Хозяйка Северных гор (СИ)

Мы снова не успели поговорить с леди Ярон. Потому что дверь снова распахнулась, и на пороге появился гонец от капитана Сэла:
— Леди Маргарет, граф Честер сам прибыл на корабле.
Леди Ярон заинтересованно на меня взглянула.
— Нет, Элери, это не то, что ты подумала, — проговорила я, понимая, какие мысли пришли в голову моей фрейлине и подруге.
Мне было интересно увидеть реакцию графа на то, что он увидит по дороге к замку. И мы с леди Ярон поехали встречать графа лично.
  
Когда мы добрались до берега, граф со своими людьми уже высадились, и хорошо, что мы с леди Ярон не наблюдали, как они это делали, потому как, вспоминая себя, еле-еле сошедшей по тонкой доске, я бы не хотела наблюдать, как это делал граф.
Граф уже принимал доклад от капитана Сэла. Я осмотрелась, не было ни Алана, ни Надда, и вообще никого из «зелёного круга» видно не было. На берегу расположились тэны, люди графа, рыцари и люди герцога.
Граф поддержал распоряжение капитана пока запереть в подвалы замка всех этих «старателей» и барона, а также тех, кого люди герцога выдали с корабля.
Сегодня уже ни у кого не было ни сил, ни желания ими заниматься.
А прибывших гостей и победителей надо было накормить. Времени у нас было мало, чтобы готовить деликатесы, и я отправила гонца в замок, распорядившись готовить к подаче копчёную рыбу и колбасу.
Граф одобрительно крякал, рассматривая те укрепления, которые мы успели возвести, деревню, где в каждом дворе была живность, а когда мы подъехали к стенам замка, граф увидел, кого я там разместила, и ему навстречу вышел Алан, у графа стали глаза такого размера, что я испугалась, что они сейчас «выскочат из орбит».
Граф Честер, удивлённо на меня посмотрев, воскликнул:
— Леди Маргарет, а откуда у Вас здесь лорд-стюард Шотландии?
А я в свою очередь удивлённо посмотрела на «вождя», всё также завёрнутого в килт с голой грудью и поняла, что я ешё очень многого не знаю.
  
