Никто не узнает

– Дэхёна.
Судя по его рассказу, хозяин мне достался «так себе». Но в моем случае, это не имело никакого значения.
– Кто руководит этими играми? Ви Соджин?
Парень устало потер лицо, на его губах появилась злорадная ухмылка.
– Нет. Эти игры придуманы лично Хёнджуном, и он рассматривает их как дар, а не издевательства… Он считает, что в подобных вещах дает шанс таким как ты выжить. Ведь победителю будет дарована свобода.
  
– Таким как я?
Ничуть не смутившись, Джихо кивнул.
– Каждая вас попала сюда не просто так… Вы все перешли дорогу семье, или нагрешили…
– Только не я, и не моя семья.
Насмешка в его глазах заставила злиться.
– Нет, Элис. Еще ни разу сюда не попадали случайно… И даже мое нахождение здесь не просто так…
 
Глава 7. Время для сна
 
Ночь казалась бесконечно долгой и беспросветно темной. Обезболивающие, которые дал мне Джихо, немного облегчили состояние, но и с ними я чувствовала себя так, словно каждую косточку раздавило тяжелым прессом.
Девушки спали. Аня лежала, свернувшись в клубочек, совсем рядом со мной. А я, находилась в легком полудреме. Заботливо укрытая одеялом, согретая теплом совершенно чужого мужчины. Джихо все еще был рядом. Он сидел, прикрыв глаза, прислонившись затылком к стене. Его рука лежала на моем плече, а моя голова покоилась на его груди, и я все никак не могла перестать перебирать в голове каждое слово, сказанное им.
– Ты так много знаешь о семье Ви, давно работаешь на них?
Он не выглядел взволнованным, его глаза не бегали, а руки находились в полном покое. Как бы ни старалась найти хоть один повод усомниться в его честности, не могла найти ни единой зацепки.
– Можно сказать, что я здесь с самого детства. Семья Ви не щадит даже детей…
– Они убили твоих родителей?
Взгляд Джихо помрачнел.
– Из-за твоего хозяина я лишился своего отца. Тогда мне было шесть, нужно ли объяснять, как сильно я ненавижу его?
– В шесть я попала в детский дом, и была лишена родительской любви, но у меня были братья. Не представляю, как тяжело было мальчику, попавшему в дом человека, лишившего жизни его отца…
– Ты говорила о брате… Если он узнает о том, где ты, он сможет помочь наказать Дэхёна?
При мысли об Исае к горлу подступил ком.
– Он сможет освободить тебя. Ты помог мне, спас от смерти, а, значит, стал для него близким человеком. Мой брат не бросает свою семью, и не позволит ни одному обидчику уйти безнаказанно. Я не знаю ничего о семье Ви, но я знаю своих братьев. Ты можешь быть уверенным, что и твоя месть будет исполнена…
На его губах застыла улыбка, и она таила в себе чувства намного глубже, чем благодарность или признательность. Пауза стала слишком долгой, его пристальный взгляд смущал.
– Чего?
– Ты такая красивая, когда говоришь о мести… – проговорил с улыбкой.
Я игриво шлепнула его по плечу.
– Сразу видно, что у тебя не было нормальных отношений. Кто так флиртует? А?
Джихо засмеялся. Он опустил голову, его красивые губы изогнулись в улыбке. В этот момент я подумала о других губах, при виде которых мои колени каждый раз претерпевали жуткую слабость.
Джихо вдруг резко наклонился, так что теперь наши лица разделяло несколько жалких сантиметров пространства.
– Научи меня, Элис… – прошептал еле слышно.
Я поспешила отстраниться.
– Ну уж нет! В репетиторы не нанималась… Да и есть ли смысл затевать учебу с тем, кто уже завтра может умереть?
Он замер, его взгляд вдруг потемнел. Джихо внимательно смотрел на меня, словно запоминая мое лицо, словно запрещая себе произносить это вслух, мысленно обещал, что завтра я ни за что не умру.
– Ложись спать. Мы и так засиделись.
***
Я не отпустила его. Сказать «не уходи» мало знакомому человеку сложно, но не сложней, чем остаться в полном одиночестве темной комнаты. Сейчас я была слишком уязвима и разбита, и Джихо остался со мной.
