Участковый: Назад в СССР 2 (СИ)

Желанные гости ресторана, это советские граждане при деньгах и, разумеется, иностранцы. В касту завсегдатаев входит московская богема, партийная элита, торговые работники, золотая молодёжь, военные при хороших погонах и всевозможные нужные люди. Многие московские таксисты, как раз к последним и относятся.
Хороший швейцар, может не только увеличить выручку ресторана, не дав занять столики несостоятельным клиентам, но и способен лишь раз, взглянув на посетителя, определить, даст ли он хорошие чаевые. Так что заявившегося на огонёк, только что откинувшегося с зоны блатного, с котлетой денег на кармане, он тоже вычислит и, если он нормально одет, обязательно запустит в заведение.
Тот, кто стоял за дверью, дело своё явно знал. Шесть часов — это ещё рано, так что возле входа не толпилась молодёжь, уговаривая швейцара впустить внутрь. Воспользовавшись этим, я прижал к стеклу красненькую десятку и достойно выдержал оценивающий взгляд привратника.
Червонец хоть и не сразу, но подействовал как пропуск. Быстро оценив мою одежду, швейцар отодвинул хитрый засов и пустил меня внутрь. После этого ловко вытянул купюру, двумя пальцами из моей руки и показал фокус с её исчезновением.
— Здравствуйте, вы покушать или вам столик на весь вечер? — дежурно улыбнувшись, поинтересовался он.
— Любезный, мне столик для двоих. Обещаю, чаевыми никого не обижу.
Громкий щелчок пальцами, привлёк внимание подтянутого метрдотеля. А полунаклон швейцара, дал ему понять, что клиент перспективный. Сдавать верхнюю одежду мне не понадобилось, так что, проскочив мимо гардеробной, я подошёл к главному халдею, отвечающему за наполнение зала посетителями, и протянул ладонь с ещё одной десяткой.
Короткое рукопожатие освободило меня от купюры. После этого, подчёркнуто надменное лицо метрдотеля расплылось в любезной улыбке.
— Вам, столик на вечер?
— Да, на двоих.
— Могу посадить рядом со сценой — посоветовал метрдотель и указал на несколько пустых столиков, помеченных табличками «Занято».
По-прежнему не снимая солнцезащитные очки, я оценивающе осмотрел зал и указал на небольшой столик, разместившийся в 7–8 метрах от сервируемого прямо сейчас, большого банкетного стола. Других подобных я не заметил, так что если Аслан не соврал Зине о сборе его друзей, то гости, на дне рождения таксиста, должны собраться именно там.
— Не знаю, будет ли вам там удобно? Одна из колонн закрывает половину сцены — с сомнением предупредил метрдотель.
— Я буду с дамой, так что уединённое место в сторонке, меня вполне устроит — безапелляционно объявил я, и метрдотель кивнул.
Пройдя со мной к столику, он уже хотел подозвать официанта, но я его остановил.
— Меню нести не нужно. — С этими словами я начал выкладывать по одной, в любезно раскрывшуюся, кожаную папочку, четыре двадцатипятирублёвых купюры. — Сейчас я уеду за своей спутницей и вернусь к восьми. А вы распорядитесь сами, чтобы официанты всё сделали красиво. На столе должно стоять шампанское, армянский коньяк и лучшее Грузинское красное вино. Боржоми, соки и лимонад. Фрукты, зелень, закуски, салаты и всяческие нарезки, по вашему усмотрению. Шашлык, и ещё что-то из горячего, поставить на стол в полдевятого. Если сделаете всё правильно, в конце вечера, я никого не обижу. А это вам за беспокойство. — Достав ещё одну десятку, я добавил её к купюрам. После этого папочка захлопнулась.
— Всё будет сделано-с — протяжно изрёк главный халдей и, щёлкнув каблуками, отвесил положенный полупоклон. После этого он убежал, а я, ещё раз внимательно осмотрел зал.
Запомнил расстановку столиков, в знакомом, по прошлой жизни, интерьере. Пока ресторан был заполнен едва наполовину. К тому же часть посетителей, реально пришла просто поужинать и скоро очистит столики.
На сцене, за весь вокально-инструментальный ансамбль отдувался один пианист. Рядом подготавливают инструменты саксофонист и гитарист. Однако к восьми — это всё кардинально изменится.
