Дуэльный Кодекс. Том 1. Проект «Геката» (СИ)

— Это, — я ухмыльнулся, — слишком личный вопрос.
— Да-да, — он тут же изменился в лице, натянул серьезную мину, — согласен. А не хотели бы вы попробовать себя в моем деле? Если окажетесь перспективным, вас ждут хорошие деньги.
— Полагаю, твое дело не очень законное?
— С чего такой вывод?
— Нужно быть идиотом, — ухмыльнулся я, — чтобы не понять, что у тебя за плечами темные дела. И они, — я кивнул на раненную руку мужика, — не всем нравятся.
— Не перестаете удивлять, ваше благородие — он улыбнулся, но глаза остались холодными, — проницателены, для своих лет. Хотя, дело скорее азартное, чем незаконное. Впрочем, зависит от обстоятельств. Вы не зашли ко мне сами. Ну что ж. Если гора не идет к Магамеду…
— Это место, — я изломил бровь, — не лучшее, чтобы вести разговоры о подобных делах.
— Хм, — он задумался, — Ну что ж вы правы. Авторитет расхолаживает меня, — он пожал плечами, — однако, порой обстоятельства вынуждают действовать. Если надумаете, молодой господин, — он протянул мне визитку, — позвоните по этому номеру.
— Сантехнический магазин? — засмеялся я, — ты предлагаешь мне продавать раковины?
— Позвоните, назовите фамилию, и скажите, что у вас особый заказ, — Борис улыбнулся, — и тогда все узнаете.
Я пожал плечами, сунул визитку в карман и направился к выходу.
— Господин Орловский, — окликнул меня Борис Хлебов, — уделите еще секунду.
— Да? — обернулся я.
— Скажите. Не находили ли вы у себя в палате, как раз после покушения, странных вещей? Например, чужих медальонов?
— Не находил, — улыбнулся я.
Борис не ответил. Только сжал толстые губы и, опустив глаза, кивнул.
Очередным подтверждением того, что Орловские — упадочный род, была машина Вики. Перво-наперво, нужно сказать, что она водила ее сама, без профессионального водителя. Для аристократа, даже безтитульного, это было диковато (если конечно речь не о спорткаре, на котором ездят ради души).
Ну и, собственно говоря, машина…
— Садись вперед. Ой. не открывается? Подожди Игнат, сейчас открою.
Девушка забралась на водительское, потянулась, щелкнула замком пассажирского. Я сел.
Старенький белый седан натужно завелся. Медленно тронулся. Как вообще ездить на таком драндулете? Кузов жрала коррозия, краска исцарапалась, салон скрипел и грюкал. Я ожидал, что все будет плохо, но не настолько же. Боюсь представить, что там с поместьем.
— Мда, — я нажал кнопку, чтобы опустить стекло окна, но оно заклинило на половине, — не ожидал, что начну так быстро задумываться о предложении Бориса.
— Что? — Вика бросила на меня взгляд.
— Ничего.
Что ж. Лечение позади. Раз уж я пришел в себя, нужно начинать действовать. И теперь тактика будет другой.
Если раньше, мы с Катей собирали знания по крупицам. То есть, наугад из того, что можно было выудить у врагов при помощи черного ореола, теперь у нас нет столько времени. Те, кто знаю про проект Геката, начнут действовать. И не известно, что предпримут.
Чтобы вернуть Катю в наш мир, нужен архив с магическими знаниями. В открытом доступе их нет. А где есть? В магической академии. Имперская академия магии и чародейства Екатеринодара — крупнейший архив знаний на юге империи.
И теперь мне открыт туда доступ. Только на поступление нужны деньги. И много. Где их взять? Ну, посмотрим, что предложит мне Борис Хлебов.
— О нет, — Вика посмотрела в зеркало заднего вида, когда мы стояли на светофоре, — опять он.
— Кто, он? — я нахмурился.
Слева, в ряду, на котором можно было только свернуть, остановился дорогой красный мускулкар. Поравнялся с нами. Тонированное стекло опустилось.
— О! “Графиня” Орловская, — донесся из салона самодовольный мужской голос, — ну как ты, не передумала? Или все так же держишься за остатки своей девичьей чести?
* * *
 Где-то в Москве.
