Мамин сибиряк (СИ)

– Тогда почему ты до сих пор не женился?
Плавно покачивая бедрами, Люба прошла мимо меня к барной стойке, открыла шкафчик и, встав на цыпочки, потянулась к тарелке. Мышцы на точеных ножках обозначились чуть отчетливее. Я немного поерзал, опустившись на стул. У нас в команде работал древний, как говно мамонта, массажист. И порой делился он жизненной мудростью. Среди прочего он вот что говорил: если баба не дается ни так, ни эдак – дави на жалость. Вот уж мимо чего те никогда не пройдут.
  
– Да кому я нужен – неудавшийся спортсмен с маленьким сыном?
– Что за бред? – как я и думал, ахнула Люба. – Это тебе внушила твоя… хм… жена?
Ну, какая же милота. Про себя потирая руки, я попытался состроить скорбную мину.
– Я сам пришел к таким умозаключениям. Люб, ты еще долго будешь размахивать тарелкой у меня перед носом? Давай уж ее сюда. И хлеба побольше… Я буду макать в подливку.
Соседка послушно поставила на стол передо мной посудину с румяными голубцами. Я отпилил половину, подул и сунул в рот. А-а-а. Господи, какие горячие!
– Осторожнее. Ну что ты творишь?! Там подлива еще кипит.
Стряхнув выступившие на глазах слезы, я отмахнулся.
– Сядь, и поешь со мной.
– А Степа?
– А что он?
– Ну… Он, наверное, тоже голодный.
Я с трудом сглотнул собравшийся в горле ком. Отложил вилку. И спросил сипло:
– И что ты предлагаешь?
– Как что? Я соберу ему ужин, а ты отнеси. Или пригласи мальчика поужинать с нами. Как хочешь.
Горло свело. Когда ты батя, забота женщины о твоем ребенке трогает что-то глубинное.
– Ну уж нет. Еще я на свидания его за собой не таскал! – притворно возмутился я.
– У нас никакое не свидание! – пискнула Люба.
– А что ж еще?
– Мы не встречаемся!
– Конечно, нет. Мы собираемся пожениться.
– Когда? – сощурилась Люба, сладенько улыбнувшись. Ах ты ж зараза! Решила меня моим же оружием?! Ха! Не на того напала. Желание переиграть всех и вся у меня в крови. А девчонку я сделаю одной левой.
Встав с барного стула, я достал телефон и вручил Любаве.
– Изучи календарь и выбери понравившуюся дату. А я пока отнесу малому поесть.
Ох, каким же взглядом она меня одарила! Нет, с Любашей определенно стоило познакомиться. Спасибо идиоту Юре, не то бы могли жить через стенку, а на деле ни разу не встретиться. Это раньше, поколениями проживая на одной территории, соседи хорошо знали друг друга. Сейчас же те времена остались в далеком прошлом.
Степка с Лордом обнаружились в обнимку на диване в гостиной.
– Ты чего так рано?
– Принес тебе поесть.
– Голубцы? Я их терпеть не могу, – нахмурился сын.
– Я знаю. Поэтому это будет мне на завтра. А ты…
– А я сварил пельменей.
– Молоток. Ну, давай.
– Поесть он мне принес, ты слышал? – спросил у Лорда Степан, не скрывая сарказма в голосе, когда мои шаги стихли. Я улыбнулся. Все же сын у меня вырос что надо. Может, поэтому в последнее время я стал все чаще задумываться о том, что неплохо бы повторить. Да не с кем… было.
– Ну как, Люб?
– Как что?
– Выбрала дату?
Я был уверен, что она спасует. И всеми силами старался не заржать.
– Свадьбы? – сощурилась соседка.
– Конечно. Разве не о ней мы говорили?
– Вот! Первое июля. По-моему, великолепно.
– Это через четыре недели, – посчитал я, утыкаясь в протянутый мне телефон.
– И что?
– Ничего. Как раз успеем подготовиться. Ты какую свадьбу хочешь? Пышную? Человек на пятьсот? – повышал ставки я, наслаждаясь Любашиной растерянностью. Нет, ну ведь чудо какая девочка мне досталась!
– А почему не на шестьсот? – съязвила маленькая зараза.
– Можно и на шестьсот. Но тогда придется позвать всю мамину управу. У меня столько знакомых нет. А у тебя?
– У меня тоже! – рявкнула Любава.
– Можем позвать твоих подопечных. Ты кого кроме собак и кошек лечишь? Коров? Или, там, коз?
– Все, Мамин. Хватит! – прыснула Люба, пряча лицо в ладонях. – Твоя взяла. Я сдаюсь.
– Не понимаю, – косил под дурачка я. – Ты про что?
– Ты меня сделал! Всухую. Хватит уже молоть эту свадебную чепуху!
– Нет.
– Нет?! А если я соглашусь? Вот возьму и соглашусь пойти за тебя замуж! По правде.
– Ну, и хорошо. Ты мне нравишься. Я тебе нравлюсь. Мы поженимся, и все от нас, наконец, отстанут.
– Я не хочу замуж!
– Думаю, это твое решение вполне оправдано в случае с хохлатым. Я бы за него тоже ни за что не пошел. Но я-то, я, Люб, – ударил в грудь, – совсем ведь другое дело, а?
Губы Любы дрогнули. Она прыснула в ладошку, не в силах сохранять серьезное выражение лица.
– Женя оказался тем еще козлом, это да. Но мне моя самостоятельная жизнь нравится в любом случае.
– Ну, так я ни в коем случае на нее не покушаюсь.
Люба смущенно поерзала.
– Не понимаю, как мы дошли до этого разговора. И до такого вранья. О! Кстати, совсем забыла. Угадай, кто ко мне сегодня приходил на работу.
– Кто?
– Твоя мать.
– Ты шутишь?
– Не-а. По-моему, она хотела удостовериться, что мы врем. И я не уверена, что мне удалось развеять ее сомнения.
– Ничего, когда мы бахнем себе штамп в паспорт, ей придется поверить в серьезность происходящего.
– Ты опять за свое, Мамин?
– А что нам теперь остается? Я же не виноват, что ты не справилась со своей ролью. Я так для твоего придурка отлично все отыграл.
– Не думаю, что Женя поверил, будто у мужчины вроде тебя ко мне что-то серьезное, – выдала Люба, собирая пальцем крошки. А я аж завис.
– Что означает это «вроде тебя»?
– Ну-у-у, успешный, богатый, и все такое… – отвела глаза Люба.
Та-а-ак. Ну, вот и кто вбил в голову Любе этот первостатейный бред? Впрочем, я, кажется, знаю…
  
