Друзья по преступлению (СИ)

Я знала, что если сейчас он сможет достучаться до той маленькой частички меня, которая до сих пор влюблена в него до дрожи в коленках, то я прощу его. Но такое предательство…
Это же был Киран.
Мой Киран.
Парень, который впервые сказал мне, что я красивая; который впервые позвал меня на свидание; который всегда беспокоился за меня даже больше, чем за себя; который сделал мне предложение на катере в последних лучах заходящего солнца, да и вообще который стал первым парнем у меня во всех смыслах.
Парень, которого я больше не люблю.
Стул с грохотом упал где-то за моей спиной, словно отрезвляя меня, из-за чего многие повернули головы в наши стороны. Киран нацепил на себя эту идиотскую улыбку политика и кивнул людям головой, словно извиняясь за моё поведение.
Так было всегда.
Он всегда извинялся за моё поведение, когда что-то шло не так. А ещё он постоянно разжёвывал мне всякие правила этикета, о которых я даже и не догадывалась.
Он любил меня слишком сильно, чтобы отвернуться от меня.
Хотя.
Видимо недостаточно.
- Просто заткнись, - прошипела я, глядя на него. В него. Руки непроизвольно вцепились в стол, из-за чего у меня даже заболели пальцы. Это больше не мой Киран. Нет больше нас. Нет больше ничего. – Я больше не буду вашей марионеткой. Вы больше не будете дёргать за ниточки. Я не позволю вам. Больше никогда в жизни как-то распоряжаться моей судьбой.
Киран встал со стула, но, прекрасно зная меня в таком состоянии, остался стоять по ту сторону стола.
- Эми, детка, прошу тебя, давай вернёмся в Лондон, а там мы со всем разберёмся, - пробормотал он, а затем улыбнулся. Как мой Киран.
- Засунь свой Лондон в свой благородный зад, - хрипло заметила я, уставившись прямо на моего бывшего жениха. Я старалась его ненавидеть. Правда старалась.
Почему я так долго терпела всё это, чтобы стать счастливой?
И какой-то голос честно шепнул:
Потому что ты любила его.
И была счастлива с ним.
- И не смей называть меня деткой, - продолжила я, отрицательно покачав головой. Всё это было в прошлом.
Только сейчас я поняла, что «детка» из его уст вызывает скорее рвотный позыв, чем какой-то трепет. И что даже «детка» Артура злила меня меньше, чем то, как это произносил Киран.
- Эмили, - с нажимом повторил он. Вся былая мягкость исчезла. Как быстро он меняет свои маски. Двуличный ублюдок. – Ты вернёшься с нами в Лондон, а дальше мы посмотрим, как будут обстоять дела.
И тут я, не удержавшись, запрокинула голову вверх и рассмеялась почти искренне.
Это было похоже на безумие, медленно переходящее в истерику. И, может быть, это действительно было так.
Я чувствовала, что вся твёрдая почва, находившаяся у меня под ногами, внезапно исчезла, и теперь я находилась в состоянии свободного падения в бездну, у которой нет ни начала ни конца. Но мне почему-то не было страшно.
- Ты понимаешь слово «нет»? – спросила я, чуть прищуриваясь, чтобы посмотреть на него. – Я никуда не поеду.
Последние слова прозвучали спокойно, словно всё так, как и должно быть. Я развернулась, чтобы уйти, но Киран внезапно схватил меня за руку, не давая этого сделать. Всё произошло даже быстрее, чем я могла подумать: я резко развернулась обратно к столу и, схватив со стола практически полный бокал с вином выплеснула ему в лицо.
Он зажмурился, и я едва сдержала порыв вновь рассмеяться, глядя на то, как тёмно-бардовое пятно расплывается по его белоснежной рубашке и стекает по подбородку на пол. Вырвав руку, я встретилась взглядом с ошарашенным взглядом матери, которая вскочила со своего места и теперь пыталась вложить в руки Кирана салфетки.
Я удивлена, что всё это время она молчала. Но я видела по её глазам, что она не оставит этого просто так.
- У меня есть второй бокал если что, - предостерегающе заявила я, а затем, развернувшись, быстро вышла из ресторана.
Чем я заслужила все это?
