Клеймённые (СИ)

Я опустила голову под ледяные струи воды, стремясь прогнать наваждение.
Он не сдастся и у меня нет выхода, как только «избавиться» от Карателя.
По мере приближения выходных становилось все хуже и хуже. Эта мысль убивала, морально давила, постоянно тошнило. А в пятницу перед назначенным свиданием я просто смирилась. Наглоталась успокоительных в пределах допустимой дозы, чтобы не трястись и в двенадцать дня была невероятно спокойна, когда выходила на дорогу перед домом. Краситься не стала, волосы не укладывала, все равно ветер завывал и устраивал беспорядок на голове.
А Гектор сегодня в спортивных, темных штанах, без цепи (хоть это успокаивало — карать не будет) и в очках, потому что солнце слепило глаза и заставляло прищуриваться.
— Добрый день! — Гектор нарисовал демонстративную улыбку, когда я прошла мимо него в сторону пассажирского сидения. — У нас сегодня так и будет бойкот? Вроде договорились — один гребанный день! — раздраженно начал выговаривать, при этом палец подтянул вверх в сторону светло-голубого чистого неба и яркого, слепящего солнца. Будто просил милости этим жестом.
Я лишь мазнула по нему невидящим взглядом и молча проигнорировала. По-хозяйски открыла свою дверь и залезла в темноту салона, скрываясь от осуждающего Гектора и его позы — с раскрытыми в стороны руками, просящего милости у неба о снисхождении или себе о терпении со мной.
Затем сосед залез на водительское сидение, удобно устроился, локоть положил на мое кресло, а я пока пристегивалась.
— Так и будет? — повторил раздраженно на ухо.
— Да, — кивнула я и улыбнулась в издевательской, широкой, довольной улыбке. — Мы договорились свидание с двенадцати до десяти. В людном месте! — важно указала пальцем ему в плечо, ткнув. — Никаких приставаний с твоей стороны! — второй раз указала на мужскую куртку. — Просто совместное времяпрепровождение! — еще раз ткнула его и перестала улыбаться. — Вези, куда хотел и расходимся в разные стороны.
Всю дорогу молилась, чтобы нашелся выход. Пока Гектор пытался разговорить, я спасалась односложными ответами, а шум крови в ушах заглушал слова мужчины. Гектор видно заметил холодное равнодушие и перестал навязывать беседу. Обреченно замолчал, поэтому ехали мы в глубоком молчании, только мелодичная музыка играла на радио. Я думала он любитель тяжелого направления музыки? А звучала мелодичная. 
В машине царило напряжение, опасно вибрировало и вроде хотелось избавить от него, но и говорить не получалось. От этого острее слышала, осязала, видела каждую деталь в салоне.
Шуршащий звук, который создавался от прикосновения его пальцев к кожаному рулю с изображенным знаком какого-то животного (леопард, гепард), похоже на кошку в прыжке. Шорох куртки, его глубокое дыхание. Звуки сильно напрягали нервные клетки. Видела боковым зрением мужские колени широко раздвинутые в удобной позе, длинные грубые руки. Сразу вспомнилось как они держали за бедра, не давая сдвинуться.
Прочь...хватит...Диана. Уговаривала себя и встряхнула головой, прогоняя плохие воспоминания.
А потом уловила легкий аромат, свежий и удивительно ненавязчивый. Огляделась по салону автомобиля. Может вонючка в салоне? Освежитель или как они назывались? Вроде нет. Аромат сильный и к неожиданности приятный.
Не выдержала, посмотрела в сторону водителя, пока тот не замечал любопытства или делал вид, что увлечен дорогой.
Это запах парфюма. Новый запах парфюма. Он запомнил мое тупое замечание по поводу того, почему не сажусь к нему в машину? Что аллергия на его парфюм? Неужели поверил? Я же из вредности, хоть как-то оправдать страх быть рядом с ним.
Я несколько раз интересовалась, куда едем, но заканчивалось это словом «сюрприз». Не любила неизвестность, отчего свидание лишь сильнее напрягало.
