Княжич (СИ)
— Да, конечно, — быстро выписала она нужную бумажку и гвардейцы охраняющие канцелярию Императора в Сибирске пропустили меня на лестницу, посторонившись.
С эмансипацией проблем не было, выдали мне мой новый паспорт без проволочек с проставленными, где надо штампами. А вот со сдачей на I ранг кудесника Российской Империи возникли проблемы.
— Понимаете, Семён Андреевич, — уговаривал меня чиновник, сидя за своим креслом в кабинете на третьем этаже. — Ну, никак не могу. Никак!
— Это что, мне теперь ждать два месяца, пока ваша помощница принимающая экзамены у первых рангов, из отпуска вернётся? — Неприятно удивился я. — И, правда, не понимаю, — всплеснул я руками. — Вы же сами сказали, что у вас есть другой экзаменатор, так почему же? — Повис вопрос в воздухе.
— Видите ли… — нервно протёр потный лоб грязным, засаленным платком, тучный чиновник, — он у нас не от мира сего, но специалист хороший. И я бы вам не рекомендовал…
— Не важно, — отмахнулся я. — Я готов сдавать у него. Мне позарез нужно получить свой ранг кудесника, так как иначе я не смогу купить книги с формами.
Знания о формах (заклинаниях), в нашем государстве имеет патент распространять только Императорская семья, так что все лавки находятся при канцеляриях, где желающий может купить нужную книгу. Так Василий III контролирует распространение потенциально опасных знаний и ведёт учёт кудесникам. Исключением являются семьи бояр и князей, имеющие свои библиотеки, хоть больше половины их знаний и составляют купленные в той же канцелярии фолианты. Отдельным пунктом там идут семейные знания, секреты, которые предаются от отца к сыну и не выходят за пределы семьи.
«Тень Ра», которую я использовал, чтобы расправиться с мумиями — это наследие бояр Чернозубовых. Лучше бы мне, кстати, ещё раз переговорить со своими людьми и напомнить им, молчать о том, что они видели.
— Как пожелаете, — скривился чиновник и выписал мне ещё один пропуск. — С этим вы можете пройти в наш подземный экзаменационный бункер, где и проходят испытания на ранг, — протянул он мне бумагу с кучей печатей. — Удачи, — выпроводил он меня за дверь.
— И вам не хворать, — кивнул я, поспешив в нужную сторону, спросив дорогу у стоящего в коридоре, немногословного гвардейца, внимательно осматривающего всех, кто проходит мимо.
Здание канцелярии с Сибирске было сугубо деловым и смотреть было не на что. Серые стены, красные ковровые дорожки на полу и запах бумаги и чернил. Логово бюрократов, из которого хочется поскорее уйти.
— Куда? — Грубым басом спросили меня при входе в подвал два дюжих гвардейца, с перекошенными лицами.
Выйдя из-за угла, я успел заметить, как они прячут карты, вот ребята и перепугались, вымещая теперь на мне злость за свой промах.
— На экзамен, — протянул я им пропуск и один из них заулыбался.
— Не свезло тебе, — тем же грубым голосом рыкнул гвардеец, что помоложе напарника. — Афоня сегодня злой, как…
— Проводи его, — прервал россказни молодого более опытный напарник.
— Есть, — перестал улыбаться парень и велел мне следовать за ним.
Пропетляв несколько минут в лабиринте под канцелярией, мы вышли к большому куполообразному залу, полностью выполненному из бетона, терялся мой взгляд под потолком, который я так и не смог нормально рассмотреть. Слишком высокий свод.
— Господин Афон Налбат, — склонил голову гвардеец. — К вам испытуемый.
Немного растерявшись, я ещё раз осмотрел зал и только сейчас заметил человека, что сидел на полу и сливался с помещением, так как был он одет в серый балахон, под цвет окружающего нас бетона.
Сдав меня на руки этому человеку, гвардеец быстро скрылся с глаз, позабыв, что минутой ранее пренебрежительно и насмешливо называл этого человека Афоня.
Кряхтя, этот Афон недовольно поднялся и подошел ко мне, пришлось мне задирать голову, так как господин Налбат был выше меня сразу на десяток голов. Настоящая каланча, с длинным загнутым вниз носом, тёмными глазами и черными, неопрятными и сальными волосами.
— Кто таков? — Отрывисто спросил он.
— Семен Смирнов, из княжеского рода Смирновых.
