Друзья по преступлению (СИ)

Я тихо сидел в кресле, украдкой наблюдая за Эмили.
Её светлые волосы отливали золотом и серебром в свете включённой настольной лампы, а острые скулы, к которым мне хотелось протянуть руку и убедиться, что о них нельзя порезаться, слегка блестели от специальной косметики. Даже не хотел знать, как называется эта херня.
По её щекам ходили едва заметные желваки. Это в который раз доказывало, что она худая.
Я засмотрелся на её профиль и впервые за много лет мне захотелось взять в руки карандаш, чтобы зарисовать её. Я не рисовал уже давно и боялся, что потерял всю сноровку, но видя, как длинные ресницы отбрасывают тень на щёки, а нижняя губа закусана слишком сильно, из-за чего виднеется белоснежная эмаль передних зубов, все мои страхи отошли на второй план.
Наконец она сдалась и посмотрела на меня.
С ума сойти. В этом свете я даже могу разглядеть еле видные веснушки на её лице. А ещё я видел, как размеренно билась жилка на её шее.
- Они обе католички, - наконец сказал я, улыбнувшись, когда увидел, как вытянулось её лицо.
- Это низко! – воскликнула она, слабо стукнув меня в плечо. Неужели запомнила, в какое меня ранили? Хотя, мне казалось, что от неё не может ускользнуть ни одна деталь.
- Мне показалось, тебе понравилось, когда я сегодня был низко, - пробормотал я, а затем усмехнулся, когда её глаза вылетели из орбит. – Ой, да ладно. Не строй из себя мисс невинность. У меня болит спина от твоих коготков.
Она наклонилась ко мне, и я почувствовал едва уловимый фруктовый аромат. Манго.
- А у меня болят бедра от твоих рук, - прошептала она, едва не касаясь своим носом моего. – И что теперь будем делать?
- Может, продолжим то, что было утром? – нахально улыбнувшись, спросил я, глядя на то, как она смутилась.
- Трижды попасться в твои ловушки – надо уметь, - проворковала она, а затем закинула голову назад, из-за чего её светлые волосы пришли в движение. Теперь я просто обязан раздобыть где-нибудь краски и изобразить все оттенки её волос. Мне обязательно понадобятся белила. А ещё несколько оттенков светло-желтого и золотистого.
Она ещё раз посмотрела на материалы дела, которые держала в своих руках, а затем перевела взгляд на фотографию, стоящую в рамке на столе со свадьбы.
- Я не хочу подвергать их обоих опасности, - тихо прошептала она, слабо улыбнувшись, когда взяла фотографию в руки. Наверное, это напомнило её о свадьбе, которой у неё не было. – Мы должны что-то придумать.
Я откинулся на спинку стула и возвёл глаза к потолку. Я тоже точно не хотел рисковать ни Чейзом, ни Рони. Они были единственными, кроме Кевина, кто знал мою историю.
- Ты уверена в том, что они не должны знать, как выглядит Чейз? – тихо спросил я, всё ещё продолжая разглядывать потолок.
- Да, - просто ответила она, а затем тяжело вздохнула. – И я уверена, что они здесь проездом. Или поселились здесь совсем недавно. Иначе это бы случилось раньше. У них не было никаких причин ждать так долго, чтобы начать убивать.
Я тяжело вздохнул, а затем бросил быстрый взгляд в сторону Эмили. Она уже поставила фоторамку обратно на стол и теперь просто смотрела на свои руки.
- Ладно, я поговорю с Чейзом и расскажу наш план, - в конце концов сдался я, и вновь тяжело вздохнул. Это будет сложно. Уговорить Чейза уехать из их тихого городка, как по мне, не представлялось возможным.
- Давай это попробую сделать я? – предложила она, отталкиваясь от стола и вставая. – Если нет, то будем действовать по ситуации.
И с этими словами она едва ли не бегом отправилась на выход из кабинета. Наверняка чтобы я не успел её остановить. Я дернулся, чтобы схватить её за запястье, но схватил руками лишь воздух.
Тихо выругавшись, я направился за ней. Она была упрямая. Чертовски упрямая.
Я видел, как Эмили зашла на кухню, где были Чейз и Рони и обречённо вздохнул. Это закончится минимум катастрофой. Остановившись за стеной, не решаясь входить, я начал присушиваться.
- Чейз, Вероника, мне нужно с вами поговорить, - тихо сказала моя напарница, включив полицейского. Ох, вот это зря. – Только, пожалуйста, выслушайте меня.
