Гремучий коктейль – 7

– Ты точно уверена?
– Кейн, дорогой мой, поверь – они будут рады нам до писка! Люди замка могут быть не слишком довольны, но Никельбаккер устроит все. Наше присутствие в долине на порядок повысит их возможность противостоять китайскому влиянию!
Не то чтобы у нас был большой выбор, но уединенная горная долина в Альпах представилась отличным убежищем. Я взял на себя переговоры с Медичи, когда придёт время, а пока принялся делать для американцев вид, что окапываюсь на Гарамоне. Они, через Герцога, охотно предоставили мне возможность закупаться нужными вещами в приоритетной очереди, несмотря на текущее военное положение. Еще бы, кто-то же был виноват в том, что оказался угнан дирижабль, а сухогруз, привезший несколько тонн бомб, спокойно дошёл до самого Нью-Йорка?
Через несколько дней все были уверены, что Дайхарды окопались в своем мире, а сам князь, как только закончит метаться в бронированном мобиле по Нью-Йорку, исчезнет из мира на несколько лет. Всё-таки, акция таких масштабов, имеющая последствия в виде натурально вставшего на дыбы правительства, в пять голосов обещающего «найти и покарать» террористов, – штука неслыханная. Имидж страны этот дирижабль подорвал едва ли не сильнее, чем сам Шарпрок.
– Вас пытаются обвинить в исчезновении того, кого мы знали как Боб Уолш, – за вечернем чаем признался мне Дарквилл, – Наши идеологические оппоненты утверждают, что видели его после перерождения. Потеряв с предыдущим телом большую часть своих возможностей, он собирался выступить медиатором в разделившемся Обществе, а для этих целей хотел первым делом объясниться с вами, Кейн. И вот, он исчез…
– Ничего об этом не знаю, – качал я головой, – Но это же мало кого волнует?
– Не скажите, – телокрад в теле престарелого сухощавого человека с унылым лицом породистого англичанина ухмыльнулся, – Это подогревает текущий конфликт. Наша партия обвиняет оппонентов в том, что они это подстроили – выжимают из наиболее бесполезной фигуры еще хоть какую-то пользу. Мол, бывший Уолш сейчас отдыхает где-нибудь в Зеландии, предоставляя своим союзникам возможность оправдать свои решения.
– Вроде дирижабля, набитого бомбами?
– Именно так, князь, – щека Герцога нервно дернулась, – Это была крайне масштабная и очень неприятная акция для всех нас. Если бы вы потеряли самоконтроль и кинулись мстить – она бы увенчалась полнейшим успехом, но и так смогла нанести крайне большой ущерб. Мы на грани того, чтобы пойти в открытую друг против друга. Страна подобного может не пережить.
– Вы таким образом предупреждаете меня, чтобы не искал обидчиков сам?
– Нет, князь. Я подвожу наш разговор к тому, что ваша же идея исчезнуть на некоторое время в своем мире – крайне удачна для воплощения прямо сейчас. Столкнувшись с фактом, что вы исчезли из реальности на год или два, думаю, наши оппоненты здорово убавят в прыти. Мы должны выровнять всю эту ситуацию как можно скорее!
Отрадно было видеть такое стремление меня защитить и всех помирить, только покупаться я на это не собирался. Половина Общества берегла меня не потому, что я был им нужен, а из-за моего блефа – когда-то я им пригрозил, что знания о иномировых технологиях попадут в руки правительств по всему миру, стоит мне склеить ласты. Теперь половина всех телокрадов хотела меня убить несмотря на это, а вторая защищала, понимая, что в ином случае на Сердечнике воцарится такой бардак, что искать Книгу будет просто-напросто невозможно.
– Хорошо, – неохотно согласился я с доводами Герцога, – Будь по-вашему. Я исчезну. Только ни о каком безвылазном сидении в своем мире речь идти не будет. Я не собираюсь просто-напросто вручать свою судьбу в ваши руки, тем более с таким продемонстрированным уровнем некомпетентности в национальной безопасности.
– Что вы предлагаете? – нахмурился Герцог.
