Участковый: Назад в СССР 2 (СИ)

На пару секунд Хромой замолчал. Я увидел, как его перекосило, от нахлынувших воспоминаний.
— Не знаю лейтенант, может она спортсменка какая, или просто шибко психованная, но только она со мной мужиком, легко справилась. Ты не смотри, что я невелик в росте, духовитости во мне вагон. В те времена, в камере на крытке или на зоне, я с любым шибко сильным, готов был на разы выйти. Однажды я камеру, полную арестантов, в одиночку успокоил. А она меня, словно ссаного котёнка швыряла. Вмиг рёбра перечитала, да руку сломала, когда финку выбивала.
Хромой снова замолчал и присосался к наполовину опустевшей банке, а когда я хотел его подогнать, продолжил сам.
— Короче, вырубила она меня. При этом даже слова не проронила. Я очнулся где-то через час, в багажнике легковой машины. Сначала хотел стучать и кричать, но подумав, решил притвориться, что не пришёл в себя. А через пятнадцать минут машина остановилась, и багажник открылся. Я увидел вокруг деревья, попытался выскочить и убежать, но баба мне дала затрещину, и я снова отрубился.
— А когда я в следующий раз пришёл в себя, понял, что валяюсь на покрытых ледком камнях. Фуфайки нет. А вокруг только кирпичные стены, сходящиеся в арку над головой. Баба крутилась рядом. В руках топор, а в глазах тьма…
Хромой осёкся и нервно сглотнул.
— У неё глаза убийцы. Ты лейтенант, чем-то похож на неё. В тебе есть отпечаток той тьмы, но самой последней черты ты пока не переступил. Я это чую.
— А скажи-ка мне Хромой, с чего ты таким чувствительным стал?
— Не подгоняй, начальник. Рассказ закончу, сам поймёшь — осадил меня старый уголовник. — Та баба ходила вокруг меня с фонарём. Стены щупала и нюхала, будто чего-то искала. А ещё она постоянно бурчала себе под нос всякую тарабарщину.
Я уже понял, что именно искала незнакомка. А вот то, что она говорила, мне стало интересно узнать.
— А что именно она бурчала? — не выдержав, поинтересовался я.
— Всё не упомню. Она словно сама с собой спорила. Спрашивала, подходит ли жертва? Рассуждала вслух о каком-то не всегда открывающемся проходе. А потом она увидела, что я за ней слежу, подошла и обозвала меня донором. Я попытался с ней заговорить, но куда там. Она не слушала, подтащила поближе к стене, а потом распорола себе ладонь и начала мазать кровью кирпичи.
Описание процесса открытия портала, полностью совпадала с тем, что я видел лично. Похоже, женщина была одним из хранителей и пыталась использовать Хромого как донора жизненной энергии. Только по какой-то причине делала это спонтанно и не подготовившись.
— Я хотел вскочить и убежать, но неожиданно оцепенел, когда увидел, как начинает оживать тьма. Она клубилась, и из неё потянуло сквозняком, словно из открытых нараспашку дверей. Увидев это, баба обрадовалась, снова подошла ко мне и занесла над головой топор, собираясь зарубить. Не знаю, как я вывернулся. Отскочил к стене и рванул в сторону. А потом, убегая, провалился в кромешную тьму.
— Прямо во тьму? — переспросил я, и Хромой часто закивал.
— Да. Пробежал в полной темноте метров двадцать. Потом споткнулся, влетел в стену и упал. А когда затих, почуял, что рядом кто-то ходит. Думал, что это та баба меня ищет, но потом увидел её с фонарём в руке, идущую между какими-то развалинами. А ещё я заметил десяток, неподвижно стоявших, человеческих фигур. Когда она меня позвала, все эти фигуры вмиг ожили и рванули прямиком к ней.
Хромой закрыл глаза, словно заглядывая в свои воспоминания. А затем снова заговорил.
— Извини, гражданин начальник, но дальше я помню только отрывками. Помню, что снова бежал. Видел, как баба ловко орудует топором, рубя направо и налево наседающих уродов. Потом меня свалили, но я опять вывернулся. Не знаю, что потом случилось, но очнулся я на лесной дороге, в одних штанах и ботинках. Рядом стояла машина. Я залез внутрь, завёл мотор и рванул с места.
— А местность хорошо запомнил.
— Вокруг снег лежал, так что даже в темноте, я запомнил местность на всю жизнь. Похоже, та арка находилась в одной из опор разрушенного моста. Но предупреждаю сразу начальник, туда я даже под конвоем не поеду. А если повезут насильно, по пути вскроюсь.
  
