Княжич (СИ)

— Ну и дела… Ну и дела… — Не мог я поверить в услышанное, всё ещё переживая. И их дядя Иван считал честными и преданными наёмниками? Руку пожимал?
— Гав, — подал голос Шарик.
— Отныне нам с отрядом «Мангуст» не по пути. Отработают своё и пусть катятся, — сказал я псу по секрету, поглаживая его за ухом — А ты молодец! Спас меня можно сказать. А то пригрел, понимаешь змею под боком. А ведь я ещё хотел предложить им продлить контракт. А со временем и в личную дружину взять. Эхххх, — тяжело выдохнул я, в который раз разочаровываясь в людях. — Ладно, давай спать. Утро, вечера мудренее, — забрался ко мне огромный комок меха и так в обнимку мы и заснули.
Утром всё было как обычно. Завтрак, зарядка, несколько часов медитаций.
Понять, что меня что-то гложет изнутри — было невозможно. Я ни словом, ни делом не показал изменившееся отношение к отряду Сергеича. Спасибо мачехе, научился я дома играть на публику и лицемерить. Взглянешь на неё или отца хмуро или не дай боже зло, сразу отведаешь плетей от нашего палача.
Так что пришлось научиться врать, недоговаривать и улыбаться в лицо врагу. Думал, это осталось в прошлом, в родовом гнезде, но нет, похоже, от этого никуда не деться.
— Боря! Такси вызвал? — Закончил я пробежку вместе с Шариком и повеселевший вбежал в дом.
Всё наладится. Хватит себя накручивать, упал на коврик у дверей счастливый пёс с высунутым от усталости языком.
— Да. В десять утра будут, — жевал он бутерброд за столом в компании Жука, чистящего разобранный пистолет ТТ.
— Ну и ладушки, — скрылся я в ванной, встав под тугие струи горячей воды, смывающие с меня усталость.
В Сибири, из-за практически отсутствующих дорог и огромных расстояний между городами и населёнными пунктами — такси было воздушное. Вертолёты, для тех, кто побогаче и тихоходные дирижабли для остальных. Железная дорога пока оставалась только в планах.
Пока ждали вертолёта, обдумывал ситуацию, и она мне не нравилась. Доверять Сергеичу и его отряду больше нельзя. Где гарантия, что за крупную сумму он меня не продаст? Нужны свои, верные до гроба люди. Но где их взять? Где?
Вертушка приземлилась, и я в компании охраны отправился покорять город Сибирск, смотрел я в иллюминатор за проносящимися под нами лесами, ручьями и небольшими речушками. Однообразный пейзаж быстро наскучил, и я прикрыл глаза, притворившись спящим.
Нужно будет не забыть сходить с Шариком к месту гибели его бывшего хозяина. Интересно, что власти так хотят скрыть, раз не постеснялись подкупить мою охрану? Ведь в округе на тысячи километров ничего нет?! Или есть? Но слуги, Зорины — ничего такого не докладывали. Впрочем, я теперь и сам знаю, что они многое скрывали, одна ель чего стоит, так что бездумно доверять написанному в их бумагах — глупость несусветная.
— Семён, подлетаем, — мягко коснулась моего плеча рука Сергеича.
— Понял, — открыл я глаза, на показ потянувшись.
* * *
— Пап, там Маша в загонах! — Неверяще прикрыла рот рукой молодая девушка, отвернув взгляд от клеток с холопами, выставленными на продажу.
— Не показывай виду, — не размыкая губ, потребовал её отец, боярин Московитый.
Гремевшая в Сибирске последние полгода война между боярским родом Слуцких и Гончаровых закончилась. Казалось бы, Слуцкие вырезаны полностью, а их слуги и воины охолопены и выставлены на продажу, но почему же одна из дочерей погибшего боярина в загоне? Как могли Гончаровы так ошибиться?
— Мы не можем её выкупить. Это сразу привлечёт внимание.
— Но отец! — Глазами, полными непролитых слёз посмотрела на него дочь. — Это же Маша!
— Не можем, — отрицательно покачал он головой и увёл с рынка дочь, пропустили они момент, когда к клеткам в окружении охраны подошел молодой человек, не старше тринадцати лет.
* * *
Небольшой провинциальный городок Сибирск — мне понравился. Аккуратные каменные домики, соседствующие с бревенчатыми срубами, словно выпрыгнувшими со страниц сказок. Приветливые люди, щеголявшие в мехах. Лиса, волк, медведь, ласка, угадывал я, что на них одето, посмеиваясь над женщиной, напялившей на голову шапку из огромной вороны.
 
