Ученый в средневековье. Том 7 (СИ)

Там на него нахлынула душераздирающая тоска. Кошки заскребли в его душе. Дело в том, что он увидел двуспальную на кровать, где обычно спал с Анжеликой, которая прямо сейчас находилась в коме из-за древнего Демона.
Зен же обычно спал прямо в кабинете за столом, отдавая всего себя работе. Лишь его любимая жена могла заставить пойти его хоть немного отдохнуть, нормально поспать в кровати, как обычный человек.
  
Он с печалью посмотрел на ложе. Прямо сейчас его дорогая находится в центральной больнице под надзором множества докторов. Если её состояние хоть как-то изменится, Зен об этом узнает очень и очень быстро.
С грустными мыслями учёный залез в кровать и уснул. Обычно ему не снились сны. А если такое и случалось, это было похоже на череду несвязанных друг с другом обрывков, пролетающих в сознании на огромной скорости. Иногда бывало и такое, что ему снился вполне цельный сон. Вот только он был больше похож не на нормальное сновидение, а на фильм, включённый со скоростью «x4».
Вот и сейчас случилось нечто подобное. Только на сей раз снилась Зену его собственная жизнь, а если точнее, то две. Сначала пронеслось его бытие на Земле, в родном мире и теле под именем Грегор. А затем пошла его жизнь как Зен Астель.
Контраст был очевиден. Первая была слишком скучна и сера, несмотря на научные открытия, совершённые им. Он не получал никакого удовлетворения или наслаждения, в отличие от второй. Там было намного больше ярких моментов: как радостных, весёлых, так и грустных, печальных.
Стоило сну дойти до событий с эльфами, как что-то поменялось. Он оказался в палате жены, где увидел нависающую над ней тень. Это был тот самый Демон, который. ехидно улыбнулся и щёлкнул пальцами. Все доступные науке в данных момент приборы слежения за состоянием пациента резко стали показывать, что всё находится на метке «0».
Рассеянный Зен посмотрел на жену и не заметил, чтобы её грудь поднималась или опускалась, — она не дышала. Он подбежал и потрогал руку. Пульс отсутствовал. Учёного обуял страх, печаль, горе, тоска и ярость. Последней было больше всего. Она била через край.
Вмиг всё стало белым, и Зен открыл глаза. Первым, что он увидел, был тревожный взгляд Виктора, направленный прямо на него.
 Глава 487 
 Тревожное утро 
Виктор и Зен смотрели друг на друга. Но если у второго взгляд был немного неясным и сонным, то у первого он выражал тревогу, беспокойство и, кажется, некоторое замешательство. Молчание продлилось секунд тридцать, но этого уже хватило учёному, чтобы полностью проснуться и обрести ясность ума. В связи с этим он и начал диалог:
— Виктор, что случилось? Почему ты здесь, а твои глаза выражают беспокойство?
— О мой господин! — взмолился Бог Молний и упал на колени. Это ещё сильнее встревожило Зена. Он давно не видел своего обычно холодного и расчётливого дворецкого в таком состоянии. Присмотревшись, учёный заметил, что тело подчиненного мелко-мелко трясётся. Зен теперь вообще ничего не понимал, даже его супермозг не торопился давать ответ на вопрос: что произошло, отчего Виктор так реагирует?
— Виктор! Что произошло⁈ — учёный был вынужден чуть повысить голос и добавить в тон толику стали. Это подействовало. Бог Молний перестал мелко дрожать. Выпрямился, а его глаза вернули обычную холодность. Но капля тревоги во взгляде всё же осталась.
— Мой господин, чуть не случилось то, что и несколько лет назад с убийцей, только здесь всё совсем иначе… — всё же дворецкий не смог до конца вернуть былое хладнокровие, голос его едва заметно, но дрожал.
— Поясни, — по спине Зена пробежался холодок от того, судя по всему, мужчина чуть не умер.
Виктор сделал глубокий вдох-выход, благодаря чему окончательно вернул контроль над собой, своим телом и эмоциями:
— Несколько десятков секунд назад я почувствовал всплески чудовищной магической энергии. Без сомнений, это была мана того самого Демона. И эта магическая активность была в вашей спальне, милорд… — Виктор ненадолго прервался, чтобы подобрать слова. Ну, или просто перевести дыхание, Зен так и не понял.