Я услышал, как отодвинулись стулья за столом и, видимо, все они сели.
- У нас с Артуром есть предположение, что ваша семья в опасности, - всё таким же аккуратным тоном продолжила Эмили. – И мы хотим ловить на живца. Но не хотим подвергать вас обоих опасности. Поэтому у меня есть к вам предложение, я не думаю, что оно займёт больше недели.
Сделав паузу, чтобы дать Рони всё обдумать, она продолжила:
- У меня в Торонто живёт отец, он может вас принять на неделю. А взамен, Рони, научи его, пожалуйста нормально готовить. Я устала от вечных погромов на кухне и еды из ресторанов. Хотя бы элементарную яичницу.
Чейз и Рони тихо рассмеялись.
Так вот, кто должен был надрать мне задницу. А я-то думал, что она живёт с парнем.
- А ещё вы сможете присмотреть какие-нибудь милые штучки для детской в Торонто, - продолжила Эмили, и я усмехнулся. Так и знал, что она составляла их психологические портреты за ужином. – Только представьте, целая неделя в Торонто, с кучей детских магазинов.
Я решил, что пора раскрыть своё укрытие, поэтому зашёл на кухню и сел рядом с Эмили. Чейз и Рони в этот момент тихо шептались, но видя, как загорелись глаза Рони, я понял, что она не против. Ну ещё бы. Шоппинг всегда был её слабостью. Жалко Чейза, она затаскает его по магазинам.
Эмили доброжелательно улыбнулась мне и незаметно подмигнула. Я бы хотел нарисовать не одну картину с ней. Я бы хотел запечатлеть все эмоции на её аристократичном лица. И особенно когда она кончает.
Заметив мою пошловатую улыбку, она закатила глаза и отвернулась. Чейз и Рони как раз закончили разговор. Мой друг выглядел обречённым.
- Мы согласны! – радостно озвучила Рони, а Чейз обречённо кивнул. Дело в шляпе.
***
Я решил выйти на утреннюю пробежку в шесть часов утра, пока город ещё спит. Я спал в гостиной, а Эмили отвели гостевую комнату на втором этаже. Вчера они о чём-то несколько часов разговаривали с Рони, и я хотел узнать, о чём. Но, стараясь умерить свои интерес, я лишь промолчал, когда мы столкнулись с ней в ванной на первом этаже, потому что ванна на втором была закрыта на ремонт.
Мы с Эмили стояли несколько минут перед зеркалом и чистили зубы, а затем она протёрла своё лицо какой-то хернёй для увлажнения. Или не для увлажнения. Господи, зачем вообще столько надо?
Я услышал тихие шаги со второго этажа и, обернувшись, заметил Эмили, которая на цыпочках спускалась по лестнице.
- Четвёртая снизу ступенька скрипит, - как можно тише сказал я, из-за чего она вздрогнула. Видимо, не ожидала, что я уже проснулся. – Куда собралась?
Это был глупый вопрос, потому что на ней были надеть спортивные лосины и белая толстовка с тремя чёрными полосами на рукавах и надписью «17» на груди. Её светлые волосы были спрятаны под чёрную шапку.
- Туда же, куда и ты, - ответила она, моментально оказываясь рядом со мной. Я оглядел себя, и понял, что у нас с ней схожие вкусы: на мне были надеты чёрные мешковатые штаны и чёрная толстовка с белыми полосками на рукавах и надписью «07» на спине. – Не думала, что ты пойдёшь бегать.
Я кивнул ей головой, давая понять, чтобы она следовала за мной, и мы остановились лишь в прихожей, чтобы обуть свои кроссовки.
- Могу сказать то же самое и тебе, - отозвался я, глядя, насколько идеально выглядит её задница в этих лосинах. Интересно, какого цвета спортивный топик под футболкой?
- Это не тебе ходить с накладным животом, - отозвалась она, а затем обернулась и вновь закатила глаза. – Ты не исправим, Шедвиг.
- Я просто пользуюсь моментом, - отозвался я, закусывая нижнюю губу. Я хотел её. Хотел её прямо в этой чертовой прихожей в шесть утра в этих обтягивающих лосинах. – И живу сегодняшним днём.
Я резко схватил её за берда и притянул к своему каменному стояку, который вызывал вид её задницы. Она тихо охнула, а затем тихо хмыкнула и усмехнулась.