– Ничего, – приятно улыбнулся я, – Информирую вас о том, что временами буду появляться где-нибудь на Сердечнике. У меня есть кавар, есть знания, есть… кое-что еще, а также есть желание совместить эти три пока никак не пересекавшиеся ресурса. Ради собственной безопасности, естественно.
  
Мой собеседник нахмурился и замолчал на несколько минут.
– Зачем вы мне это сказали? – почти потребовал Герцог, выйдя из собственных размышлений.
– Считайте это декларацией намерений, Дарквилл, – отрезал я, вставая, – Меня затащили в это Общество, огульно обвинили, теперь пытаются убить. В то время, если мне не изменяет память, как я единственный член Общества, который хочет найти Книгу не для себя, а для вас. Проверенный и оправданный лично вами. Который неоднократно шёл навстречу вашим просьбам. Теперь, раз на моей чаше весов маловато, то придётся присовокупить еще что-нибудь!
– Ладно, я вас услышал! – поднял ладони один из правителей Объединенной Америки, – Но у меня есть встречное предложение!
– У вас?
– У нас всех, – поправился Дарквилл, – Скажите, князь – вы знаете что-нибудь о… драконах?
///
Акстамелех, тряхнув гривой медно-рыжих волос, раздраженно посмотрел на разговорный аппарат, лежащий на сигарном столике. Примитивная поделка вот-вот должна была разразиться звоном, призывая древнего ящера вновь унизиться до общения с мерзкими тварями, ворующими чужие жизни, тела и свободу, но избежать подобного было нельзя. Склоки и свары этих недоумков довели ситуацию до взрывоопасной, и теперь он, лично, должен был вмешаться в происходящее.
Недотёпы…
В ростовом зеркале, обрамленном прихотливо сплетшимися бронзовыми драконами, отражался мощный и высокий мужчина, белокожий и широкоплечий, с жестко вырезанными чертами лица. Грива рыжих волос, ниспадающая ниже середины спины, была визитной карточкой Астамелеха, которую он упорно отказывался менять, невзирая на некую мифическую «безопасность», о которой талдычили остальные. Двадцать лет бодрствования на двадцать лет сна – и ничего менять не надо! Людишки сами поменяются и сами выдумают красивую легенду о графах Хайтауэрах, проживающих в уединении, но неизменно демонстрирующим на публике лишь старшего из сыновей…
Ложь. Зачем лгать, когда можно просто молчать? Все остальное сделает родовая слава о нелюдимых, жестоких, но справедливых Хайтауэрах, хозяевах Чикаго.
Именно хозяевах и никак иначе. Весь город считался безраздельным владением дракона Астамелеха, его логовом. Любое несанкционированное проникновение на территорию он считал актом вражды, а уж ответить на подобное сил у него всегда было предостаточно! Одиночка? Да. Только в отличие от большинства тварей этого самого Общества, Акстамелех никогда не был человеком или еще какой низшей тварью, чудом умудрившейся заскочить на ступеньку повыше. Он всегда был и останется вечным драконом, повелителем неба! Мимо пройдут тысячелетия, сменятся эпохи, но Бесконечная Книга Правил окажется в его когтях!
А остальные сами себя уничтожат суетой. Вот как сейчас. Правда, придётся приютить у себя человечка с самкой, но кто сказал, что у красноволосого графа Хайтауэра не найдется занятия для столь интересной мартышки? Всё-таки, если его побеспокоили, то он получает ответное право побеспокоить в ответ!
Если твари, ворующие тела, перебьют друг друга, то дракону станет куда спокойнее жить…
Разговорник противно зазвенел. Красноволосый лорд, брезгливо морщась, протянул к нему руку.
Глава 3
Есть на вокзалах определенная романтика, как для уезжающих, так и для впервые приехавших. Неизвестность манит своими нечеткими очертаниями что королей, что грузчиков. Князей тоже, их обычно встречают. Это лишает картину части мечтательной зыбкости, но деваться от "noblesse oblige" некуда. Тяжкая ноша белого человека.
– Меня ждете? – поинтересовался я у стоящего перед пятью крепкими серьезными мужчинами джентльмена в пенсне, фраке и лайкровых перчатках.
– Если вы – Истинный князь Дайхард, то несомненно, – слегка поклонился джентльмен, стараясь не отвести взгляд от моего лица.