Направившись к выходу, я ещё раз кивнул метрдотеля и тот любезно заулыбался. Оно и понятно. Клиентов, которые сразу расплачиваются за заказ и не скупятся, любят все. К тому же я его лично, тоже не обидел.
  
Рядом со швейцаром я остановился и сунул ему в карман сюртука ещё пять рублей.
— Через два часа вернусь с дамой. Любезный, сделай так, чтобы я не стучался. Тебе всё ясно?
— Так точно — ответил швейцар и распахнул передо мной дверь.
Остановившись на крыльце, я картинно закурил. Затем повернул налево и направился в сторону стоянки. Пройдя мимо входа в кулинарию, добрался до почти пустой парковки, зашёл за подземный переход и затушил сигарету об урну.
Заняв одну из лавочек, невдалеке от стоянки, я прикрылся приготовленной заранее газетой и принялся следить за паркующимися машинами. Целый час просидел впустую. Интересующий меня персонаж, появился в полвосьмого. Из новенькой, белой Волги вышли двое. Один из них, судя по описанию Зины, тот самый Аслан.
От природы здоровый тип, лишь отдалённо походил на кавказца. Чёрная бородка подстрижена по московской моде. Кожаный пиджак прикрывал внушительных размеров грудную клетку. Судя по характерным движениям, скорее всего, Аслан занимался борьбой.
С ним приехал здоровый мужчина, лет сорока на вид. Скорее всего, старший брат. Как только они встали лицом ко мне и начали выгружать коробки из багажника, я их, к своему немалому удивлению, неожиданно опознал. Это были братья Бероевы. Знакомые мне личности. С их криминальными выкрутасами я столкнулся в начале двухтысячных.
Как ни странно, но несмотря на свою внешность, братья были коренными москвичами. Насколько я помню, их дед служил в дикой дивизии, ещё при царе. После революции поселился в Москве. Оба брата получили высшее техническое образование, но по специальности не работали.
Я не помню, чем они занимались во времена СССР, но в начале девяностых Бероевы крышевали кооператоров и приняли активное участие в обналичивании фальшивых «авизо». А после того, как они приподнялись, старший брат начал привлекать своих дальних родственников из Закавказья, организуя этническую ОПГ.
Группа занималась чем угодно от угонов машин и продажи оружия, до крышевания подпольных борделей и отжимания бизнесов. Я вплотную столкнулся с их семейством, после похищения членами ОПГ нескольких коммерсантов. Кого-то из них Бероевы заставляли расстаться с крупными суммами в валюте и рублях. Другие, для того чтобы откупиться, отписывали им дома, квартиры и дорогие иномарки.
Несмотря на широкий круг их криминальных интересов, долгое время дела братьев Бероевых оставались в тени. Как я понял, поначалу они старались никого не убивать и делать всё чисто. А если первичный накат не давал результата, или у терпил появлялась приличная крыша, Бероевы и вовсе отступали.
Всё изменилось, когда в 2003 году убили старшего брата на одной из разборок. Младший Аслан возглавил ОПГ и понеслось. Кровная месть, убийства, грубые акции устрашения и бесследно исчезновение захваченных заложников.
Если бы это была середина девяностых, то это всё могло прокатить. Но к концу двухтысячных подобное не прокатывало. В результате от самых верхов МВД была получена команда наказать и этническое ОПГ начали прижимать к ногтю.
Многих членов группы посадили, но сам Аслан Бароев, смог вывернуться и убежал в Турцию. Там его попытались достать, предоставив турецким властям веские доказательства его кровавых преступлений, но он и оттуда сумел скрыться. Ходили слухи, что Аслан сменил документы и перебазировался в Испанию.
Теперь я узнал, с чего, тридцатилетний Аслан, начинал свою криминальную карьеру и понимал, что с таким человеком полюбовно точно не договориться. Похоже, для того чтобы окончательно отвадить Бероева от Зины, придётся действовать жёстче, чем я изначально хотел.
Братья взяли картонные ящики и вошли в ресторан, через кухню. Выждав полчаса, я тоже направился к входу в заведение. Швейцар узнал меня сразу и запустил внутрь. Не снимая тёмных очков, я прошёл в зал и, кивнув метрдотелю, отправился к своему столику.