Как только люди не изгаляются, желая выделиться.
Впрочем, в город я прибыл не для праздного шатания, убрал я подписанные контракты в саквояж и достал блокнот из кармана, вычеркнув один из пунктов. Деньги уплывали сквозь пальцы словно вода.
— Куда дальше? — Жизнерадостно светил своей физиономией рыжий иуда.
Если раньше он меня забавлял, то теперь раздражал.
— Мне сказали, что род Гончаровых выставил на базаре хороший товар. Имущество неких Слуцких, с которыми у них была война. Надо сходить глянуть. Обещали большие скидки, — неспешно пошли мы в направлении шума.
Рынок жил своей жизнью, пытались хватать меня за руки уже при подходе к нему бабки, суя под нос пучки зелени, семечки и бальзамы на кедровых орешках.
Я только посмеивался, искоса наблюдая как Борис пытался отделаться от них толкаясь и закономерно получая по шапке то веником, то связкой душистых трав. Нравы здесь были простые.
— Ох, молодёжь пошла. Никакого уважения! — Собралась позади целая толпа набежавших бабушек, хаявших рыжего.
Пока мы искали место торга бояр Гончаровых, я перебирал в голове благополучно завершённые сегодня дела.
Первое — нанял контору со странным названием «Кин-дза-дза», пообещавшую установить мне видеонаблюдение на ферме в кратчайшие сроки. Они же поставят вышку сотовой связи, на которой помимо этого разместят тарелки для приёма спутникового телевидения и интернета.
Второе — купил и договорился о доставке на место всяческой живности, помимо уже закупленных кур и кролей.
Третье — увёл из под носа купчины большие, промышленные теплицы, которые мы установим сами. Зря он так долго торговался.
Проведу в них тепло и начну выращивать овощи и зелень круглый год.
— Это кто? Каторжники? — Указал пальцем на решётчатые клетки Борис, за что получил по руке от отца.
— Холопы.
— АААааааа… — Протянул он понимающе.
В чём отличие между холопом и каторжником, спросите вы? Всё просто. Каторжник — это бесправный раб, а холоп — гражданин нашей страны, с урезанными правами. Его можно сечь, бить, делать что хочешь, но не убивать. И даже даровать свободу, коли на то будет желание.
И тут я понял, что вот он — мой шанс заполучить верных людей. Да, воины рода Слуцких проиграли войну Гончаровым, да, они должны были умереть, но не позволить себя охолопить, только вот большого выбора у меня не было. Верные люди нужны кровь из носу.
— Почём? — Обратился я к продавцу, слуге рода Гончаровых, судя по гербу вышитому на рукаве куртки, расшитой красными петухами.
— Господин? — Поклонился он, стрельнув взглядом уже на мой герб, вышитый в отличие от него не на рукаве, а напротив сердца, говорящий всему и вся, что я не слуга, а член рода.
— Семён Андреевич, из княжеского рода Смирновых, — представился я.
Слуга на это расплылся в угодливой улыбке. Почувствовал зараза такая, что я готов хорошо потратиться.
— Очень приятно господин, — вновь поклонился он. Зашуганый слуга какой-то. — А эти, — презрительно скривил он лицо, — идут по пятьдесят тысяч за мужика, тридцать за бабу и по десять за ребёнка. Отрепье, — сплюнул он в сторону. — Позволено ли мне будет узнать, на что они вам?
— К делу пристрою. Навоз таскать на моей ферме будут, — приврал я чутка.
— Хи-хи-хи, — гадливо рассмеялся слуга. — Воины и члены рода Слуцких будут таскать навоз. Хи-хи-хи…
В итоге мы договорились, купил я всех, кто сидел в клетках. А это ни много, не мало — пятьсот с гаком человек. Придётся моим каторжанам потесниться, селить то их некуда. Ну, ничего. В тесноте, да не в обиде.
 
На этом я не закончил. Тот же продавец предложил взглянуть на другой товар. Мягкую рухлядь, оружие, автомобили, бронетранспортёры, танки, зенитки и многое другое, купил я в конечном итоге себе вертушку, так как без неё в Сибири никак. Пилоты же нашлись среди холопов, они то и подсказали мне, что стоит брать, а чего нет, потратил я ещё немного монет на действительно интересные вещи.