Как только Хромой упомянул наличие опор моста. Я сразу понял, где находится портал. Ведь это было третье подтверждённое экспертизой место, где в будущем находили жертв серийного убийцы. Так что Хромой меня как экскурсовод, точно не интересовал.
— Не повезу я тебя туда — поспешив его уверить, я указал на протез ноги. — Ты так и не рассказал, в какой момент её потерял.
— А это уже потом случилось. Когда приехал на хату к корешам, обнаружил укус на икре. Судя по отпечаткам зубов, прикусил человек. Поначалу водярой сбрызнул, да тряпкой замотал. Думал, что само пройдёт. Но потом нога начала сохнуть. Пришлось обратиться в больничку. Врачи гангрены не нашли и хотели лечить. Но я уже тогда почуял, что это лечить бесполезно и если затяну, то лишусь жизни. Короче, я дал главврачу на лапу, и мне ногу отрезали по самые яйца. Конечно, без неё плохо, но лучше так, чем под землёй лежать.
— И после этого ты начал чувствовать всякое?
— Да, начальник. Многих насквозь вижу и знаю заранее, чего они в деле стоят. Твой внешний вид меня поначалу обманул, но потом я всё что надо, для себя понял.
— И чего ты понял? — спросил я с нажимом.
— Понял, что дорогу тебе лучше не переходить, в ином случае, одной ногой точно не отделаюсь.
  
Глава 17
 
Предчувствия
 
— Лейтенант, ты второй, кому я это всё выложил как на духу — неожиданно признался Хромой.
— И кто был первым?
— Один настоящий вор в законе, из старичков. Он один из тех, кто не просто чтил воровские понятия, он ими жил. Таких больше не делают.
— И что тебе сказал твой законник?
— Сказал, что про тёмные места раньше уже слышал. А у него на глазах происходило такое, что он давно верит во всякое. Затем приказал, чтобы я об этом впредь молчал, больше никогда не приближался к дому с ловушкой и держался подальше от людей, помеченных тьмой.
— Похоже, он был прав. — Я уже хотел направиться к выходу, но приостановился. — Хромой, я обещаю, тебя никто не тронет, но только до тех пор, пока ты сидишь на жопе ровно. Появится Гамалеев — отмораживайся и уходи в полную несознанку. Потом сразу позвони мне. И запомни, ещё один криминальный выверт, и я тебя лично отправлю за решётку. Ты всё понял?
— Понял, гражданин начальник — ответил старый вор, вполне искренне и тяжко вздохнул.
— Тогда на связи.
Выйдя на улицу, я зашагал в сторону поликлиники. Надо срочно переговорить с Кацем. Поделиться кое-какими новыми вводными и решить, что дальше делать. Правда, добраться до морга спокойно, мне не дали.
Сначала я заметил Волгу директора комбината. Машина проскочила мимо на приличной скорости, а потом снова промелькнула, проехав по параллельной улице, но уже без Егорова. Водитель явно следил за мной, но делал это неумело. А когда я, наконец, зашёл на огороженную территорию, с несколькими медицинскими учреждениями внутри, Волга опять появилась за спиной. Отвернула в самый последний момент и покатила к станции скорой помощи.
Поздоровавшись с санитаром, курившим на крыльце морга, я спросил где Кац. Тот ответил, что док пока занят на вскрытии, так что придётся полчасика подождать. Усевшись на лавочку, я принялся следить за комбинатовской Волгой.
Бывший жених Зины выскочил из машины и спешно скрылся в диспетчерской. Снова появился через пару минут и только после этого, подошёл к сидевшим в курилке водилам и принялся с ними активно беседовать. При этом я подметил, что он периодически посматривает в мою сторону.
Похоже, этот выверт, не отсебятина. А значит, цеховики созрели и решили сделать следующий шаг. Мне стало интересно, каким именно он будет. На что-то серьёзное, способное повредить моему здоровью, они навряд ли решатся. Значит, захотят договориться. Ну что ж, посмотрим, что они мне предложат.