Все было так странно и так чуждо, но в невозможности принять ситуацию я перестала анализировать. Если он готов дарить мне поддержку, не важно, по каким причинам, разве я должна отказываться от нее? В глубине сердца мне казалось, что и у этого парня есть причины ненавидеть семью Ви, и, возможно, с моей помощью он попытается им отомстить. Хотя, что я могу? Я даже не служанка и не пленница, я – дичь… Как бы нереалистично это не звучало, но в данный момент моя жизнь не имеет значения.
Джихо был назначен конвоиром в нашей комнате на эту ночь, и мне дико повезло. Если бы не его забота, стало бы мне легче? Смогла бы я быть готовой сражаться за свою жизнь завтра?
Глаза потихоньку закрывались. Убаюканная его теплом и размеренным дыханием, ощущая странное и наивное чувство безопасности рядом с ним, я провалилась в глубокий сон. А когда я проснулась, то первое, что увидела – радостные, и в то же время наполненные слезами глаза Ани. Девушка вцепилась в мои плечи, и что-то шептала.
– Эй, успокойся! – я приняла сидячее положение и осмотрелась по сторонам. Все уже проснулись, за окном светило солнце. Девушки столпились в углу комнаты, поглощая выданную еду. Джихо нигде не было. На посту, у входа в комнату сидел главный охранник. Игнорируя стойкий привкус разочарования, я осмотрела свои ладони. Бинты были свежими, сжимать пальцы в кулак было уже не так больно. Пока я пыталась освободить левую руку, Аня схватила с пола мою тарелку и поднесла ложку с кашей к моим губам.
– Ты должна поесть.
Мне не хотелось выглядеть слабой в чьих бы то ни было глазах. Я отстранила ее ладонь, и, справившись с бинтами, вооружилась тарелкой самостоятельно. Каша была абсолютно безвкусной клейкой массой, я даже не могла понять, что именно за крупа находится в ней. Но я была преисполнена желания бороться за свою жизнь, поэтому, справилась с едой не глядя.
– Аппетит хороший, значит идешь на поправку, – в голосе Ани отчетливо звучали нотки вины.
Отставив тарелку, я посмотрела на свои кроссовки, стоящие рядом с моим спальным местом. Некогда белоснежные, сейчас они были в комках грязи, а их ткань стала уродливо серого цвета. К горлу подступил ком, а в груди стиснуло при мысли о Вороне.
– Элис, прости меня, пожалуйста… Я бросила тебя там… Уже и не надеялась, что ты спасешься, и как была рада увидеть тебя здесь!
Я посмотрела на нее удивленно.
– Меня забрали не со всеми участницами?
– Нет, забрали только тех, кто добрался до финиша. Нас было пятеро.
Выходит, кто-то против правил вернул меня в строй.
– Когда вы вернулись, я была уже здесь?
– Нет, – девушка покачала головой, придвинувшись ближе. – Спустя пару часов тебя принес тот самый парень, что подкармливал нас. Он занес тебя в комнату, и ругался с одним из охранников. По всей видимости, тот отказывался принимать тебя, из-за того, что ты не добралась до финиша. А потом сюда пришел врач, он осмотрел тебя…
Воспоминания подобно разрозненным кадрам вспыхивали в голове. Я помнила ощущения качки, и смутно знакомый голос врача, говорящего о том, что я уже мертва. По спине пробежал озноб.
– А после? Что было потом?
Аня нахмурилась, словно пыталась правильно воссоздать картину происходящего.
– Я уснула, на утро тебя уже не было. А потом к вечеру, тот самый охранник принес тебя бездыханную и никого к тебе не подпускал, все дежурил над тобой. Когда я приблизилась к тебе, желая проверить, как ты, он так строго на меня посмотрел и велел идти спать. А сейчас ты пришла в себя, и даже кушаешь, это такое облегчение! – ее руки обвили мои плечи, Аня прижалась ко мне изо всех сил.
– Ладно тебе, не плачь и не кори себя, – я отстранилась, чувствуя невероятный душевный подъем от ее слов. Если раньше и были крохи сомнений, которые не давали мне полностью довериться Джихо, то сейчас я поняла, что он на самом деле, по какой-то причине, дорожит мной.
  
– Я ведь сама сказала тебе бежать, да и что ты могла против волка? Разве что стала бы следующей его жертвой.