Сочная жертва (ЛП)

            - Думаешь, это наша библиотекарша? - спросил Воларио.
            - Преждевременное предположение, - ответил Монтгомери. - То здание слишком далеко от кампуса.
            - Ага, а ее обувь ты видел? "Кеннет Коул". Не "Прада", но и не "Пэйлесс". Неплохо для бездомной девки или уличной шлюхи.
            - И все же тут может быть масса вариантов. В этом городе убивают много людей, не только бомжей и проституток.
            - Ага, но все, кто носят подобную обувь, должны иметь работу. А это значит, что в случае пропажи их хватятся. Единственная недавно пропавшее лицо, которое подходит под описание, это библиотекарша.
            - Под какое описание? Мы пока даже не знаем, женщина ли это. И как можно сказать, полная она была или худая, если там половины мяса не хватает.
            - По ноге. У тощих моделей не бывает таких толстых ног. А раз на ней были туфли "Кеннет Коул", это наводит меня на мысль, это - женщина.
            - Ты, как и я, прекрасно знаешь, что в этом городе ни в чем не может быть полной уверенности.
            Тут зазвонил телефон, и они оба одновременно потянулись к нему. Монтгомери оказался проворней.
            - Детектив Монтгомери слушает. Да ну? Наконец-то! Что вы нашли? А сходство получили? Черт. Ладно. Заеду за отчетом позже. Благодарю за звонок.
            - Что? Из лаборатории звонили? Что сказали?
            - По зубной карте библиотекарши они выявили полное сходство с трупом.
            - Так и знал!
            - А еще они подтвердили присутствие в ранах слюны. Там были следы зубов. Если раньше были какие-то сомнения, то сейчас мы определенно уверены, что имеем дело с серийным убийцей.
            - Не обязательно. По определению ФБР классифицировать преступника в качестве серийного убийцы можно, если он убьет еще троих человек. Пока у нас есть сексуальный маньяк-убийца и одна жертва.
            - Сомневаешься, что уже есть или еще будут другие жертвы? - вздохнул Монтгомери. - Не. Ты прав.
            - Думаю, мы должны снова наведаться в колледж.
            - Нужно поговорить с тем парнем, о котором все судачат. С Джозефом Майлзом. Все, с кем мы говорили, считают, что это он убил библиотекаршу. А тогда мы еще не знали, что она мертва.
            - Это просто потому, что они считают парня странным. Наверное, он просто один из тех чокнутых готов-металлистов, которые любят изображать из себя опасных и загадочных типов, чтобы произвести впечатление на девочек.
            - Ага, может, и так. Наверное, то же самое думали копы из Колумбайна о тех парнях из "Тренчкот Мафиа", пока не попали на устроенную ими бойню. Для некоторых их тех детишек это была не просто дань моде. У них были обнаружены серьезные психические отклонения.
 Глава тридцатая 
            Профессор Джон Локк провел все утро, отвечая на вопросы полиции о его студенте, Джозефе Майлзе.
            - Говорите, он был одержим серийными убийцами? Откуда вы это знаете? Этот ваш курс посвящен серийным убийцам. Поэтому то же самое можно сказать о вас или о любом, кто посещает ваш класс.
            Детектив Монтгомери был крупным, чернокожим мужчиной атлетического сложения с короткой стрижкой в стиле "афро" и бакенбардами. Он носил кожаное пальто средней длины и темные солнцезащитные очки, которые при разговоре любил сдвигать на кончик носа, чтобы смотреть поверх них вам прямо в глаза. Он походил на героя из фильмов 70-ых в стиле "блэксплойтэйшн", вроде "Шафта". Хотя глаза у него были предельно серьезными, а говорил он ясно и четко, как телеведущий или политик. И никакого жаргона, который можно было ожидать от человека с такой стрижкой.
            Его партнером был мужчина средних лет, похожий на латиноамериканца. Он носил костюм в тонкую полоску, выглядевший так, будто кто-то жарил на нем гамбургер. Остатки волос на лысеющем черепе были стянуты в коротенький хвостик. Он больше походил на мафиози, чем на копа. Когда они вошли, он не стал жать руки или представляться, а сразу прошел к книжным стеллажам и начал просматривать названия.
