асфальт дороги.
Лыкова я расколдовал. Он смотрел на меня безумными глазами. Во рту была набита грязная трава.
Я подошел и схватил его за волосы.
— Теперь тебе ясно, кому тут нужно было указать место, а?
Он непонимающе вылупился на меня.
— Говори, когда к тебе обращается дворянин.
Лыков энергично закивал, но почти тут же скривился от боли, ведь его прическа была сжата моей пятерней.
— Прекрасно. Поотдыхай чуть-чуть, — сказал я и изо всех сил врезал ему по морде.
Старший сын купца-бизнесмена рухнул набок. Смешно задрал задницу.
— Ты проблевался там? — посмотрел я на второго.
Тот, стоя на четвереньках, вытирал слюни с лица. Посмотрев на меня, испуганно закивал.
— Ну так вали отсюда!
Он с трудом встал и нетвердым шагом принялся убегать куда-то во тьму.
— Ммм! — робко вернулся тот, в толстовке, что был с битой. Указал на сращенный рот.
— Топай в больницу, — я спрятал проводник в ножны, — на тебя у меня нет времени. Да и настроения тоже.
— Ты так можешь?! — весело крикнул Стас, когда я сел в машину, — это же была трансгуманизация! Очень редкий раздел магии! Где ты научился этому?!
— Читал умные книжки, — рассмеялся я и завел двигатель.
Машина медленно покатилась по дороге. Выехав на главную, мы поехали за город, к поместью Орловских.
— Я теперь переживаю, — нахмурившись сказал Стас, — что ты не расколдовал того, последнего. Да и Лыков, он точно пойдет к жандармам, жаловаться на то, что ты на них напал.
 
— А я это специально.
— Специально? — мальчик удивленно уставился на меня.
— Конечно, — не отвлекаясь от дороги, проговорил я, — все теперь должны знать, что в доме Орловских есть маг. Так, они перестанут задирать тебя. И начнут уважать наше дворянское достоинство. А эта шпана быстро распространять слухи среди простолюдинов. А там и до дворян докатится.
Некоторое время между нами царило молчание. Совсем стемнело. Мы проехали тихий городской район и попали загород. По широкому кольцу направились к полям. Я хмуро вглядывался в темноту. Не хотелось бы наткнуться на дорожную жандармерию и расстаться с машиной за езду без прав.
— А что такое личная трансгуманизация? — внезапно спросил мальчик.
— А где ты слышал этот термин?
— Читал в дедовых книгах, — увлеченно проговорил он, — но ничего не понял, кроме того, что это секретная магия дома Орловских. Недоступная другим магам.
— Трансгуманизация, — я задумался, — это превращение человеческого тела в животное или предмет. А вот что значит личная? Такого я никогда не встречал. Недаром, она секретная. Слушай, — я отвлекся от дороги и посмотрел на мальчика, — покажи мне эти книги, когда вернемся. Я просмотрю их и попробую объяснить, что там написано.
Термин “личная” мог означать превращение самого себя. Переход из одного состояния в другое с сохранением души мага, а значит, и его сознания. Может превращение в животное, или, скажем, замена живой плоти на металл. Если такая магия существует, то она должна быть очень сильной. И возможно, заклинания из личной трансгуманизации могут содержать нужное для возвращения Кати слово.
Тела в материальном мире у нее нет. И я часто думал, придется ли создавать его заново. Или же, с этим поможет сама мана.
— Стас?
— Что?
— А ты не слышал истории о том, что наши дед или отец обращались во что-то или кого-то?
— Да нет, — задумался он, — хотя, проговорил мальчик спустя мгновение, — во время Магической Войны деда рассказывал о том, что вел в бой личную гвардию, которая называлась медвежьей. Вот единственное упоминание о животных.
— Медвежья, говоришь? — я нахмурился, — очень интересно. Но знаешь, что еще интереснее? — сказал я уже с улыбкой.
— Что? — Стас посмотрел на меня.
Последствия драки на лице Стаса были видны так сильно, что скрыть их было невозможно. Кожа вокруг правого глаза уже не просто синела. В некоторых местах она пошла черным. На подбородке и щеке краснели ссадины.
— Интересней всего придумать, что сказать Вике, — засмеялся я, — чтобы объяснить твой фингал.
Ночью пятницы, на стоянке у дома отдыха птицефабрики собралось много машин. Небольшая парковка и дороги за ее пределами были заставлены разномастными авто.
Дорогие и не очень, спортивные, и такие, что больше подошли бы простолюдину — все они ждали своих хозяев, которые собрались в здании дома отдыха.
Я же поступил умнее — приехал на такси. Выйдя из машины, я расплатился с простолюдином-водителем и пошел по блестящему от недавнего дождя асфальту стоянки.
Майский вечер был душным и уже почти летним. Недавняя гроза не смогла разогнать духоту. Фонари освещали покрытые капельками кузова машин. Из многих на меня посматривали ждущие хозяев водители.
Официально сегодня вечером в доме отдыха проводилось совещание держателей акций фабрики, поставщиков и компаньонов. На деле в цокольном помещении активно обсуждались предстоящие дуэли и их участники, и конечно, начинались ставки. А скоро начнутся и дуэли.
— Господин Орловский, ваше благородие, — проговорил высокий и лысый охранник, одетый в гражданское, — мы уж думали, вы не придете. Борис Сергеевич уже распереживался. И меня задолбал, мол, где ваше благородие делись? Он, все же ручался за вас, как за своего бойца.
— Ага. Он звонил мне, — кивнул я.