Ученый в средневековье. Том 7 (СИ)

Для данного эксперимента мне обычно нужна была стеклянная банка, фольга и/или солёная вода. Но тут мне пришлось отойти от обычного школьного эксперимента, так как соль была роскошью, а обычная вода — плохим проводником, да и фольги тут просто не существовало.
Благо Новиз знал о таком веществе, как алюминий, стоило его только описать. Ему удалость достать два небольших тонких листов, которые мы и использовали: обмотали банку снаружи и внутри, сделав цельный стержень из того же алюминия, что выходил за банку.
  
Я не рассказывал своему другу, зачем всё это, успокоил лишь одним фактом. Приведу дословно: «Это упростит жизнь нам и поможет твоим родителям». Ему не оставалось ничего другого, кроме как поверить мне.
После сборки Лейденской банки я взял шубу и поднес к стержню. Тёр о волосы: свои и Новиза, — и повторял по новой. Это заняло порядка часа, но и того было достаточно. У нас был ещё один стержень из алюминия, маленький, но и этого хватит. Я при помощи смолы присоединил его к небольшой сухой ветке, чтобы не ударило.
После дал эту конструкцию своему другу и велел медленно подносить стержень к другому, внимательно, очень внимательно следя за пространством между ними. Он начал это делать, но ничего не происходило. Результат был нулевым, пока два стержня не оказались на очень маленьком расстоянии.
Между ними резко возникла бело-голубая вспышка с характерным треском, что очень напугало Новиза. Настолько сильно, что он отбросил палку и отскочил сам. После того как шок прошёл, мой друг спросил, что это было. Я ему выдал готовый ответ: «Это, друг мой Новиз, электрический разряд, что мы накопили в этом конденсаторе. Если проще, электричество — это то, чем сражаются маги молнии».
Он не понимал, откуда я всё это знаю, но мне не хотелось обижать и обманывать своего друга (ведь он и вправду стал мне другом), и поэтому я решил рассказать ему, что попал сюда из другого мира.
Сначала Новиз мне не верил и называл это плохой шуткой, но, видя серьёзный взгляд и сопоставляя факты, сознавая, что я проявлял немалые знания, да и это устройство смастерил, он поверил. Понял, что у меня не было причин лгать, а у него — не верить.
Однако когда он уже начал было задавать вопросы о моём мире, я попросил его повременить и предложил сначала закончить с моим планом. В который раз задавая мне вопрос, в чём он заключается, Новиз, как он потом мне рассказывал, не… — Опикерт-младший, облизнув пальцы, перелистнул страницу с пятой на шестую. — … ожидал получить ответа, однако на сей раз я ему рассказал о нём.
В чём же он заключался? Да всё просто. Мы должны были договориться о встрече с графом, объяснив свое желанием «появлением» у нас магического потенциала, намереваясь сымитировать магию молнии. Нас повысят до магов, а там жить станет легче, а если во время тренировок ничего не будет получаться, скажем, мол, у графа как-то само вышло, да и он сам был свидетелем «магии». А там уж эти маги придумают оправдание и обучат какой-нибудь магии. Вот и всё (как же я был наивен тогда…)
План Новизу понравился и перед тем, как мы стали доделывать наш камуфляж магии молнии, умолял рассказать хотя бы принцип работы устройства, что я и сделал.
И да, я обещал вам, мои наследники, рассказать, как это работает. Ну что ж. Этот прибор называется (в моём мире) «Лейденская банка». Это самый простой конденсатор, устройство, которое позволяет хранить электрический ток, а затем разом его выпустить. Что такое электричество? Ну, думаю, что определение «упорядоченное движение частиц в электромагнитном поле» вам мало что скажет, поэтому скажу проще: молния, но более слабая (хотя это уже зависит от того, насколько мощным будет ток. По сути, и молнию можно назвать электрическим током, но очень большой мощности).
Сама конструкция банки — это просто два проводника (расскажу чуть ниже), которые находятся между диэлектриком. Если говорить простым языком, то: проводник — это вещество, материал, тело, которое позволяет без особых проблем проходить электрическому току. Диэлектрик же наоборот дает проходить электричеству.
