Хозяйка Северных гор (СИ)

— Ты был прав, им нужна земля графства.
— Нет, Ваше Величество, им нужна власть, которую даст им Север, — уточнил лорд Гарриет, как и всегда «увидев» гораздо больше.
В столице намечался сезон зимних балов, съезжались эрлы и их вассалы, на это время всегда планировались не только шумные празднества, но и важные заседания. Королю нужен был противовес эрлам, их баронам и церкви, владевшим большим количеством земель, и он рассчитывал договориться с Шотландией.
  
Но лорд-стюард Шотландии не подтвердил своего визита, а отправленный за ним отряд вернулся ни с чем. Наместник короля Стефана в Шотландии ничего толком сказать не мог, кроме того, что лорд-стюард, однажды ночью исчез со своими людьми, так и не подписав клятву королю Англии.
Король Стефан был опытный политик, воевать не любил, предпочитал решать дела мирным путём. Он понимал, что с горными лордами без лорда-стюарда договориться вряд ли получится.
  
Глава 33 
 
Часть 1 
Вот уже пару недель, как началась настоящая зима. Я была счастлива, что нам удалось закончить подготовку. Весь замок и прилегающие деревни почти не спали, заготавливая овощи, рыбу и дрова. Да-да, теперь у нас было две деревни. Потому как шотландцы образовали целое поселение возле замковых стен, а чуть в отдалении была расположена деревня графства.
Я сегодня проснулась с плохим предчувствием, и не потому, что под утро комнаты остывали, и было страшно холодно. Просто появилось ощущение надвигающейся беды.
От графа Честера известий не было, да и вообще мы жили будто бы на необитаемом острове, окружённые горами, через которые никто не мог пройти. Ну, это мне так казалось.
Я в основном общалась с теми, кто жил в замке. С леди Ярон, капитаном Сэлом, иногда приходил Ифор с вопросами по деревне. Алан Стюарт появился два раза, один раз на службе в часовне у отца Давида, а другой раз пришёл ко мне... с подарком. Принёс шубку их меха потрясающей красоты. Он был серебристо-серый, переливающийся на свету.
— Кто это? — в восхищении замерла я, дотронувшись руками до мехового великолепия и совершенно забыв о том, что дала себе слово не привечать шотландского грубияна.
У меня была шуба, сделанная из овчины, тёплая, практичная, но я в ней смотрелась словно наши крестьянки. Думаю, если бы леди Эссекс меня увидела в таком виде, то «порадовалась» бы, что я стала такой.
Я взглянула на леди Ярон, стоявшую с напряжённым лицом, надеясь, что она подскажет, могу я принять шубку или нет?
А Алан вдруг сказал:
— Леди Маргарет, это от моего... народа, благодарность.
Леди Ярон улыбнулась и, мне показалось, что облегчённо вздохнула.
И я с благодарностью приняла роскошный подарок, подозревая, что хитрый лорд-стюард только что придумал, что подарок от «народа».
За окном было темно, вылезать из-под одеял не хотелось. Но было надо. Сегодня начиналось рождество. Здесь оно длилось двенадцать дней и ночей.
Вместо деда Мороза был святой Николас, а вместо ёлки остролист. Считалось, что это вечнозеленое растение, символизирует вечное обновление и бессмертие и, по поверью, отгоняет злых духов.
А вчера я поймала Мэри, которая рассматривала, куда подвесили омелу.
У меня сразу же возникло подозрение, кого она вскоре проведёт этим путём.
Я даже не подозревала, что Рождество уже праздновали в это время. Но отец Давид и леди Ярон меня просветили. Не просто празднуют, а с размахом. Задача отца Давида, как главы нашей небольшой епархии, было сварить крепкий эль, моя задача, как сюзерена обеспечить вкусностями гуляющее население.
Моя внутренняя «жабка» поначалу ужаснулась — траты то какие, но, уточнив, я поняла, что ничего страшного с моими финансами не произойдёт, надо только придумать ещё что-то необычное, кормить народ двенадцать дней мясом я не смогу.
Леди Ярон рассказала, что у короля размах ещё больше, все эти рождественские дни проходят балы и роскошные пиршества. Отец нынешнего короля однажды устроил пир для двух тысяч своих приближённых*.