В одном крупном гипермаркете приобрели очень странные вещи: сланцы, гель для душа, губка, полотенце? По мере того, как покупали товары я все сильнее и сильнее начинала пугаться и недоуменно посматривать на Гектора. Но из вредности молчала. Хотел свидание, он его получает. С бездушной куклой, как и секс. Сомневаюсь, что ему понравился тот секс, если только он не совсем моральный урод и насильник. Все-таки порой и человечность в нем видела. Хотя? ... не знаю, иногда казался милым. Настоящее это или вымышленное? До сих пор не поняла.
 
Мы передвигались по широким коридорам мимо бутиков в неизвестном направлении. Я руки, спрятав в карманы джинсов, Гектор наоборот довольно расслаблено, небрежно окидывая людей, (а особенно девушек) взглядом.
Я чувствовала пристальное внимание хищниц к объекту рядом со мной. Мне тоже доставалось, но более холодное, стремящееся стереть меня долой из магазина — подальше от любопытного кареглазого мужчины.
Гектор шел опасно близко, едва не касаясь бедром, обозначив нашу близость. Манера одеваться у нас похожая, максимально комфортная и удобная, что сдавало с потрохами по поводу принадлежности к иным расам, а не человеческой. Мы — высокие. И сколько я не встречала девушек, занимавшихся в выходной день шопингом, не заметила ни одной выше себя. Несколько были почти моего роста. 
— Сюда, — Гектор внезапно взял за локоть и на полпути заставил резко свернуть влево, в один из бутиков. С трудом угодила в поворот, едва не вмазалась в стеклянную дверь.
— Поаккуратнее нельзя? — недовольно прошипела, когда ввалились в помещение с одеждой. С очень откровенной одеждой. 
— Ты же со мной не разговариваешь, — процедил в ответ сквозь жестко зажатую челюсть, намекающую как зол или недоволен. А потом наигранно улыбнулся подходившим продавщицам. Я, когда была привязана к позорному столбу, также купилась на его улыбку, в ответ едва не растаяла от благодарности его мерзкому величеству.
— Дамы, добрый день! Помогите моей девушке купальник выбрать?
Прежде чем я поняла, успели подтолкнуть в примерочную. Во-первых, врезалось вслух — «моей девушке». Ох, как красиво пел Каратель. Во-вторых — купальник. Зачем?
— Что-нибудь посексуальнее можно? Никаких горошков, цветочков и слитных?
— Конечно, молодой человек. Присаживайтесь. Каталоги принести?
Сначала раздраженно слушала шорохи, шепот двух дев и Гектора, а когда уловила тишину, распахнула шторку и недовольно посмотрела на мужчину, вальяжно расположившегося в плетенном кресле напротив примерочных. Он как раз резко перелистывал предложенный журнал.
— Я сама себе выберу купальник, — шепнула, пока женщины отошли. Гектор только надменно повел бровью, отняв внимание от журнала.
— Ага. Сейчас. У тебя отвратительный вкус, — протянул кавалер, а я глотнула поток ругательств, когда прибыли продавщицы.
Из предложенного откровенного разврата — кошмара выбрала красный купальник с железками-кольцами на груди между чашечками лифчика, на спине как будто золотая цепь скрепляла ткань, а трусики стягивались кольцами по бокам.
Наше свидание было намечено в развлекательном центре, высотой с десятиэтажный дом в форме круга. Из стеклянных темных стен здания выходили толстые разноцветные трубы и крутились вокруг центра, а в какой-то точке вновь возвращались внутрь помещения. На ярко-голубой вывеске, с изображенным солнцем, виднелась надпись — «Водный парк».
Если бы...если бы хоть на секунду представить, куда бы мечтала пойти на свидание с молодым человеком, лучшего варианта не возможно представить.
Я была в предвкушении, если бы только убрать конкретного представителя мужского пола подальше отсюда. В нетерпении замолчала, пристально рассматривая все в округе. Едва ногой не стучала по кафелю в ожидании Гектора, пока тот переоденется. Поначалу стеснялась, как покажусь в купальнике. Трусики — одно название, спереди маленький треугольник ткани, едва прикрывавший дорожку волосков между ног, на ягодицах купальник тоже очень короткий и облегающий. А лиф приподнимал грудь, больше обозначая ее. Я даже не прикрылась стыдливо полотенцем, учитывая, что полуголая перед Гектором.
Лишь бы поскорее оказаться вновь в своем мире. И пусть там нет солнца. Там вода...