Участковый: Назад в СССР 2 (СИ)

— И, разумеется, он согласился.
— По-иному и быть не могло. После заключения договора полковник Вяземский позвал меня принять участие в красочном представлении. И для этого меня привезли на окраину Москвы. Прямо вот сюда. — Леночка указала на центральную проходную комбината, мимо которой проезжал автомобиль. — Тогда хранителем порталов был владелец швейной мануфактуры. Он-то и должен был устроить сеанс подпитки, для круга своих близких. Разумеется, за счёт моей жизненной энергии.
— Я только одного не пойму, зачем такие сложности? Привозить начинающую балерину? Ведь на пропажу сто процентов среагировал бы твой любовник, обер-полицмейстер. Он бы учинил расследование. Зачем привлекать так много внимания? Не проще ли взять кого-то из молоденьких работниц мануфактуры?
— Обычно эта группа так и поступала. Но есть такое понятие, как подпитка самого перехода, особенными жертвами. Понимаешь ли, Саша, любой из тринадцати обнаруженных проколов реальности, ведущих во тьму, постепенно затягивается. При определённых условиях их можно надолго потерять. А для взлома запечатавшегося прокола понадобятся слишком большие усилия.
— Значит, ты особенная?
— Как оказалось, да. Это и проявилось в катакомбах десятого августа, тысяча восемьсот девяносто девятого года. После того как мне пустили кровь, прокол повёл себя необычно. Войдя со мной в контакт, портал начал словно ярко пылающий маяк, привлекать скитающихся во тьме пустышек. В итоге группе истинных членов тайного общества, вместо участия в пиршестве, пришлось сражаться за свою жизнь и выбирать жертву среди своих, чтобы закрыть портал.
— Значит, ты в тот день выжила. И что дальше?
— Мой феномен исследовали. И после нескольких экспериментов, главы нескольких групп тайного общества, приняли решение не подпускать меня к порталам. Конечно, мне всё это не нравилось, но как-то сопротивляться я не имела возможности. К тому же вскоре выяснилось, что я не могу нормально жить далеко от мануфактуры и начинаю стремительно увядать.
— А дальше что?
— А дальше я жила на правах наложницы, в усадьбе хозяина мануфактуры. И в какой-то момент почувствовала, что могу предугадывать заранее, когда именно будет принесена следующая жертва. Страшные образы приходят во сне, где-то за сутки или двое до очередного убийства. Кроме этого, я иногда вижу, что происходит на той стороне.
— Вечноживущие как-то это использовали?
— Поначалу я это всё умело скрывала. А когда правда случайно открылась, было уже поздно.
— Что-то произошло?
— Да. В России произошла февральская буржуазная революция и всем стало резко не до меня. Отречения царя Николая второго, все группы тайного общества бурно отпраздновали. Они почему-то подумали, что, воспользовавшись возможностями проколов, смогут стать ещё влиятельнее.
— И что им помешало?
— Октябрьская революция. В ней приняли участие анархисты. Одна из групп тайного общества, базирующаяся на другой стороне Москвы, была тесно связана с этой партией. Именно они вознамерились прибрать к рукам все проколы. Разумеется, остальным это не понравилось, и в среде вечноживущих началась настоящая гражданская война, продлившаяся вплоть до двадцатого года.
— Неужели вечноживущие так и не смогли договориться?
— Они договорились, но до этого потеряли слишком много членов своих групп. Кто-то был убит, некоторых уничтожила советская власть, но большинство испугались и эмигрировали за границу, решив переждать там. К тому же деструктивные действия и многочисленные попытки неправильного использования и несвоевременного открытия порталов, привели к временной дезактивации большинства проколов. К примеру, портал в катакомбах был потерян на десятки лет.
— Значит, с тайным обществом вечноживущих было покончено.
— Да. К двадцать пятому году в Москве осталось всего два хранителя и полторы дюжины инициированных членов развалившейся организации. Все выживали, как могли.
— А кто, кроме тебя, остался рядом с мануфактурой?
— Только военный фельдшер Воронцов.
— Он один из хранителей?
  