(*в 1482 году Эдуард II в течение нескольких дней угощал около двух тысяч человек). 
А простой люд в эти дни не работает, отдыхает и веселится. Я сразу вспомнила наши новогодние праздники. Когда к концу ты уже не можешь есть, пить и полностью забываешь о том, что снова надо будет ходить на работу.
Оказалось, что мне надо подготовить угощение, и достаточно будет напечь буханки хлеба, детям, возможно, что-то сладкое. Поэтому за неделю до начала Рождественских праздников я вместе с леди Ярон пошла советоваться с Ринтаной.
Кроме пряников Ринтана ничего посоветовать не смогла. Хотя леди Ярон и Мэри, которая тоже увязалась за нами, и восторгались. Мэри чуть не запрыгала:
— Пряники, это так вкусно! Нам так повезло, что Ринтана умеет их готовить.
А я вспомнила, что моя невестка, которая при случае всегда пыталась дать понять, что я не очень хорошо образована, как-то упомянула про то, что англичане очень уважают пудинг, да и в сказке про Алису, которую я читала ещё сыну, тоже было упоминание этого десерта. И я даже научилась его готовить.
Поэтому я взяла и спросила:
— А пудинг? Ринтана, знаешь, как готовить рождественский пудинг?
Все уставились на меня «квадратными» глазами.
Ринтана, по своему обыкновению расстроилась, что даже слово «пудинг» ей неизвестно. Мэри, умничка, не дала Ринтане впасть в уныние:
— Леди Маргарет, пожалуйста, расскажите, это даже звучит вкусно.
Я улыбнулась: — «Вот хитрюша».
— А вслух рассказала, что нужно для того, чтобы сделать пудинг*. Ринтана слушала, открыв рот.
— Леди, это я сделаю.
После посмотрела на Мэри, на леди Ярон, несмело улыбнулась и удивлённо проговорила:
— Так просто.
(*В Англии как раз в Средние века появилась традиция готовить к празднику пудинг, который стал у народа любимым лакомством. В густую кашу или вареную пшеницу добавляли яичные желтки, сушеные фрукты и специи — корицу и мускатный орех. Смесь раскладывали в формы, охлаждали, а затем подавали к столу как десерт). 
В общем, сегодня встретим Рождество и начнём гулять.
На завтра было запланировано большое гуляние, организацию на себя взяла леди Ярон, которой помогали её работницы-валяльщицы. Решили организовать что-то вроде ярмарки. Каждый мог что-то принести на продажу или обмен.
Мы с мейстером Умло посчитали, сколько есть птицы, которую можем забить и приготовить. Домашней птицы оказалось не так много. Всё же мы её пока сохраняли, в том числе на разведение, были и яйца необходимы. Индюшек своих я вообще даже не рассматривала. Им и так приходилось непросто.
И здесь нас очень выручили охотники.
Конечно, они в основном притаскивали уток, а не гусей, про которые рассказала леди Ярон. В столице в церквях жарили гусей и продавали. Ну, а у нас будут утки и бесплатно.
Плохое предчувствие так и продолжало меня терзать. Занимаясь делами, я отвлекалась, но что-то внутри меня зудело «комариком».
На вечернюю службу собрались все в восстановленной часовне, было холодно. Часовня была небольшая, и, хотя, я пообещала себе, что построю большой храм, но все эти планы пришлось сдвинуть на весну.
А холодно было оттого, что часть людей не уместились в часовне и остались на улице, окна пришлось открыть, чтобы всем было слышно отца Давида.
Я смотрела на старого монаха, слушала его молодой голос, и поражалась, сколько же в нём внутренней силы и веры. Сегодня отец Давид говорил о возрождении, о том, что только жизнь имеет значение, и я сама не заметила как потекли слёзы, смывая горечь воспоминаний, помогая мне справится с тем, что я никак не могла отпустить своё прошлое, постоянно возвращаясь к нему.
  
Когда отец Давид закончил, в часовне стояла просто звенящая тишина, изредка прерываемая треском свечей и хлюпаньем носов. Я обернулась, у леди Ярон тоже были влажные дорожки на щеках, многие стояли с закрытыми глазами, словно переживая внутри то, что было сказано.