Глава 28 
 
Но я решила, что выяснять подробности у уставших и голодных мужчин не самое лучшее решение. Вспомнила наши русские сказки про бабу-ягу: накорми, напои, да спать уложи. Там ещё что-то про баньку было. Да вот беда, баньки-то у меня не было.
И так мне захотелось баню, что я даже глаза зажмурила, я, словно наяву, услышала, как шипит вода на раскалённых камнях. И дух берёзовыми листочками. Эх, какая у меня славная банька в доме была. А берёзовые венички я больше других уважала, пусть и не стойкие, зато душистые.
В общем, еду и какую-никакую помывку обеспечим, чем напоить, тоже найдём, а там посмотрим, может даже сегодня я всё и узнаю.
И заметила, что и Алан, и граф Честер на меня пристально смотрят. Пожала плечами и произнесла:
— Задумалась, как Вас вкусно накормить.
Услышав про еду, мужчины заулыбались, даже вечно суровое лицо Алана, смягчилось.
— Вот же народные мудрости, — подумала я, — Средневековье, казалось бы, и ценности, и этика, и даже мораль, — всё другое, а путь к сердцу мужчины всё тот же, через желудок.
И чего у меня Ринтана не пристроенная? Надо бы её с кухни иногда выгонять, пусть кого-нибудь и для себя прикормит.
Пока мужчины готовились к ужину, я проверила, как готовился ужин для мужчин. Сегодня у нас неожиданно появилась необходимость сесть за большой стол. Мы одержали победу, а победителей надо чествовать.
Хорошо что замки строили так, что обязательно был огромный зал, где можно было разместить всех. Он, конечно, был самым холодным, потому как даже три камина, расположенных в этом зале, не могли прогреть это гигантское помещение с высоченными потолками. И тогда мы поставили дополнительные жаровни. Станет жарко, уберём.
На вертелах начали жарить баранину и свинину. Как мне ни было жалко так варварски поступать с тем мясом, которое было нужно совсем для других целей, как по-другому накормить полторы сотни мужчин я не знала.
На стол пошла почти вся первая партия копчёной рыбы и колбасы. Колбасы я решила подавать, как мясное блюдо. Крупными колечками. Что-то я сильно сомневалась, что кто-то будет нарезать колбасу маленькими кусочками.
Помимо этого, положили квашеной капусты и печёных овощей, тыкву и турнепс.
Когда я увидела, что турнепс, в основном, заготавливают на корм скоту, то сначала очень обрадовалась, что эта «репка» здесь есть, а потом очень расстроилась, что никто не оценил её по достоинству.
Мы же с Ринтаной начали запекать турнепс по типу гратена, добавляя немного сметаны. Конечно, сметаны здесь ещё той, которую можно бы по-настоящему так назвать, не было, но что-то типа йогурта у меня получилось. Я использовала сырную закваску, которой пользовались женщины в деревне, просто не стала долго держать и делала это в подогретом виде.
Довольно быстро я осознала, что в этом времени народ, в принципе, кроме мяса ничего за еду не считает, поняла, что в местной культуре питания я пока полный профан.
Но своё понимание рациона потихоньку внедряла. Женщины замка уже все оценили по достоинству пользу овощей, когда и пищеварение наладилось, и кожа стала совсем по-другому выглядеть. И это они ещё не поняли, какую пользу овощи в рационе приносят для внутренних органов и суставов.
Подобие мясорубки у меня было, Джон-кузнец сразу, как приехал, был мной озадачен и довольно быстро сообразил, что от него требуется.
Ринтану я научила готовить свежие колбаски — купаты. И сегодня как раз Ринтана этим и занималась. А ещё у меня был копчёный и печёный вариант.
Ещё с утра мы поставили колбасный хлеб. Этот рецепт был мой любимый и в Урюпинске вообще считался моей «визитной карточкой». Люди выстраивались в очередь, чтобы купить себе «буханочку».
Невысокая цена за счёт малого содержания мяса и при том при всём ярко выраженный мясной вкус. Да, хранился такой «хлебушек» недолго, но для подачи на стол вот в таком случае, когда надо «тремя хлебами» накормить кучу народа, это было оптимальное решение.
— Леди Маргарет, — граф Честер, явно освежившийся и переодевшийся, сидел со мной рядом, — я поражён, как Вам удалось вернуть замку ваших предков уют.
Уже прозвучали первые речи, и я сказала свою благодарность и даже успела объявить о наградах защитникам нашей земли, поэтому теперь можно было отдать должное еде.
По другую сторону от графа Честера сидел Алан, внезапно оказавшийся почти что королевской особой.
Мне очень хотелось расспросить графа о политической ситуации между Англией и Шотландией. Сдаётся мне, что там было не так всё просто, недаром даже в современной моей действительности постоянно возникали разговоры об отсоединении Шотландии от королевства.
По левую руку от меня сидел отец Давид, на которого я немножко обижалась. Оказывается, отец Давид знал, что Алан не «дикарь». И получается, что только я считала его «вождём» и ещё мучилась, как бы не обидеть и правильно подобрать слова. Но, выходит, что интуитивно я верно назвала его людей народом.
Это умозаключение меня примирило с действительностью и с отцом Давидом.
Но я всё равно спросила:
— Отец Давид, а есть ещё что-то неизвестное для меня, но известное всем остальным?
— Верный вопрос, дитя моё, — от отца Давида снова попахивало, и я поняла, что со всеми этими локальными войнушками не отследила, какой за отцом Давидом уход.
Меду тем, отец Давид начал говорить и говорил он в основном про семью Алана.
Оказалось, что его отцом был Александр Стюарт, четвёртый лорд-стюард Шотландии, он в числе других представителей шотландской знати признал короля Англии. Алан не согласился с решением отца и, собрав других несогласных, ушел и обосновался в Уэльсе. Но не перестал носить титул.
  
После откровений отца Давида я посмотрела на Алана другими глазами. И заметила, что ест он не так, как простые рыцари, а как человек, в воспитание которого были заложены определённые нормы этикета.
Отец Давид хотел ещё рассказать про ситуацию с семьёй Алана, но я прервала его. Мне пока очень не хотелось лезть в политику. Я понимала, что, в конце концов, мне придётся это сделать, но оттягивала этот момент, как могла.