Хозяйка Северных гор (СИ)

—Джон, это небезопасно, — я специально сделала акцент на возможной опасности и подчеркнула, — есть сорта колбас, которые можно брать на борт, даже, если нет возможности хранить их в холоде, но «хлеб» к ним не относится.
Граф обратил внимание, что Николас записывал в свои бумаги практически на весу. И уже хотел подозвать парня, чтобы спросить, как у него так получается. Я заметила это и, улыбнувшись, сказала:
  
Николасу помогает планшет.
Граф всё-таки крикнул, чтобы ему позвали Николаса. Когда тот подошёл, то попросил его показать планшет. Николас с гордостью продемонстрировал шикарное изделие из плотной кожи.
— Какая интересная задумка, — граф только что на зуб не попробовал планшет, — посмотрел на меня и, улыбнувшись, добавил, — и, главное, как просто.
Снова перевёл взгляд на Николаса и спросил:
— Твоя идея?
Николас замер, настороженно переводя взгляд с меня на графа, с графа на меня.
Граф изумлённо уставился на меня:
— Леди?! Это Вы придумали?
Граф выглядел изумлённым, а через несколько мгновений сказал:
— Что ещё я о Вас не знаю? — граф вдруг замолчал и посмотрел мне прямо в глаза, — если бы вы знали, как я не хочу уезжать.
Он сделал шаг вперёд, протянув руку, словно хотел прикоснуться.
— Мне хотелось бы остаться здесь, рядом с Вами, но служба зовёт меня. Надеюсь, что судьба позволит нам снова встретиться и ... я буду ждать Вашего решения.
Я склонила голову, не зная, что ответить, понимая, что слова будут излишни. Будь я Маргаритой Павловной, я бы обняла и поцеловала графа, пусть даже просто в щёку, но леди Маргарет не может себе этого позволить. Поэтому всё, что я могла, это кивнуть и пожелать графу доброй дороги.
— Пусть Ваш путь будет безопасным, Джон, — сказала я, глядя как он поднимается на борт. — Желаю Вам удачи в столице и... я тоже надеюсь, что мы скоро снова увидимся.
Граф развернулся и твёрдым шагом направился к кораблю. Легко, несмотря на возраст, взбежал по тонкой неустойчивой доске. Я даже залюбовалась, граф действительно был в хорошей форме. Оказавшись на борту, граф Честер что-то отрывисто крикнул, и матросы начали поднимать трап на корабль.
Граф встал возле борта и махнул рукой, крикнул:
— До скорой встречи, Маргарет. Благослови вас Бог.
Корабль медленно отчалил от пристани, увозя графа в Карнарвон. Я смотрела вслед, пока его силуэт не исчез за горизонтом, и мысленно молилась за то, чтобы путешествие графа по зимнему морю было безопасным.
Я одновременно хотела возвращения графа и боялась его, понимая, что, когда он вернётся, мне надо будет дать ответ. А ответа у меня не было.
Граф Честер увозил с собой барона Шруса, брата Киприана и ещё пятнадцать человек, которых посчитал опасными, или показания которых требовали проверки. Вот так, одним махом решив хотя бы одну из моих проблем.
Я задумалась, вспомнив, что, когда мы ещё стояли с графом на пристани, мимо нас провели барона Шруса и часть его подельников. Увидев меня, барон Шрус дёрнулся, но не смог сделать и шага из связанных в цепочку людей, тогда он громко крикнул, глядя в мою сторону: — Они всё равно не позволят вам владеть этой землёй!
Я испуганно вздрогнула, не то, чтобы я испугалась, на данный момент я чувствовала себя защищённой, благодаря поддержке Джона Честера, но мне стало неприятно.
— Джон, — я пристально взглянула на графа, зная, что он не один час провёл в подвалах замка, допрашивая и графа, и его подельников — кого барон Шрус имел в виду? Кто такие они?
— Маргарет, — в голосе графа я услышала лёгкую настороженность, — я теряюсь в догадках, всю информацию, что я узнал от барона, я не могу Вам открыть, но имя таинственного нанимателя барон не говорит, настаивая, что он сам всё придумал и организовал. Но я постараюсь узнать.
И теперь, когда корабли увозили и графа, и барона, я стояла и размышляла о том, к чему надо готовиться, и сможет ли граф Честер всё решить. А самое главное, какую цену мне придётся за это заплатить.