Глава 8
 
Звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть на импровизированной кровати, которая вообще-то являла собой высокий матрас, лежащий прямо на полу мансарды.
– Господи, это еще кто?
Приложив ладонь к колотящемуся сердцу, я перевела дух и попыталась скинуть с себя одеяло, в складках которого показалась сонная морда Геракла. Из-за привычки спать под одеялом в любую погоду постельное слегка отсырело и теперь противно липло к ногам. Лето приближалось. С каждым днем становилось все жарче, и потому все острее вставал вопрос покупки кондиционера, но тот пока совершенно не вписывался в наш с котейкой бюджет.
Так, стоп. Какой еще наш? Я что, собираюсь его оставить?! Вот же черт!
Кубарем скатившись с лестницы, я подбежала к двери и замерла, прильнув к глазку. Ноги подкосились. То ли от облегчения, что это не Женя, то ли от радости, что там Мамин. Весь такой отвратительно бодрый и красивый в этих своих шортах, борцовке и надетой козырьком назад кепке. Мое скованное тревогой сердце подпрыгнуло, впрыскивая раскаленную кровь в артерии и изгоняя страх, навеянный воспоминаниями о бывшем.
– Господи, ты на часы смотрел? – буркнула я, осознав, что, не в пример соседу, выгляжу как настоящее пугало. Волосы наверняка свалялись и облепили череп, на щеке след от подушки, и эта ужасная футболка, которую я использую вместо ночнушки – а-а-а!
– Я-то да, а вот Лорд, похоже, смотреть на часы не обучен, – оскалился Мамин, проходясь по мне смеющимся и одновременно с тем томным взглядом. От его мощной фигуры волнами исходила энергия. Он весь аж вибрировал, словно у него были проблемы с тем, чтобы постоять спокойно хоть пару секунд. На его фоне я сама себе казалась полудохлой амебой.
– И что?
– И то. Собирайся. У тебя две минуты.
– Куда?
– На пробежку. Доберманов нужно гонять.
– Я похожа на адепта марафонов? – сощурилась я, потирая пальцами одной ноги икру другой.
  
– Нет, но никогда не поздно начать. Тем более… – Олег прошелся по мне еще одним внимательным взглядом. – Тебе сколько?
– Двадцать четыре, – отрапортовала я, разрываясь между желанием как следует выспаться и искушением побыть в его обществе.