Участковый: Назад в СССР 2 (СИ)
Добравшись домой, я понял, что нормально поесть не смогу, зная, что меня ждут. Так что быстро закинув в рот пару бутербродов с колбасой и сыром, запил всё это кофе и начал переодеваться.
Не знаю, что на меня так подействовало, но зайдя в ванну, просто почистить зубы, я в итоге побрился и быстро ополоснуться под душем. А опомнился только тогда, когда понял, что достал джинсы, новую рубаху и ищу, чем побрызгаться, чтобы пахло повкуснее.
Остановив эту подготовительную вакханалию, я посмотрел на себя в зеркало и недовольно покачал головой.
— Стоп, Шурик. Давай-ка не распускай павлиний хвост. Это просто деловая поездка — проговорив эту формулу вслух, я облачился в новый спортивный костюм с логотипом команды Спартак и недавно выстиранное кеды. Затем не скупясь линул на ладонь одеколона Саша, и похлопал себя по щекам.
А уже через пять минут мы ехали с секретаршей Леночкой в сторону прокуратуры. Она весело трепалась о музыке, прочитанных книгах и футболе, при этом выказав недюжинную любознательность и разнообразие познаний. Рассказ, о её случайной встрече с Высоцким, в фойе театра на Таганке, перемежался с упоминанием прочитанной книги Теодора Драйзера и заканчивался турнирной сводкой чемпионата СССР по футболу.
Я во время поездки не проронил ни слова.
В кабинете юриста второго класса, меня ожидал совершенно иной приём. Чересчур серьёзное лицо молодой прокурорши, мигом выветрило из головы, все фривольные фантазии.
— Товарищ лейтенант, присаживайтесь — предложила она, ледяным тоном.
А когда я уселся, прокурорша начала бомбардировать меня уточняющими вопросами, по делу близнецов Сафроновых. Причём некоторые из них, она задавала по несколько раз. Я не стал пререкаться и отвечал рублено, по-военному, не позволяя себя втянуть в беседу или спор.
В процессе посмотрел в отражение стеклянной двери шкафа для бумаг и заметил, что все вопросы выписаны на листочки и пронумерованы. А прокурорша просто их зачитывает, перебирая бумажки в папке.
Она хоть и неумело, но работала по системе, явно пытаясь меня подловить на неточностях, но я этого, разумеется, сделать не позволял. А ещё, я всю дорогу думал, о том, что же ей от меня надо и по какой причине она вообще в меня вцепилась.
Неужели её задело то, что я при первой встрече, сразу указал на неправильности процедуры, а потом в течение суток в одиночку, вычислил квартирных грабителей и с ними разобрался. А может, её просто на меня натравил, кто-то влиятельный. Ведь она в этом деле, точно не первая скрипка.
Задав дважды и трижды все вопросы по кругу, прокурорша, наконец, отложила последний листок и, думая, что я не вижу, развернула блокнотик.
— Лейтенант, я получила сведения от оставшегося в живых Сафронова, что вы специально подставили под выстрел его брата. Это так?
Наконец, услышав, хоть один новенький вопрос, я ухмыльнулся.
— А что мне нужно было подставлять под пулю в момент борьбы за жизнь? Может, свою голову? — спросил я в ответ, но это прокуроршу не остановило.
— А ещё Сафронов утверждает, что вы присвоили часть ворованных денег — продолжила она.
— И сколько же я взял? — поинтересовался я, ледяным тоном.
— Директор галантереи утверждает, что в квартире было на сто восемьдесят рублей больше, чем сотрудники обнаружили на чердаке, заброшенного дома.
— Сто восемьдесят рублей. Огромная сумма. Да это даже больше моей получки — делая вид, что как никогда серьёзен, проговорил я. — Надо срочно выписывать ордер на обыск и искать тайник у меня в квартире. А ещё можно опросить родственников и соседей. А вдруг я кому рассказывал о недавно появившихся планах купить машину или дом.
— Расторгуев, не ёрничайте? — потребовала прокурорша.
— Лучше не несите пургу, Наталья Вячеславовна — тут же осадил её я. — А ещё, разуйте-ка глаза и просмотрите повнимательнее протокол осмотра, составленный сотрудниками, которые оказались намного наблюдательнее вас. В нём вы обнаружите, перечень найденных на чердаке пустых бутылок и продуктов. Или вы думаете, что наши уголовники ничего не успели потратить. Да они наверняка первым делом зашли в продмаг и закупались спиртным.
