"Соттель", школа для одаренных (СИ)
— Но его с нами больше нет! — мой голос сорвался, в горле стало сухо, а рот наполнился неприятной горечью. Я метнула взгляд в сторону столика с графином, стоящего около кресла, но мое тело казалось сейчас настолько неповоротливым и задеревеневшим, а живот тянуло так нестерпимо, что сил подняться и добыть себе воды просто не нашлось. Мой зверь уловил мое желание безо всяких слов, поэтому спрыгнул с плеча и пододвинул ко мне графин и стакан, чтобы было удобно налить воду не вставая. Мерва скривилась, так как Тимоса она совершенно не жаловала, считая, что магам древних родов иметь фамильяров позорно, не по статусу. Так и называла моего мангута “это животное”, что для Тима, имеющего собственный разум, чувства и магию, всегда было очень обидно, даже оскорбительно и больно. Но заботиться о чувствах других живых существ Мерва ид Хорн, полагаю, просто не умела. Сейчас она в который раз это наглядно демонстрировала.
— Если ты вдруг решилась пойти на ту дурость, о которой говорил мне сын, то предупреждаю тебя, что мы...
— Да, я по-прежнему планирую открыть в СВОЕМ поместье школу для одаренных. Мы мечтали об этом с Алойзом вместе, но теперь мне придется справляться самой, потому что помощи от вас я с самого начала не ждала. Я хочу сделать это ради наших детей и в память о любимом муже! Неужели вы хотите заставить меня лишить ваших внуков наследия моего рода? Ведь о наследии со своей стороны ваш супруг, проигрывая состояние рода ид Хорн, совершенно не задумывается!
— Еще нужно доказать, что твои дети достойны быть частью рода ид Хорн. — изрекла эта... гхм... женщина.
Я натурально закаменела, услышав какие-то сомнения в том, что дети, которых я ношу под сердцем и ради которых терплю двойную магическую нагрузку, наши с мужемдолгожданные дети, между прочим, якобы могут быть Мерве ид Хорн неродными. Да что она вообще несет? Совсем уже разума лишилась?
— Вы действительно сейчас хотите мне сказать, что сомневаетесь в отцовстве Алойза? — спросила я сиплым шепотом. — Скажите, что мне это просто послышалось.
— Я требую магическую проверку на отцовство! — припечатала свекровь.
— То есть вы не верите ни сыну, который ни в чем не сомневался, ни мне, которая совершенно уверена в том, от какого именно мужчины зачаты ее дети, и готовы подвернуть мое здоровье и дар, а также магию и жизнь моих детей огромному риску ради того, чтобы непонятно что и кому доказать? В отместку за то, что я не хочу продавать единственное принадлежащее только мне имущество, на которое вы имеете свои планы? Да у вас что, совсем сердца нет? Это ВАШИ внуки. Один из них явно унаследовал дар Алойза, и вы, как родственница и маг, прекрасно должны это чувствовать!
— Ты, как маг-созидатель, можешь придать магии нужный флер. — сразу нашлась Мерва с ответом.
— Наверное, могу, — согласилась я. — Но для чего мне это? Ради чего? Ради вашего состояния, которого такими темпами вы скоро лишитесь? Ради статуса вашего рода? Но мой род не менее древний, знатный и уважаемый, пусть и почти погасший, так зачем тогда?
Ответа на мои вопросы конечно же не последовало.
— Или мы продаем твое имение, или ты делаешь проверку! Иначе детей в свой род мы с супругом не введем!
— Знаете, — ох, как я разозлилась. Чувствовала, как все внутри начинает закипать, а кровь стучит в висках. Даже нашла в себе силы подняться, немного, впрочем, качнувшись от слабости в сторону. Разумеется, свекровь сделала вид, что ничего не заметила. Наверняка, даже если бы я упала, Мерва просто бы перешагнула через меня, и все. — Я никогда не стремилась вступить в ваш род, и Алойз меня в моем желании поддержал. Так что, раз вы так настаиваете, мои дети, — я сунула под нос Мерве руку с перстнем рода, в котором покоился его Хранитель. — Будут ид Й’орн, как и я. А от вас мне вообще ничего не нужно. Я сегодня же покину этот дом.
— Я все равно не дам открыть тебе школу, Ирмина! Ты ведь знаешь, какие у меня связи в Комитете...