 
            Профессор Локк следил взглядом за засалено выглядевшим детективом, пока отвечал на вопросы Монтгомери.
            - Так что же отличало этого парня от остальных студентов? - продолжил детектив.
            - Джозеф воспринимал все очень близко к сердцу. Всякий раз, когда мы называли тех людей безумцами или злодеями, он занимал оборонительную, и даже враждебную позицию. У него была теория, что существует некий вирус, превращающий людей в сексуальных убийц.
            - А вы что думаете об этом?
            - Что это нонсенс. Но я не хотел как-то препятствовать парню, поэтому сказал, чтобы он продолжил исследования. И что если он найдет доказательство своей теории, я выведу ему "пятерку" за год.
            - Может, он занимался исследованиями, когда убивал библиотекаршу? - спросил детектив Воларио, словно впервые проявив интерес к разговору. Профессор бросил на него сердитый взгляд и раздраженно покачал головой, как будто обращаясь к невоспитанному и дерзкому ребенку.
            - Вы перегибаете палку. Люди не убивают ради хороших оценок. Они убивают из-за серьезных психологических проблем.
            - Хотите сказать, он - сумасшедший?
            - Нет, я не имею на то законного права. По крайней мере, это нельзя утверждать, не протестировав его. Но даже если он невиновен - и пожалуйста, помните, что такое вполне возможно - я все равно не отвернулся бы от него. У него множество проблем.
            - Вы говорите так, будто мы собираемся линчевать его или вроде того, - сказал детектив Воларио с усмешкой. Он держал в руках большой том, озаглавленный "Криминальная история человечества". - Вы читаете все эти книги, Профессор?
            - А для чего еще они нужны? - ответил профессор Локк.
            - По-моему, тогда не удивительно, что вы привлекли к себе одного из тех монстров.
            Профессор проигнорировал его колкость.
            - У вас есть еще вопросы, детективы?
            - Только еще один. Вы проводили какие-либо эксперименты для проверки его теории, насчет вируса серийного убийцы?
            - Нет. Если бы он пришел ко мне с более аподиктической теорией, я бы отнесся к ней с большим доверием. Но то, что он предлагал, было просто абсурдно.
            - Аподиктической? Что это значит? Я не закончил колледж, профессор. Изъясняйтесь со мной чуть более простым языком.
            Профессор Локк скрестил руки на груди и улыбнулся.
            - Аподиктическая значит, абсолютно достоверная.
            - Все-таки он утверждал, что является живым доказательством теории?
            - Но тогда я не знал, что он говорит о себе. Думал, что это всего лишь его предположение.
            Детектив Монтгомери подошел к профессору так близко, что тот почувствовал его дыхание.
            - Это странно, профессор, потому что, все студенты, с которыми мы общались, сообщили, что говоря об этой вирусной теории, он предельно ясно имел в виду себя. Даже вы сказали, что он принимал все очень близко к сердцу. Таким образом, вы вообще не потрудились провести какие-либо исследования, чтобы понять, не страдает ли он от какой-либо излечимой болезни? Не потрудились связаться ни с полицией, ни с психиатром, ни с врачом-вирусологом? В конце концов, вы же известный криминолог, психолог, бывший профайлер ФБР, работавший над десятками дел. Если бы вы позвонили нам и сообщили, что у вас в классе есть студент, которого вы подозреваете в убийстве, мы бы отнеслись к этому с полной серьезностью.
            - Но как, черт возьми, я мог знать наверняка?
            - Это ваша работа. В ФБР вы же этим зарабатывали себе на жизнь, верно? Рассказывали нам, невеждам, как распознавать преступников? И все же вы позволили одному из них каждый день сидеть прямо перед вами, не сообщили никому и не попытались как-либо ему помочь. Вы позволили его болезни прогрессировать, пока он, в конечном счете, не совершил убийство.