— Но если даже посчитать это, то всё равно не получается — попыталась возразить она, но я снова не дал ей договорить.
— Так идите и поищите пустые и пересчитайте битые бутылки, разбросанные вокруг заброшки. Ведь на них наверняка никто даже не посмотрел, во время следственных действий. А между тем, именно выкинутая из чердака пустая бутылка и привлекла моё внимание. И это, кстати, указано в моём рапорте — напомнил я. — Так сколько там получается, теперь не хватает денег? Рублей тридцать или пятьдесят. Как вы думаете, я бы взял эту мелочь, вместо того чтобы взять пару тысяч?
— Я просто должна была всё выяснить — не выдержав, начала оправдываться прокурорша.
— Это можно было выяснить, просто позвонив мне по телефону, а не требуя срочно прибежать в прокуратуру с докладом. И впредь, когда кто-то из ваших подопечных находящихся за решёткой, начнёт петь вам о том, как его обидели мусора, и рассказывать, что у него отобрали весь ворованный хабар, советую подумать, а не нести этот бред дальше — я встал и направился к выходу, но в последний момент остановился на пороге и обернулся. — И кстати, я надеюсь, что все эти измышления братоубийцы, занесены в протокол допроса, а не оглашены уголовником в устной форме и не записаны в ваш личный блокнотик.
Выслушав меня, прокурорша поспешно закрыла папку с блокнотом внутри. После этого я просто ушёл. А уже через пять минут автомобиль секретарши Леночки повёз нас загород, в дачный посёлок, находящийся на берегу небольшой речушки. А в процессе, проснувшаяся интуиция сообщила мне, что эта поездочка может закончиться по-всякому.
Глава 18
Дачные посиделки
Леночка вела машину уверенно. Хотя раньше я секретаршу за рулём никогда не видел, чувствовалось мастерство. Само присутствие рядом, весьма красивой девушки, меня немного волновало, но слушал я её трёп скорее с охотой.
Я быстро выяснил, что Леночка любит бывать в центре Москвы. Разбирается в театральных новинках, моде и спорте. А ещё она умная, коммуникабельная и позитивная. Вкупе с образованностью, красотой и нездешней элегантностью, это давало ей определённые перспективы, вырваться из секретарш и пойти дальше.
Правда, из прошлой жизни я знал, что она так и не организует себе повышение, а вместо этого навсегда останется здесь, рядом с тем, кто будет сидеть на месте сначала директора, а потом хозяина. Теперь, глядя на коммуникабельную секретаршу, это почему-то казалось странным.
Впрочем, сейчас моя голова была забита мыслями об организации нападения на квартиру Воронцова. Его необходимо сначала нейтрализовать, а потом вдумчиво допросить. Думаю, место в длинном подземном ходе и галерее вполне для этого достаточно.
В кабинете Кац пытался узнать, как именно я намерен допрашивать Воронцова? А когда посмотрел мне в глаза, понял, что я смогу дойти до крайности, и больше не стал поднимать эту тему. И он был прав, дайте мне только добраться до моего вечного свидетеля, и ему точно не поздоровится.
— Александр Иванович, я тут болтаю без остановки, а вы всё молчите и молчите. За пятнадцать минут ни слова не проронили и сидите такой мрачный, словно собираетесь кого-то придушить.
Выслушав девушку, я криво ухмыльнулся.
— Леночка, а может, перейдём на ты. А то по возрасту мы близки. Да и больших должностей, за которые следует почитать, у меня тоже нет.
— Хорошо, Саша — охотно согласилась девушка, и как-то странно, словно оценивая, осмотрела меня. — Так что ты скажешь насчёт моих интересов?
— Извини Лена, но в театр я не ходок, так что беседу о лучших постановках навряд ли поддержу. В футбол я больше играю, нежели смотрю по телевизору. А о турнирной таблице чемпионата Союза знаю одно, она печатаются в газете «Советский спорт».
— А мне приходится следить за театром и за футболом — немного печально констатировала собеседница. — Ежедневно просматриваю кучу газет и журналов, чтобы быть в курсе всего и оставаться в теме. Периодически читаю книги.