— А, — вспомнив что-то, кивнул Афон. — Слышал я о тебе, парень, — хлопнул он меня по плечу. — Душегуб ты знатный.
— ЧЕГО? — Удивился я, не понарошку.
— Так это ж ты, уничтожил банду косого, раскидав их кишки по земле, — усомнился в своих словах экзаменатор, вглядываясь в меня. — И ты же говорят, каторжников тьму положил, уже образовалось у тебя личное кладбище рядом с усадьбой.
— Эээ… Да, но… — Хотел я возразить.
— Выходит, зря я нынешнюю молодежь хаю. Есть ещё добры молодцы на земле, знающие с какой стороны за нож браться, — пробормотал себе под нос Афон. — Не поверишь, — посмотрел он на меня, — у кого мне приходится экзамены принимать, — с отчётливым неодобрением покачал он головой. — Надушенные, словно бабье, какое. Одежда в рюшках, бахроме. И этот, как его, — пощелкал он пальцами, вспоминая. — Маникюр. Вот!
— Ну, да, — осторожно кивнул я, так как видел такое. Мой папаша яркий тому пример, ходит за ним личный слуга, протирая места, куда тот хочет сесть.
— Вот ты знаешь, — одобрительно осмотрел мою сугубо практичную одежду экзаменатор, — чем должен обладать любой кудесник, начиная с первого ранга и заканчивая третьим?
— Эм, ну, — подумав, что ненавязчивый экзамен уже начат, я стал отвечать, перебирая варианты. — Обширным запасом заученных форм? Умением стрелять?
— Чувством жопы! — Неожиданно прокричал мне в лицо Афон, неслабо, испугав. — Задача кудесников на войне — выжить. И те, кто обладают I или II ступенью, первым делом должны думать, как не помереть, — прорычал этот псих. — Война с турками и этими жёлтыми обезьянами не за горами, а наша страна, те кто должны её защищать, упиваются своим величием, ходят на балы и душатся одеколонами, когда должны тренироваться и не жалея себя рвать жилы, чтобы стать сильней! — Разошелся Афоня, махая руками и выступая передо мной. — Знаешь сколько у нас V рангов в стране?
— Не знаю, — осторожно пожал я плечами.
— Меньше сотни! — Гаркнул он. — А ведь эти кудесники — основная сила Империи. От количества тех, кто достиг V ранга — зависит положение всей страны!
Я стал понимать, почему тот чиновник не хотел, чтобы я сдавал экзамен этому типу. Фанатик.
— Почему?
— Этих монстров в человеческом обличии не закидать трупами. Артиллерия, вертолёты, массированные бомбардировки, им нипочём. Их щиты и не такое выдержат, — взял меня за грудки Афон, подтянул к себе и в каком-то полуобморочном состоянии втолковывал это всё. — Если тех, кто ещё не достиг пятой ступени, может достать обычный человек, коли хорошенько подготовится, то кудесников пятой ступени убивают только другие кудесники пятой ступени. Уразумел?!
— Да, да, — осторожно высвободился я из хватки экзаменатора и отошел подальше, поглядывая на выход из зала, в котором мелькала ухмыляющаяся голова того гвардейца, что привёл меня сюда.
— Я к чему это говорю, — прокашлялся Афон, став чуть более адекватным. — Турки и китайцы превосходят нас числом кудесников, — мрачно заметил он. — Война будет кровавая… А теперь, — хлопнул он в ладоши, разгоняя мрачную атмосферу, — начнём экзамен. Твоя задача выжить, — полетел в меня сгусток огня.
— Ах, бля, — отпрыгнул я в сторону.
* * *Через полчаса, выжатый и измочаленный как половая тряпка я плюхнулся на заднее сидение автомобиля, что ждал меня за порогом канцелярии в Сибирске и вяло махнул рукой Михаилу Жуку.
— Домой, — еле пробормотал, я, уже засыпая.
— Чего это от босса жареным мясом пахнет? — Спросил Степан с водительского места.
— А я знаю? — Пожал плечами Василь, пока Михаил укрывал меня одеялом, давая возможность отдохнуть, пока мы ехали в аэропорт.
Как не пытайся я показать меньше чем могу, пришлось использовать формы II ступени. Афону словно было плевать на меня, чуть не поджарил он меня своим первым ударом, а дальше стало только хуже. Мне только и оставалось, что ставить щиты и молиться.