Герцог Александр Максимович Мясницкий размял вспотевшие ладони. Поправил повязку на глазу. Он волновался, и ему казалось, что такая привычная вещь, как повязка сидит отвратно. Трет кожу и создает дискомфорт в пустой глазнице.
 
Когда в кабинет, где он был на приеме, вошел хозяин кабинета, герцог подорвался.
— Сидите-сидите, дорогой Александр Максимович. Вы устали с дороги. Не утруждайтесь.
— Да, — он выдохнул, — я только что из Питера. Я все узнал. Роялисты как-то подменили дуэльный стелет князя Замятина. Он сам того незная, проклял американского принца черной спорой.
— Да. Я читал ваш отчет. Он не должен попасть в руки властей. Вы проделали прекрасную работу. Жаль напрасно. Ваше расследование не отменяет вашей нерасторопности. Свяжись вы с князем раньше он не умер бы. И нам не пришлось бы искать его снова.
— Искать снова? — задумался герцог Мясницкий, — о чем вы?
— Замятин выжил. Не без Ее помощи, конечно.
— Что значит выжил?! — герцог округлил единственный глаз, — я сам видел трансляцию его казни месяц назад! Луи изжарил беднягу, до косточек!
— Вы недооцениваете Ее силу.
— О предки, — герцог извлек из внутреннего кармана платочек, промокнул лоб, — почему мне не сообщили раньше?
— Более того, он в Екатеринодаре, и наш агент уже вошел с ним в контакт. А вот человек Роялистов повел себя странно. Не предотвратил воскрешения Замятина, хотя такая возможность у него была.
— Наш агент? Воскрешение? — герцог раскрыл рот. Застыл в таком положении на пару мгновений, — да о чем вы говорите? Почему я всего этого не знал?! Ах… — он изменился в лице, нахмурился, — орден мне больше не верит.
— Верит. Пока что. Вы нам еще нужны, герцог. И скоро получите новые распоряжения. Будьте наготове. Замятин будет действовать решительно. Он вернет Гекату к жизни. И должен сделать это под нашим контролем. Во имя Новой Маны.
— Во имя Новой Маны, — повременив немного, повторил герцог девиз ордена.
 Глава 5 
— Роман Синицын из графского Дома Синициных. Его отец не последний человек города, — Вика втянула голову в плечи, обеспокоенно посмотрела на меня, — просто не обращай внимания. Он сейчас подурачится и уедет.
— Эй, — я заглянул в глаза графскому сынку, — у тебя проблемы что ли?
Синицин — парень лет двадцати светлокожий и русоволосый, нахмурился. Его небольшие серые глаза сузились. Длинноватый нос пошел складками, когда он сжал губы.
— Это кто там звездит, а Рома? — выглянул его пассажир, крепко сложенный смуглый чернобровый дворянин, явно с примесью кавказской крови, — что за хлюпик?
— Средний Орловский дурачок, — холодно проговорил Синицин, — пустышка, по всей видимости, поехал башкой, раз уж так со мной разговаривает.
— Я не понимаю, че им не нравится? — с заднего сидения выглянул третий, рыжеволосый и пухлощекий парень с лицом, усеянным веснушками, — на его сестру-пустышку, ни один нормальный дворянин не посмотрит. Орловские, довольны должны быть, что ей предлагает, — он идиотски захохотал, — провести время вместе такой знатный человек, как Рома. Пусть, — прыснул пухлый, — и на одну ночь.
— Все хорошо, — Вика прерывисто задышала, ее глаза заблестели, — все хорошо, Игнат. Они сейчас уедут.
— А может быть, — хмыкнул я, — вы проведете ночь друг с другом, втроем, голубки?
Троица переменилась в лицах. Ухмылки сползли с их физиономий. Чернявый и Синицин переглянулись.
— Игнат, ты что?.. — Вика задрала бровки домиком.
— То что ты сейчас сказал, — проговорил я, — называется оскорблением третьей степени. И должен ответить за это.
Первым заржал Синицин. Троица подхватила.
— Че он несет?! — сквозь смех прокричал Синицин.
— Это ты, что ли к ответу нас призовёшь?! — выкрикнул рыжий.
— Слава предкам, — выдохнула Вика, — зеленый.
Она тронулась.
— Сворачивай на обочину, — холодно проговорил я.
— Что?!
— Сворачивай. Я оскорбил их. Они не дадут нам уехать.