Повернувшись, чтобы уйти с пристани, я внезапно уткнулась носом в мускулистую грудь.
— Алан, ну нельзя же так подкрадываться, — возмущённо заявила я, совершенно забыв о том, что я вообще-то на него обижаюсь
А он посмотрел на меня, лицо Алана было серьёзным, и когда Алан заговорил, то между бровей даже обозначилась небольшая морщинка:
— Ты и вправду решила выйти замуж за графа Честера?
Теперь уже мне пришлось нахмуриться на такую фамильярность.
— Почему тебя это интересует, Алан? — ответила я вопросом на вопрос, и с вызовом посмотрела на нахального «шотландца», который скрывался от меня больше двух недель, а теперь вот, пожалуйста, пришёл со своим вопросом
Я подумала о том, что все, включая и этого красавчика в килте, пытаются взять меня под контроль. Что мне делать, как жить, что говорить. Умом я понимала, что Средневековье не самое демократичное время, особенно для женщин, но всё моё существо восставало против любого контроля и ограничения.
Алан молчал, а меня «понесло». Я не знаю, почему я так реагировала на Алана. Граф Честер таких эмоций не вызывал.
— Ты мне кто, Алан? — теперь я не только смотрела с вызовом, но теперь он звучал в моём голосе, — ты мне муж? Или может быть ты мне отец?
— Нет, леди, — неожиданно Алан вернулся к более приемлемому обращению, — я вам совершенно точно не отец.
Я обратила внимание на то, что про мужа ничего сказано не было, и спросила:
— Тогда почему ты задаёшь такие вопросы?
— Меня волнует ваша судьба, — глухим голосом ответил Алан.
Но мне почему-то хотелось услышать совершенно другое. И, казалось бы, можно спросить: почему?
Но мне не захотелось. Я решила, что это получится какое-то «подведение» к тому, чтобы узнать, что на самом деле чувствует человек, а не все же готовы делиться своими чувствами.
Странный у нас диалог получился с Аланом, если я ему нравлюсь, то почему он об этом не скажет.
Возникла пауза, я смотрела на Алана, тихо радуясь тому, что леди Ярон осталась в замке, потому как не захотела топать по снегу и стоять на ветру.
Снег был сырой и липкий, и вроде бы нападало не много, и, мне казалось, что это первый снег и он обязательно растает. Но даже верхом ехать по этому снегу было тяжело.
Спустя несколько мгновений Алан произнёс загадочную фразу:
— Граф Честер достойный человек, и я бы был счастлив за него, если бы это были не вы.
После чего, развернувшись, ушёл в направлении леса, а мне захотелось его догнать и, ударив кулаком по спине, закричать:
— «Что значит, если бы это была не я? Почему?»
Но вместо этого, я чинно кивнула стоявшим неподалёку охранникам, чтобы они подвели ко мне мою Звёздочку. Не без помощи охраны забралась в седло и поехала в сторону замка, с полной уверенностью в том, что Алан и сейчас будет всё время исчезать, стоит мне появиться у него на «горизонте».
Дувр. Королевский дворец 
Король Стефан был человеком педантичным. Он не был старым, но просто знал, что если чего-то не доделать или сделать плохо, не удостоверившись, что дело завершено так как надо, то порядка не будет. Каждый будет делать то, что он хочет, и наступит анархия.
А король Стефан был против анархии, он всю свою жизнь выстраивал порядок и сильную королевскую власть.
Сперва большую силу забрала себе церковь, но после того, как удалось справиться с бунтарём - предыдущим архиепископом, на должность архиепископа встал старший из братьев Кентерберийских, и Стефан успокоился. Эти не предают.
Теперь есть опасение, что эрлы забрали себе слишком много земли и власти, и между ними разгорелось нешуточное соперничество, за территории.
  
«Этак в королевстве не останется земель, принадлежащих короне, всё будет принадлежать эрлам», — невесело подумал король.
Король Стефан был уже немолод, высокий, с рыжими кудрявыми волосами, белым веснушчатым лицом, наполовину закрытым рыжей бородой. В свои сорок пять, он до сих пор не расплылся, как некоторые его советники, и продолжал каждый день тренироваться с мечом.