Проблемный мужчина (ЛП)

— Не обещаю.
Не взглянув на него, я выбежала из офиса и скрылась в кухне. Мои щёки горели от смущения и моего неожиданного поведения. Что со мной случилось? И почему я флиртовала с Уайеттом?
Вера определённо была ведьмой.
Или это я так отчаянно нуждалась в человеческом общении.
У меня зачесались пальцы, чтобы отправить сообщение Нолану. Но это не было человеческим общением. Это была плохая привычка, от которой я уже избавилась. Не было никакого смысла в том, чтобы вскрывать эту рану.
— Эй, чего там хотел Уайетт? — спросила Диллон, когда я застегивала свой китель рядом с ней.
— Это по работе, — рассеянно пробормотала я. — Слушай, ты можешь меня с кем-нибудь свести.
Он отложила нож и медленно повернулась ко мне.
— Чего?
Её оценивающий взгляд, вызванный моим неожиданным вопросом, заставил мои щёки ярко вспыхнуть. Я тут же потянулась за фартуком, который находился в моей сумке, и заняла себя тем, что начала повязывать его вокруг талии.
— Я думаю, это было бы весело. Ты думаешь, это странно? Странно, что я прошу? Просто не обращай на меня внимания. Всё нормально. Я зарегистрируюсь на "Тиндере" или типа того.
— О, Господи, — засмеялась она. — Не регистрируйся на "Тиндере"! По крайней мере, пока, — её глаза сверкнули, и она потёрла руки. — Это будет очень весело!
О, нет. Что я наделала. Я показала не неё пальцем.
 — Никаких психов.
Она поиграла бровями.
— Конечно.
— И никого из фуд-индустрии.
Я оглядела кухню, заметив, что все притворялись, будто не слушали нас. Сплетники. Они все. Плюс, я уже однажды входила в эту реку, так что — спасибо, не надо. После Нолана, я совершила несколько ошибок на этой кухне. И это был не тот опыт, который я хотела повторить.
— Я не хочу встречаться с поваром.
Закатив глаза, она продолжила крошить продукты.
— Я не совсем идиотка. Никто не хочет встречаться с поваром. Мы все эго-маньяки с ужасным рабочим графиком. Поэтому тебе надо встречаться с кем-то за пределами индустрии. Чтобы ты могла обмануть их.
Я моргнула.
— Ты это серьёзно?
Она подняла голову и, кажется, осознала, что выразилась не совсем так.
— Я не имею в виду в прямом смысле обманывать их. Но тебе, вероятно, какое-то время не стоит раскрывать все детали, связанные с твоей работой и амбициями. По моему опыту, когда они понимают, как много ты работаешь, а потом когда ты ещё говоришь, что хочешь повышения, чтобы работать ещё больше, они часто убегают, словно напуганные котята.
Я поняла, что сочувствую своей подруге. Она была классной, чёрт побери. Супер умной, супер талантливой и супер горячей. Она была настоящей девушкой мечты. И она была не тем человеком, которому надо было скрывать то, кем она была, и чего хотела от жизни, чтобы второе свидание состоялось.
Плюс, это была самая нелепая вещь, которую я когда-либо слышала. Моя карьера и мои амбиции сделали меня тем человеком, которым я сейчас была. Это была бы первая вещь, о которой я бы заговорила. Если кто-то хотел знать меня, ему надо было знать о том, чего я хочу от жизни. По крайней мере, отчасти.
И я знала, что то же самое относилось и к Диллон. Она вела себя так, как будто бы ей было всё равно, но на кухне она была акулой. Она не мирилась с дерьмом, она училась быстрее всех, и я знала, что она сделает всё возможное, чтобы по праву заработать одну из кухонь Эзры, и не потому что она была его сестрой.
Но это заставляло меня посмотреть на её ночные приключения с другой стороны. Я переживала из-за её отношения к сексу на одну ночь, потому что считала, что она стоит большего. Но может быть за этим стояло что-то другое. Может быть, ей было сложнее найти кого-то, чем я предполагала.
И это было для меня плохой новостью. Если роскошная и идеальная Диллон с трудом могла найти кого-то, я была обречена.
И это было совсем не весело.
— Ты хочешь сходить с кем-то на свидание, Кайа? Я схожу с тобой, детка, — крикнул Эндо с другого конца кухни.
Когда я обернулась, чтобы посмотреть на него, он делал чмокающие движения губами.
 
