Глаза цвета жизни. Академия
– А тебя по-другому не разбудить, – нимфа хмыкнула, застегивая блузу. – Ты ни на что не реагируешь. А свой будильник научилась отключать, даже не просыпаясь. – Да! Это я умела! Правда, не знаю, как! Ведь будильник магический, и как-то определяет, насколько сознателен человек, который его выключает. И если его состояние сонное, повторяет звонок через три минуты, и так до бесконечности. В начале первого семестра он добросовестно справлялся со своей функцией, то есть с моей побудкой, но к концу семестра я как-то приноровилась его отключать, даже не открывая глаз, а сейчас даже и не прерывая сна. Я ещё повертелась, устраиваясь поудобнее, но всю малину испортила Весталиэль.
– Ты не забыла, что у тебя первая пара у магистра Вернуда? – спросила она, прекрасно знающая этого зануду. У неё он тоже "защиту" ведет, то есть защитную магию. Не спорю, очень подкованный препод, и не просто теоретик, но и практик. Но какой же он зануда!!! Причем с прекрасной памятью. Навсегда запомнит, если ты опоздал на занятие, а если заснешь, обязательно спросит тебя на следующем занятии, причем от и до, опоздавших же только по началу лекции гоняет. А уж как трудно пересдавать ему неуды (легче повеситься сразу), каждый знает. Тяжко вздохнув, я вылезла из постели и начала собираться. Вспомнила свой сон и грустно улыбнулась. Все-таки я скучала по приюту, по друзьям, по послушницам, и даже по настоятельнице. Вроде совсем недавно вернулась с зимних каникул в академию, а уже скучаю.
Тогда в саду в первый раз проявились мои магические способности (оказывается, я перенесла пирог к себе). Мне было тогда всего десять лет, но к тому времени я прослыла шалопайкой и вообще несносной девчонкой. Сколько я крови всем подпортила, организовывая розыгрыши, шутки и всевозможные игры. А ведь мне было просто скучно, и я не хотела следовать дурацким правилам приюта. Короче, узнав, что я – одаренная, послушницы захотели отослать меня в ближайший город в магическую школу-интернат. Как основной аргумент выдвигали: если она и без магических возможностей поставила на уши весь приют, то что будет теперь? Но настоятельница решила действовать по-другому. Госпожа Мариса попросила ведунью из близлежащей деревеньки учить меня по мере возможности. И хотя Алестия была и слабой магичкой, но необразованной мне она показалась верхом мудрости и знаний. Она и сказала ещё на первой встрече и мне, и послушницам, что уровень магических возможностей у меня невысокий, резерв у меня небольшой, и более-менее энергоемкое заклинание я не осилю никогда. Я сначала расстроилась, в своих мечтах я уже видела себя одной из сильнейших воительниц Меча и Магии (знаменитый конклав боевых магов), а тут такой облом. Но Леста успокоила меня, сказав, что и с моим уровнем можно стать хорошим целителем, элементалистом или бытовиком.
Со временем мы поняли, что и элементалистом мне не стать, ни одна стихия не признала меня своей. Конечно, при определенном усилии я могла призвать почти все элементали (огонь так никогда и не пришел на мой зов), но они были слишком слабые. А целительство (как мы поняли спустя полгода после начала наших занятий) у меня было немного другого вида, чем у Алестии. Она же была известной знахаркой в наших краях и лечила традиционными способами (отварами, заклинаниями, заговорами). А мне ничего этого не надо было, я просто исцеляла (не спрашивайте как, я до сих пор не пониманию, хотя магистры в Академии и объясняли мне принцип действия моих сил, и не один раз). К алхимии у меня не было ни способностей, ни желания. А про некромантию никто даже не заикался (как же, ведь приют был имени Пресветлого Арестия).