— Нет. Тогда он был рядовым членом общества. Хранителем он стал намного позже, после того, как смог первый раз самостоятельно открыть портал. Как он это сделал, я не знаю. Во время процесса рядом не присутствовала. Но без жертвы там точно не обошлось.
— Воронцов знает о твоём существовании?
— Нет. Я же говорю, мне не обязательно входить внутрь прокола, чтобы подзарядиться жизненной энергией. К тому же я научилась выживать, не привлекая к своей персоне излишнего внимания.
— Когда он смог перезапустить портал?
— Перед войной, в сороковом году. Но буквально через полтора года, во время Великой Отечественной, всё снова едва не рухнуло. Я не знаю, что именно произошло, но портал надолго закрылся, видимо, после принесения неправильной жертвы. После этого у Воронцова начались проблемы с советскими властями. Он надолго уехал из Москвы и вернулся только после смерти Сталина.
— И как только он вернулся, всё стабилизировалось — догадался я.
— Да. Видимо, остатки общества выработали некие правила. Появились новые хранители. Кое-кто из членов организации вернулся из-за границы. Я не общаюсь ни с кем из них, но кое-что вижу в своих вещих снах.
— И что же ты видела?
— Недавно я увидела, как некто в маске убил палача вечноживущих и отпустил жертву. А затем он вошёл в портал. Теперь я уверена, что этим человеком в маске, был ты.
Леночка говорила уверенно. К тому же её слова были чистой правдой. Однако виду, что удивился, я не подал.
— Ну, допустим. А что ты мне ещё можешь рассказать.
— Послезавтра в катакомбах принесут новую жертву. Это будет там — с этими словами Леночка подкатила к въезду в Царский переулок и, остановив машину, указала на дом инженеров, с темнеющим зевом, проклятой арки.
Это утверждение меня почему-то не удивило. Нечто подобное, я как раз от Воронцова с мнимой француженкой и ожидал.
— Лен, скажи, может, ты знаешь про одну властную особу женского пола, недавно вернувшуюся из Франции в Москву?
Услышав вопрос, секретарша вздрогнула.
— Да. Я видела её недавно в одном из снов. Графиня, она жена давно исчезнувшего хозяина мануфактуры, уехавшая после революции. А палач, которого ты убил, это её младший брат. — Леночка внезапно замолчала, будто вспомнив нечто неприятное. А когда продолжила говорить, её голос сильно дрожал. — Те, с кем связана эта Графиня, страшные люди. Самые древние члены общества, эмигрировавшие из страны после прихода к власти большевиков. Если эти энергетические вампиры вернутся в СССР, жертвоприношения станут обыденным явлением, ведь им предстоит восстановиться. Саша, это всё, что я знаю.
Судя по тому, что я видел в своей прошлой жизни, у членов тайного общества всё получилось.
— Леночка, а отвези-ка меня в морг — попросил я, и девушка покорно нажала на газ, при этом не став задавать никаких вопросов.
  
Глава 22
 
Пропащая
 
До морга мы так и не доехали. Прямо перед въездом в огороженный забором медицинский комплекс, я увидел перебегающего дорогу Кошеля. Он явно куда-то спешил и судя по выбранному маршруту, направлялся прямиком к моей четырёхэтажке.
Поняв это, я инстинктивно насторожился и приказал Леночке остановиться. Выбравшись из автомобиля, окрикнул парня и пошёл навстречу.
— Гена, ты куда так летишь? — спросил я.
— Так, к тебе — выпалил Кошель и с подозрением уставился на машину, явно пытаясь рассмотреть, кто, сидит за рулём.
— Сейчас почти полночь. Зачем я тебе понадобился так поздно?
— Иваныч, можешь ругать меня, но до завтра я бы не выдержал. Мне кажется, Натаха пропала.
Я сразу понял, что он имеет ввиду подруги Светланы. Именно они вдвоём, неделю назад сорвались на пикник к круглому озеру, вместе с московскими мажорами. И как я подозревал ранее, именно чересчур разговорчивая Наташка бесследно исчезла в прошлом варианте моей жизни. При этом тогда все упорно твердили, что после изнасилования Светки, она уехала в родную деревню.