Внутри меня словно бурлит адская смесь отвращения, злости и истерики.
Я еле как находила в себе силы не брать в руки тяжелые предметы и с яростью швырять ими в этих мерзких поганый монстров, которые прикидываются хорошими людьми. Почему никто не видит, какие они на самом деле?
Просто не могу поверить, как я могла прогибаться под них все это время?
Почему я это делала?
Чем больше об этом думаю, тем сильнее моё желание остаться здесь, в Торонто.
Здесь есть моя любимая работа, адекватный родитель и свобода, решетки я вижу только в обезьянниках, а не перед своими действиями.
Так что мой вердикт только один.
Засуньте в жопу свои планы на меня.
***
Оказывается, ночью город выглядит совершенно иначе. Тихо, спокойно, размерено. Меньше людей, меньше проезжающих машин, меньше шума. И словно весь этот город – мой.
Я бесцельно бродила по Торонто уже пару часов, чтобы привести свои мысли в порядок. Вернее, у меня была цель. Примерно час назад я пыталась найти где я нахожусь, потому что я заблудилась. Названия улиц совершенно незнакомы, а дома, хоть и были разными, для меня выглядели совершенно одинаково.
Слишком сильно погрузившись в свои мысли после встречи с мамой и Кираном, теперь я даже не могла вспомнить с какой стороны я пришла. И, как на зло, телефон окончательно разрядился, поэтому я не могла даже посмотреть по навигатору где я.
В связи с этим я приняла решение и дальше бесцельно бродить по городу. Может быть, смогу найти метро. Или название знакомой улицы.
Дожила. Работаю в полиции и совершенно не знаю города. Если бы не Артур, то я бы уже давно заблудилась на каком-нибудь расследовании.
Хотя, порой мне казалось, что у меня топографический кретинизм – я могу потеряться где угодно. Или, может быть, это связано с тем, что я никогда не задерживалась где-то надолго. Ну, разве что в Лондоне, пока жила с матерью, но там я терялась только первые два года.
- Эй, Эмили! – услышала я знакомый голос где-то за своей спиной, что заставило меня резко обернуться, а губы непроизвольно расплыться в улыбке. Передо мной в обычных джинсах и чёрном вязаном свитере стоял Адам, засунув руки в карманы. – Что ты здесь делаешь?
Не сдержав облегчённого вздоха, я пробежала пару метром и, просунув руки между руками Адама, обняла его за талию, лицом уткнувшись в его плечо. Он едва заметно вздрогнул, а затем одной рукой погладил меня по волосам, а вторую аккуратно положил мне на спину.
- Я потерялась, - честно призналась я, вдыхая знакомый запах: стирального порошка с едва различимым запахом спирта – Адам пользовался им, чтобы помыть руки после вскрытий. – Решила немного прогуляться, задумалась, а потом поняла, что не знаю, где я.
Он тихо рассмеялся, из-за чего его грудь немного затряслась.
- Ты как всегда в своём репертуаре, Эмили, - заметил Адам, продолжая гладить меня по волосам.
- А что ты делаешь на улице так поздно? – вполне уместно заметила я, вскидывая голову вверх, чтобы посмотреть на его лицо. Видимо, зря, потому что теперь его тёплое дыхание с запахом мятной жвачки было на моих губах. Я заглядывала в его тёмно-карие, кажущиеся практически чёрными, глаза с едва расширенными зрачками и видели в них влюблённость.
- Мне не спалось, поэтому я решил немного прогуляться, - ответил он и его тонкие губы расплылись в улыбке. – Видимо, не зря.
Я чуть поджала губы, чтобы не улыбнуться. Он был слишком милым для меня. А я лишь разобью ему сердце своими действиями. Но, учитывая то, что он общается с Артуром, он наверняка знает об этой опасности.
- Не проводишь меня до метро? – спросила я, чуть отстраняясь от Адама.
- А у меня есть другой выбор? – спросил он, чуть вскинув брови вверх. – Не думаю, что ты относишься к тому типу девушек, которые запросто придут ночью к парню в квартиру, чтобы переночевать.
Воспоминания о том, как мы с Артуром пьём виски, лежа у него на кровати и играя в «Я никогда не…» прошибли мой мозг словно грузовой поезд на полной скорости.