— Если это действительно был он, то его приход производился уж точно не ради моего убийства. Мы же с ним тот «договор» заключили, — воспользовался учёный заминкой дворецкого.
— Скорее всего, демон пытался проникнуть в ваше сознание и узнать всю известную вам информацию. Или того хуже, хотел подчинить вас своей воле.
— Так почему у него ничего не вышло? Я вроде по-прежнему я, а не подчинённая демону марионетка.
— Это мне известно — я не чувствую в вас его маны, лишь остатки попытки проникновения. А что насчёт провала, не знаю. Могу лишь сказать, что почувствовал всплески магической энергии другого существа, она не принадлежала ему. Это был, скорее, не всплеск, а вспышка. Мощная, по типу взрыва той бомбы, что вы сбросили на материк эльфов, но короткая. Скорее всего, она и вытиснула демона из вашего сознания на пару секунд. Этого мне хватило, чтобы оказаться здесь.
— А почему он сбежал? Как я понял, его сила не уступает протекторской, а ты Бог средней ступени. Почему он тебя испугался?
— Я думаю, это был не сам демон, скорее, его копия, «проекция», как вы говорили…
— Хм, то есть что-то по типу копии? Намного слабее оригинала и, скорее всего, обладающая лишь ограниченным количеством умений. А раз целью было воздействие на мой разум, то к бою с противником твоего уровня этот «клон» оказался не готов и проиграл бы.
— Скорее всего. Я думал в этом направлении, но не воспринимал эту версию всерьёз, ведь много рисков. Однако, услышав это с ваших уст, счел это очень вероятным. Вы, как всегда, превосходны, господин Зен.
— Не стоит. И вообще, что это была за «вспышка» маны, о которой ты говорил?
— Не знаю, вокруг я так и не почувствовал никого, обладающего маной, похожей на ту.
— Опять странности и непонятные обстоятельства. Создаётся ощущение, что Вавилон — это не одна из самых неприступных крепостей на континенте людей, а какой-то проходной двор, вот честно! — буркнул Зен. Он это делал для того, чтобы дать отдых нагруженному мозгу.
— Вынужден с вами не согласиться, господин. Те, кто проникают сюда, могут проникнуть куда угодно, а остальные просто не могут дойти из-за высокой обороны города. Он вправе зваться самой надёжной крепостью, — восторженно высказал Виктор свою точку зрения учёному.
— Ну, я бы так не ликовал. «На каждую рыбу найдётся рыба покрупнее», как гласит одна и поговорок. Ладно… — Зен посмотрел на часы и чуть огорчился — ложиться снова было уже поздно, так как на циферблате показывалось пять утра, а ведь выезжают они в девять. Учёный планировал встать за два часа до отъезда, так как собираться было не нужно — уже всё сделано с вечера. А ложиться досыпать два часа Зену не очень хотелось, ведь тогда он будет сонным всю дорогу. — … надо идти собираться. Дай, пожалуйста, поварам приказ готовить завтрак сейчас, а не как планировалось. И будь любезен, передай им мои искренние извинения за предоставленные неудобства. — Тут учёный немного слукавил. Ему просто незачем было просить у обычных слуг прощения, ведь он император страны Вавилон. Однако он не очень хотел, чтобы прислуга считала его ужасным человеком, поэтому даже с ними был вежлив и благосклонен настолько, насколько возможно, чтобы не вызвать подозрений.
Ведь дурная слава о мягкотелом и беззащитном императоре быстро распространится и покроет толстым слоем старую. Причём даже истории о войнах померкнут перед этой «прекрасной» популярностью.
Виктор поклонился и ушёл выполнять приказ. Зен в свою очередь сел на край кровати и стал думать. Думать о том, кто же тот неизвестный, что прогнал, как думал учёный, копию демона, созданную для атаки на его сознание.
«А ещё этот сон… Меня чуть инфаркт не хватил. Прям по больному. Стоп… А что, если…» — думал Зен. Но дойти до логического конца своих рассуждений он не успел — в комнату вошёл Сицилл. Без стука. Но оно и понятно, епископ являлся частью ближнего окружения учёного, и тот сам настаивал на подобном поведении. Тем более что сейчас была экстренная ситуация.