Ожившая сказка (ЛП)

Я отложил вилку в сторону.
— Скажи, ты когда-нибудь ссорилась… с папой? — спросил я.
— Нет, — невозмутимо ответила Джессамин. — Мы были как Барби и Кен.
Прежде чем я успел спросить, кто это вообще такие, она продолжила:
— Ну конечно же мы ссорились, милый. В каждой семье бывают ссоры. Если ты состоишь в отношениях и при этом не ссоришься со второй половинкой, значит, ты делаешь что-то не так.
— Делайла видела, как я целовался с другой девушкой, — вырвалось у меня.
Джессамин поперхнулась водой.
— Что, прости? Одной девушки уже недостаточно?
— Это не то, что ты подумала. Мы ставили сценку из спектакля.
— Я бы приняла её сторону…
Я опустил голову на руки.
— Я бы попросил прощения, но она и видеть меня не хочет.
Взгляд Джессамин смягчился.
— Как-то раз я купила себе новые модные туфли на каблуке. Они стояли у меня в пакете возле шкафа. Вернувшись одним вечером домой, я обнаружила, что туфли исчезли. Я спросила твоего отца, не видел ли он их случайно. Он ответил: «Это, часом, не те, что ты выставила на благотворительность?» Он сдал пару новеньких Jimmy Choos в благотворительный магазин.
Она покачала головой, вспоминая.
— Я не разговаривала с ним неделю.
— А потом?
Она широко улыбнулась.
— Он купил мне другие туфли. Даже дороже прежних.
— Думаю, в моей истории туфлями дело не поправишь, — угрюмо заметил я.
— Дело вовсе не в туфлях, — ответила Джессамин. — А в том, что они собой представляют. Даже одно простое «прости» может свернуть горы.
— Да она и слушать меня не станет…
— Обожди. Она тебя обязательно выслушает.
— Но мне больно оттого, что я не знаю, как мне всё поправить.
— А ты представь себе, каково было ей, когда она увидела тебя с другой.
Я поднял глаза.
— Думаю, ты права.
— Ну конечно же права. Я же ведь твоя мама, как-никак, — она промокнула рот салфеткой. — Рада, что мы поговорили. Обычно за ужином ты ворчишь.
Уголок моих губ дёрнулся.
— Спасибо, мам.
— Пожалуйста, Джозеф.
— Джозеф? — переспросил я.
Так звали отца Эдгара. Я видел фотографии, его имя и даты были написаны с обратной стороны. Точь-в-точь король Морис.
Джессамин помассировала виски.
— Господи. Всё, старею уже, — она улыбнулась мне, — не пройдёт и дня, как вы снова не будете вылезать из объятий друг друга.
Я вздрогнул.
— Мам, да ты что?!
Она рассмеялась.
— Ну вот и мой Эдгар, которого я знаю и люблю.
Что ж, хоть кто-то меня любит.
★★★
Я всё продумал до мелочей.
С разрешения мисс Пингри я наведался в гардероб драмкружка, выбрал себе королевскую тунику, хоть и с чужого плеча, но всё же сносную, корону и сапоги и пристегнул на пояс пластиковый меч. Затем незаметно пробрался в теплицу биологического класса и срезал ножницами, одолженными в кабинете изобразительного искусства, дюжину тюльпанов, собрав их в букет. Наконец я гордо вошёл в столовую.
Я чувствовал на себе взгляды окружающих, но не обращал никакого внимания на их перешёптывания, видя перед собой только Делайлу. Дойдя до её столика, я упал на одно колено и протянул ей цветы.
— Миледи, — обратился я к ней, — ваши глаза похожи на две звезды, сияющие во мраке вселенной. Ваш голос слаще пения соловья. Именно благодаря вам и бьётся моё сердце. Именно вы заставляете меня жить.
Кажется, получалось у меня хорошо. Ученики в столовой оживились и стали меня подбадривать, щёки Делайлы слегка заалели. Крис был прав: Делайла точно вернётся ко мне. Ведь какая девушка устоит против рыцаря в сияющих доспехах?
— ЭД-ГАР! ЭД-ГАР! ЭД-ГАР! — моё ненастоящее имя громом раскатывалось по залу.
Две розы, распустившиеся на щеках Делайлы, вдруг стали ещё ярче, и теперь её лицо уже пылало. Она не смотрела на меня и, кажется, всё ниже и ниже опускалась под столик.
