"Соттель", школа для одаренных (СИ)

— Я не подумала. — пробубнила дочь еще слышно.
Я обратила внимание, что, разговаривая со мной, Вирия отводит взгляд, словно чувствуя какую-то вину за происходящее.
Хм...
Пришлось спешно активировать диагностирующее заклинание, чтобы определить причину недуга Дария. Если это просто переохлаждение или легочная лихорадка, то не страшно. Запущу процесс самоисцеления и попрошу наставника Шушура принести парочку своих свежих эликсиров.
Мое диагностическое заклинание вернулось ко мне, не обнаружив ровным счетом ничего. Что это еще за новости?
— Тим, иди встреть Ильяша Шушура, пожалуйста, — обратилась к фамильяру. Тот понятливо кивнул и метнулся в сторону коридора. Я схватила с прикроватной тумбочки листок и грифель и набросала школьному лекарю “птичку” с просьбой срочно прибыть в мои личные комнаты.
— В чем может быть дело? — пробормотала себе под нос, пробуя на этот раз провести диагностику источника сына. И каково же было мое удивление, когда я заметила у него опустошение почти наполовину!
— Вы вчера практиковались? — спросила у Виры. Подозрение в том, что творится что-то дурное, и мои дети погрязли в этом по самые уши, почти разрывало мне сердце.
Дочь помотала головой.
— Твой брат пуст так, будто совершал призывы и воскрешения всю ночь без перерыва! Его дар не успевает восстанавливаться, отсюда и такое стремительное течение болезни. Ты ничего не хочешь мне рассказать?
— Мам, я... мы... — у Виры затряслись губы, а глаза наполнились слезами.
— Так, где наш пациент? — прозвучал из гостиной строгий голос змеелюда.
Наставник Шушур выглядел бодро, хотя по криво застегнутой сорочке можно было понять, что моя “птичка” вытащила школьного лекаря прямо из постели.
— Нет реакции на диагностическое заклинание, — пояснила я, наблюдая, как Ильяш ставит свой саквояж на пол и садится на постель подле сына. — Вира говорит, что жар начался вчера вечером, но она убрала его "исцеляющим" низкого уровня. Когда я проверяла спящих детей после нашего совета, лоб сына был сухим и прохладным. Также есть опустошение резерва наполовину. Причину этого я как раз пытаюсь выяснить у того, кто точно знает, в чем дело. — мотнула головой в сторону Виры, которая явно вот-вот готова была расплакаться.
Наставник Шушур поднял на меня удивлённый взгляд и рассеянно кивнул. Затем соединил пальцы в вспомогательный знак и тихо зашептал усиленную формулу диагностического заклинания высшего уровня.
— Заклинание сокрытия. — прозвучали голоса дочери и Ильяша одновременно.
— Что? — не поняла я.
— В вашем роду наверняка были некромаги, госпожа директор, - начал пояснять школьный лекарь. Я тем временем неотрывно смотрела на бледную дочь, которая не смела даже поднять на меня глаза. — И наверняка имеется родовое заклинание сокрытия проведенных некропрактик. Маги старой школы из высокородных боялись происков конкурентов и частенько прибегали к подобным хитростям.
— Не исключаю возможности наличия подобного в родовых книгах ид Й'орн. Некромаги у нас с детьми в предках точно были, — согласилась я. — Но как это связано с состоянием моего сына?
— Напрямую, — произнес змеелюд. — Отторжение вашей “диагностики” возникло как раз из-за наложенного на господина Дария заклинания сокрытия. Это побочный эффект, если это можно так назвать: сокрытие не только от диагностики, способной выявить отпечаток искомого некроритуала, но и невозможность проведения лечебной проверки организма. Туда же можно отнести и опустошение резерва, которое происходит постоянно, пока заклинание не истончится, независимо от того, использует ли ваш сын дар или нет. Тогда объяснимо и такое стремительное течение болезни, которая, полагаю, является обычной простудой. В другой ситуации Дарий отделался бы легким недомоганием, но его источник постоянно опустошается, что делает сопротивляемость организма к недугу слабее. Странно, что этого не случилось раньше, ведь заклинание сокрытия было применено не вчера, а как минимум несколько месяцев назад.