Проезжий маг подтвердил все наши выводы (Алестии, настоятельницы Марисы и меня – мои) и порекомендовал мне пойти учиться на бытовика. К тому времени мне уже исполнилось тринадцать, и я считала себя невероятно взрослой, да и к тому же ещё и магичкой. И когда я сообщила о решении поехать в Эскалон обучаться в магической школе, я совершенно не хотела слушать возражения действительно взрослых и мудрых наставников. Почему во множественном числе? Постепенно и настоятельница, и послушницы включились в мое обучение, они, конечно, не могли помочь мне с практикой, а вот с теорией… Всех своих знакомых просили привозить в приют книги по магии. И вместе со мной пробирались через дебри непонятных терминов и формулировок. Но в тринадцать лет я жутко разозлилась на всех взрослых, совершенно не понимая, почему они мне запрещают ехать в школу, даже подумывала сбежать. Остановил меня все тот же проезжий маг. Сказал, что мне ещё рано думать о таких поездках. А наставница добавила, что когда мне исполнится шестнадцать, тогда она и отпустит меня на все четыре стороны, а пока я буду обучаться у Алестии. Мне пришлось смириться.
А весной, когда мне было уже пятнадцать лет, пришло письмо от магистра Теодора, все того же заезжего мага (и как он не забыл про меня за два с лишним года, не пойму). Оказывается, он уже второй год преподавал в этой Академии. Он сообщил, когда начинаются вступительные экзамены, и примерный список вопросов. Попутно поведал о том, что есть и бесплатное отделение, а тем, кто хорошо учится, ещё и стипендию выплачивают. А что? Думали, что обучении в Магической академии поголовно бесплатное, тем более в такой известной? Да это же самая знаменитая Академия во всем мире, носит статус международной и межрасовой (о последнем, думаю, догадались, судя по моим соседкам по комнате). Да после её окончания проблем с устройством на работу вообще нет никаких. А мы в своей глуши вообще не знали о возможности бесплатного обучения.
И тем же летом я вместе с ещё одним воспитанником приюта отправилась в столицу. Илан, двухметровый детина, достигший совершеннолетия (уже год работавший в кузнице в ближайшей деревне), относился ко мне как к младшей сестренке. Поэтому настоятельница не беспокоилась обо мне, отпуская с Иланом в дальнюю дорогу. Провожать нас вышли все (хотели убедиться, что я точно покинула приют?). Но как ни странно, среди послушниця заметила и тех, кто подозрительно шмыгал носом. Некоторые даже сделали мне небольшие подарки, кто-то подкинул монет, а ребятня завалила меня своими поделками и запасенными сладостями. К концу прощания я тоже подозрительно зашмыгала носом. Но это не помешало мне поугрожать напоследок.
– Зря надеетесь! Я ещё могу вернуться, причем в самом ближайшем будущем, – послышались смешки, и я, помахав рукой, устремилась к Илану, который ждал чуть поодаль.
Путешествие мне понравилось. Наша страна, Арестания, была богатой и процветающей, и чтобы это не изменилось в худшую сторону, правитель –заботился о безопасности дорог. Основную часть мы преодолели на попутных повозках. Точнее я на повозке, а Илан просто шел рядом, пристроив наши вещмешки рядом со мной. В благодарность я давала возницам общеукрепляющие сборы. А некоторых даже подлечивала незаметно. На пятый день ближе к вечеру мы прибились к торговому обозу. Казалось, они даже были рады пополнению в лице Илана. Во время ужина нас позвали к общему костру, угощая и едой, и квасом. В ответ только полюбопытствовали, кто мы такие и куда путь держим.
– Илан, моя сестра Тесса, – представил нас мой попутчик. Ещё раньше он попросил меня помалкивать, поэтому я не вмешивалась. – Идем в столицу, на заработки. – Илан именно для этого и пустился в дорогу.
– Х-м-м, на заработки? – переспросил мужчина лет сорока. Судя по поведению окружающих, он был здесь главным. Да и одежда его отличалась от других, даже на мой неискушенный взгляд. А вообще, в караване была какая-та гнетущая атмосфера. Вроде все старались шутить, и вести себя обыденно но что-то беспокоило окружающих. Вот даже у купца горькая складка между бровей пролегла. Он тоже изучал меня, но обратился к Илану. – С тобой все понятно, ты легко найдешь работу. А вот сестра? Ей же нет и пятнадцати. Куда она пойдет?
Илан предупреждающе сжал мою ладонь.
– Не беспокойтесь, господин, мы что-нибудь придумаем, – но взгляд купца не просветлел, а, казалось, стал ещё подозрительнее.