Букет она не взяла. Я слегка тряхнул его, всё ещё стоя на колене, и прокашлялся:
— Я дышу тобой. Ты…
— Хватит, — Джулс вынырнула из ниоткуда и дёрнула меня за бархатный воротник туники. — Сейчас же поднимай свой королевский зад и проваливай отсюда.
  
Она развернула и толкнула меня по направлению к выходу. Хорошо ещё, что я не споткнулся и не растянулся на полу. Ученики вокруг меня выкрикивали: «Неплохо, чувак. В следующий раз повезёт больше. Я бы согласилась!»
Уже снаружи я понял, что всё ещё держу цветы. Они уже стали увядать.
★★★
Прижавшись спиной к своему шкафчику, я пытался понять, что же сделал не так: стало только хуже.
— Всё, что тебе требуется, — послышался голос Раджа, — ошеломить её своим интеллектом. Девчонки считают, что самый крутой орган у парня — это его мозги, — он постучал по своей макушке.
— Не думаю, что Делайла позволит мне ещё хоть раз открыть свой рот, Радж.
— Смотри, ты подходишь к ней такой и говоришь: из чего ты сделана? Из скандия, эрбия, калия, свинца и иттрия? Потому что ты СЭКСИ. Понял? — спросил он, глядя на мой растерянный вид. — Это же химические элементы. Начальные буквы… А ладно, забей.
Я повернулся к нему.
— Ты когда-нибудь ссорился со своей девушкой?
Радж пожал плечами.
— Как сказать…
— Ну девушка у тебя хоть раз была?
— Я не совсем уверен, — ответил он. — В шестом классе я как-то свалился во время верёвочного курса и приземлился прямиком на Шарлотту Тазински, и случайно её почти что поцеловал. — он взглянул на меня. — Это считается?
— Нет, Радж, — вздохнул я, — конечно же, не считается.
Я уронил голову на руки, закрыв глаза, и не увидел, как ко мне подошла Элли. Она наклонилась, подцепив пальцем мой подбородок, и тщательно осмотрела мой костюм, прежде чем что-либо сказать.
— Вижу, не я одна жду новых занятий в драмкружке, — промурлыкала она.
Я оттолкнул её.
— Нет, Элли. Больше я к вам не приду. Лучше пойду на футбол или ещё куда-нибудь, где мне не придётся иметь дело с противоположным полом.
Она улыбнулась.
— Ты же не хочешь сказать, что поцелуй был лишь игрой, Эдгар. Я почувствовала искру. Уверена, ты тоже.
— Если честно, я просто хороший актёр, — ответил я. — Я люблю Делайлу. Прости, если я сделал или сказал что-то, что заставило тебя думать иначе.
Её глаза сверкнули, и этим она напомнила мне русалку.
— Неужели? — заметила она железным голосом, — выбираешь худшее вместо лучшего? — она поднялась, скользнув рукой по своей талии. — Мне стало жаль тебя, ведь ты был новеньким, — продолжила Элли. — Захотел стать изгоем — пожалуйста.
Она развернулась и ушла, виляя бёдрами и стуча каблуками по кафельному полу.
Внезапно я понял, что Радж всё ещё сидел около меня с опущенной до земли челюстью.
— Ты только что расстался с Элли? — наконец выговорил он. — Ты что, идиот?
★★★
— Твои печенья — просто бомба, — заметил Джеймс в конце собрания школьного клуба. — Только крошки остались.
— Спасибо, — отстранённо ответил я. После того, как я столкнулся с Элли, меня занимала только одна мысль: где и как мне можно было объясниться с Делайлой, прежде чем Джулс спустит меня с лестницы.
— Прошёл слушок, что ты сегодня задал жару в столовой, — продолжил Джеймс. — Что произошло?
— Мне сказали, что путь к сердцу женщины лежит через грандиозный поступок.
— Знаешь, кажется, ты переборщил, — последовал ответ Джеймса. — Такие вещи делаются без шума.
О чём я только думал? Зачем нужно было выставлять Делайлу на посмешище? Ведь самые счастливые часы мы провели вместе за разговорами наедине.
— Ну теперь-то у меня, наверное, не осталось никаких шансов, — пробормотал я. — Теперь она точно не захочет разговаривать со мной.
— Разве не ты мне сказал, что ничто не остановит двух влюблённых? Так что мешает тебе?
Я посмотрел на Джеймса, когда меня вдруг осенило.
— Я сам.
— Может, вместо того, чтобы притворяться кем-то другим, тебе просто стоит быть собой? — заметил Джеймс. — Ведь именно в тебя настоящего она и влюбилась.