— Я давала ему восстановитель магии... — подала дрожащий голос дочь.
 
Она выглядела так жалко, что сразу захотелось заключить ее в объятья и успокоить. Но я не могла позволить себе подобное, потому что Вирия должна была понять, к чему в итоге привели ее с братом действия, а также их общие беспечность, недальновидность и глупость.
— Я попрошу Стеллу назначить тебе индивидуальный зачет по алхимии за первый курс, Вира! — отозвалась я строго и сухо. — Ведь при изучении эликсира восстановления магии вас должны были предупредить, что его постоянный прием со временем приносит больше вреда, чем пользы. Магия не может долго возобновляться искусственно, особенно у юных одаренных с нестабильным источником. Дарий мог выгореть, ты это понимаешь?
— Мама, я так виновата! — всхлипнула дочь. Я все же пересела к ней и осторожно прижала мою крошку к себе. — Это я нашла то заклинание сокрытия в одной из родовых книг и предложила использовать Дару, чтобы наставница Тод не нашла у него отголосков ритуала призыва. Это ведь ты попросила ее сделать это, да?
— Попросила, — честно сообщила я, наблюдая, как Ильяш вливает в сына лечебную силу, убирая его лихорадку. Постепенно щеки Дария розовели, дыхание выравнивалось, а кашель стихал. Змеелюд делал вид, что не слышит наших с дочерью разговоров, а я знала, что наставник Шушур оставит всю информацию, полученную в этих стенах, при себе. — А что мне еще было делать, Вира, если я чувствовала, что вы упорно не хотите делиться со мной чем-то, что очень вас беспокоит? Неужели я не заслуживаю доверия? Неужели я не смогла бы вам помочь или найти выход из той ситуации, в которую вы угодили?
— Мам, да ты что! — эмоционально вскрикнула дочь, прижавшись ко мне еще крепче и обхватывая за талию руками. — Просто мы хотели сами разобраться с той кашей, которую по ошибке заварили. Мы боялись, что это все может отразиться на школе, если бы кто-то узнал об этой твари...
— Твари? — удивленно переспросила я. Даже Ильяш развернулся, не в силах скрыть своей реакции на мой вопрос.
— Зеркальной твари, которая ворует украшения и прочие штуки, — уверенно кивнула Вира. — Это мы с Даром ее вызвали, мам, потому что перепутали заклинание “Зеркального зова” с чем-то еще, используя ритуал на крови.
***
— Хорошая новость состоит в том, что твои дети помнят, из какой именно родовой книги взяли этот “Зеркальный зов”. — высказала свои мысли Стелла Тод.
Я согласно кивнула, пытаясь вернуть себе потерянное за предыдущие часы душевное спокойствие хотя бы ненадолго. Утренние события основательно выбили меня из равновесия, одновременно принося и облегчение, и раздражение, и обиду, и радость за освобождение от тайн, стоящих между мной и моими детьми, и тревогу за самочувствие сына.
На фоне других проблем, навалившихся на “Соттель” в последнее время, мои нервы с трудом сдерживали скопившееся внутри напряжение, превращая меня в натянутую донельзя струну, готовую лопнуть в любой момент.
Мы с наставницей по некромагии расположились в ее небольшом кабинетике в подвале, недалеко от зала, где на лабораторных столах хранились “учебные пособия”, а проще говоря, покойники, пребывающие в стазисном состоянии.
Я не раз предлагала госпоже Тод разместить ее кабинет рядом с алхимическими лабораториями на первом этаже “учебного” крыла школы, но Стелла была непреклонна, так как, по ее словам, в подвале она “отдыхала от шума, толпы и мирской суеты и могла спокойно подумать о вечном”. А еще спрятаться от лучей заглядывающего через окна светила, которое женщина не очень жаловала, в отличие от “мужчины своего сердца”, то есть Авира Рашу. Вот он как раз наравне с адептами выбирался в школьный сад в любую свободную минуту.
За эти месяцы, наблюдая за развитием отношений наставников по артефакторике и некромагии, я иногда задумывалась над тем, как наша некроледи и фей вообще находят хоть какие-то точки пересечения. А потом осознала, что мои коллеги просто гармонично дополняют друг друга, строя отношения на своем контрасте, и, похоже, очень рады тому, что они такие разные.