— Я иногда думаю, что Алойз словно знал заранее, что грядет, — я сокрушенно тряхнула головой. — Поэтому позаботился обо всем еще до того, как уехать в экспедицию. Разрешение на открытие школы от Комитета по контролю за магией у меня уже есть. Так что вы... просто не захлебнитесь своим ядом и не дайте вашему мужу окончательно все разорить. А когда вы станете старой и одинокой и вспомните наконец-то о внуках, которых решили не принимать по собственной глупости, пытаясь меня наказать, боюсь, станет слишком поздно признать те ошибки, которые вы сейчас совершаете. Прощайте! Тим, — обратилась с мангуту, так и сидящему на столике возле графина. — Собирай наши вещи. Мы сегодня же навсегда покидаем этот “гостеприимный” дом семьи ид Хорн, которая не считает нас своей частью.
***
Одиннадцать лет назад
Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей
Ирмина (Мина) ид Й’орн
— Ну что же буду делать без вас, госпожа Шу? — мы с моей пожилой экономкой сидели на лавочке в саду, наблюдая, как неподалеку от нас Тимос играет с моими детьми, двухлетними Вирой и Дарием на траве. — Где же я найду такого преданного делу человека, как вы? Тем более, сейчас, когда до прибытия первых адептов осталось всего несколько седмиц?
— Мне очень жаль, госпожа Ирмина, но я вынуждена уехать к дочери прямо сегодня. Ей очень нужна помощь с малышами, а кроме меня, ей некому помочь, вы же сами знаете.
— Знаю, — с тяжелым вздохом кивнула я. — я что-нибудь придумаю, так что ни о чем не беспокойтесь. Езжайте.
Старшая из трех дочерей моей экономки, Норы Шу, недавно родила, причем сразу тройню. Они с мужем, оборотнем по расе, жили в поселении зверолюдов в другой части королевства, на севере, у границы с землями гномов. Поначалу молодые рассчитывали справиться с детьми своими силами, однако, переоценили собственные возможности и слезно просили мою экономку приехать на подмогу.
Средняя и младшая дочери семейства Шу, переехавшие вместе с матерью следом за мной из столицы, по-прежнему оставались служить в поместье “Соттель”, но заменить на посту госпожу Шу, они, к сожалению, не могли. Опыта не хватало. Если бы экономка знала заранее о том, как повернется ситуация, наверное, она бы как-то их подучила или натаскала. Но о том, что ей придется так не вовремя покинуть “Соты”, мы узнали совершенно неожиданно только пару дней назад. Конечно же, я не имела права держать госпожу Шу здесь, хотя и не представляла даже, как теперь найду кого-то настолько же подходящего на роль экономки, а по совместительству коменданта жилого крыла будущей школы. Второй Норы Шу ведь просто в природе не существует.
На то, чтобы привести старое поместье рода ид Й’орн в нормальное состояние и открыть там, наконец-то, школу для одаренных “Соты” мне потребовалось чуть более двух лет.
Госпожа Шу и ее семья, прибывшие из нашего с мужем дома в Зейрасе, столице людского королевства, где мы работали и жили до гибели Алойза и моего приезда сюда, в земли моих предков - в южное Приграничье, очень помогли мне на первых порах, взяв на себя решение всех хозяйственных вопросов.
О, сколько всего нам пришлось сделать, чтобы превратить это место не просто в дом, а в дом пригодный для жизни и обучения множества существ одновременно. Благо род ид Йорн, когда-то большой и благополучный, строил “Соттель” на века и по всем канонам тех давних лет, когда даже для малочисленных семей по статусу необходимо было отгрохать целый дворец со множеством коридоров, гостевых комнат и гостиных, несколькими столовыми, большим и малым бальными залами и, что обязательно для любого уважающего себя магического семейства, несколькими лабораториями, библиотеками и невероятных размеров подвалом для хранения припасов и проведения всяческих магических экспериментов.
Теперь правое гостевое крыло поместья были превращено в жилые комнаты для учеников и преподавателей, а левое - в учебные классы с новенькими еще пахнущими лаком и деревом партами. Малый бальный зал мы переделали в лекционную аудиторию, большой бальный зал переоборудовали в столовую, с рядами лавок и столов для адептов и подиумом с местами для преподавателей. Пришлось знатно раскошелиться и заказать артефакт, используемый в местах приема пищи в других учебных учреждениях, который переносил подносы с уже готовыми наборами блюд из кухни и ставил прямо перед посетителями столовой, как только они занимали за столом свое место.