Пример: если молния ударит в дерево, оно не проведёт электрический ток, а просто нагреется. Только нагреется так сильно, что загорится. Если же она ударит в любой металлический предмет или ту же воду/землю, те пропустят её через себя. Именно поэтому нельзя заходить в воду (океан/море), в которую ударила молния… — Еила прервала Спе, которая устало выдала:
— Давай, пожалуйста, остановимся? Не знаю, как у тебя, но лично у меня уже дико раскалывается голова. За этот день произошло много всего, так ещё и такая история о моём предке… Основателе моей семьи, который изначально был здесь никем…
— Да, давай. Я тоже устал, держался, если честно, из последних сил. Уже сам хотел предложить закончить, когда дочитаю до конца страницы.
— Давай просто запомним эту страницу и строчку, чтобы потом вернуться. А то опять предложения будут на середине обрываться… Давай пока узнаем, где тут еда и вода, чтобы можно было дожить до момента, когда мы закончим читать все эти книги и найдём способ выбраться.
 Глава 486 
 Душевные терзания 
Учёный без лишних слов посмотрел в окно маленькой комнатки, которая находилась в углу лаборатории. Именно там собрались медики, которые следили за датчиками. Увидев повернутую в их сторону голову Зена, они быстро собрали последние данные и выбежали к нему.
— Ваше величество! Сначала показатели замедлили падение, а после и вообще немного подросли. В настоящее время они находятся в фиксированной точке и никак не меняются! — с восторгом и восхищением проговорил главный группы врачей и протянул листки, на которых были графики активности Арчибальда.
Сказать, что Зен был рад — ничего не сказать. Да, это не спасение или что-то подобное, а всего лишь направление, в котором надо идти. Но даже так это было прекрасной новостью, ведь учёный оказался просто в безвыходном положении и не знал, что делать.
— Отлично! — радостно сказал Зен, а затем прибавил, но уже Виктору с Сициллом: — Первая попытка была успешна. Поздравляю всех нас. А теперь, Сицилл, есть ли у тебя идеи? Если нет, мы займёмся поиском способов наполнения тела Арчибальда маной.
— Зен… Господин Зен, — Еписком покосился в сторону врачей. Чтобы не повредить авторитету учёного, ему на людях приходилось обращаться к тому не как обычно, по-дружески, а по этикету, ведь тот всё-таки император, — я бы хотел провести обследование больного своей магией света, позволите?
— Да, конечно, Сицилл, можешь обследовать Арчибальда, но прошу не предпринимать никаких действий без моего ведома, тем более, если они могут нанести ему вред.
— Как скажете.
Епископ повернулся к лежащему на койке больному и, активировав крылья света, начал исследовать больного. Через полминуты он с ничего непонимающим лицом повернулся к Зену.
— Я ничего не чувствую. Абсолютно. Будто там воздух, хотя нет, будто там чистая и полная пустота. Абсолютная.
— Дай угадаю, это из-за того, что в нём нет маны, так?
— Да. Мой анализ действует так, что он взаимодействует с частицами магической энергии внутри тела. Но тут просто не с чем контактировать. Пустота. В магическом плане.
— То есть твои силы света не помогут, так получается?
— К сожалению, да. Но! Я знаю, как восстановить тело Арчибальда при помощи метода Виктора. Наверно, он уже догадался об этом способе, да? — Сицилл повернулся в сторону дворецкого.
— Хм, ты же о зонах переизбытка маны? — с задумчивым видом сказал Бог Молний.
— О них самых, — кивнул Сицилл.
— Вы о чём? — недоумевая, спросил Зен.
— А, мой господин, вы не могли знать об этом, ведь эти зоны — крайне редкие явления. Вы знаете о местах силы? — начал пояснять Виктор.
Учёный молча кивнул.
— Вот в них мана быстро восстанавливается, а значит, это лучшее место для тренировок. Это из-за огромного количества магической энергии в пространстве.