Я закатила глаза, но всё же засмеялась.
— Спасибо, Эндо. Но меня пугает Мария, поэтому я вежливо откажусь.
Сверкающие карие глаза Эндо сделались серьёзными.
— Всё правильно. Эта женщина точно локомотив. Я люблю её, но она, вероятно, разобьёт тебе машину бейсбольной битой.
— Ты видел её машину? — спросила Диллон Эндо. — Думаю, никто не заметит разницы.
Я толкнула её в плечо.
— Не все могут позволить себе Лексус, богачка.
Она сказала невозмутимым тоном:
— Конечно, не все могут себе это позволить.
Уайетт зашёл в кухню, и сразу же все шутки прекратились. Мы выпрямились, распрямили свои кителя, и перестали перекидываться репликами. Это было похоже на то, как если бы срабатывал какой-то переключатель, когда появлялся шеф-повар.
Даже если мы и не уважали Уайетта так же сильно, как мы уважали Киллиана, его статус делал нас послушными и заставлял нас вести себя наилучшим образом. Когда Уайетт заступил на эту должность, все мы засунули подальше наши возражения и оскорблённые чувства. Мы забыли о тех моментах, когда Уайетт лажал, и всех тех годах, что мы работали с ним бок о бок. Теперь он был шеф-поваром. А мы работали на него и угождали ему.
Он встал посреди кухни и хлопнул в ладоши. Мы собрались вокруг него, как мы делали это каждый день, и стали ждать его указаний.
Обычно я с трудом терпела его вдохновляющие речи и замечания. На этот раз он не стал вдаваться в подробности о том, что от нас сегодня требуется, но воспользовался возможностью и покритиковал нас за прошлый вечер. А это Уайетт мог делать очень жёстко.
Как и Киллиан. Но поскольку Киллиан был легендой, его почему-то было легче терпеть. Уайетт вызывал во мне все самые плохие чувства — наверное, поэтому мы так часто сталкивались. А ещё потому что он был дотошным и суровым. Рациональная часть меня говорила мне, что он всё ещё создаёт себе имя, и поэтому ему приходится всё это делать. Он всё ещё доказывал, что способен.
Но я редко слушала рациональную часть своего мозга. В основном, я говорила ей заткнуться, и выпускала наружу стерву.
Но сегодня всё было иначе. Уайетт стоял посредине, и я видела, каким он был уставшим, его должность начала брать своё. Его глаза были опухшими и красными. Его лицо казалось более худым и обеспокоенным. Его руки дрожали, чего я не замечала до того момента, пока он не признался в своей бессоннице и я не оглядела его более внимательно.
Моё сердце почувствовало к нему жалость. Я на самом деле раздражалась из-за того, как сильно он старался. Его попытки соответствовать Киллиану казались мне отвратительными и вымученными, особенно когда он свешивал на меня свои ошибки. Но, может быть, я была к нему несправедлива?
Уайетту был дан шанс, который предоставлялся один раз в жизни. Он управлял одной из лучших кухонь в округе, кухней, отмеченной наградами, кухней, которую он честно заслужил, будучи правой рукой Киллиана. Конечно, его бремя было тяжёлым, конечно, он изо всех сил старался удержать эту работу и тянуть её, и соответствовать ей.
Я решила относиться к нему с большим уважением. У него была тяжёлая работа, и я надеялась, что когда-нибудь, когда я заступлю на такую же должность в своей собственной кухне, мой персонал тоже будет относиться ко мне с уважением.
Через семь часов, в середине рабочего дня, я чувствовала себя совсем иначе.
— Это ещё что такое? — сказал он требовательным тоном, какой, как мне казалось, использовал дьявол, когда его слуги разочаровывали его. — Это дерьмо, Кайа! Ты можешь лучше. Переделай.
 
— Она идеальна, Уайетт, чёрт подери. Ты не прав.
— Слишком тёмная. Выглядит сгоревшей к чертям. Я не отправлю это в зал.
Я проглотила тридцать синонимов к слову "козёл", и решила, что это не та ссора, из-за которой я хотела разрушить свою карьеру. Но он был козлом!