Эра Мангуста. Том 5 (СИ)
— Не беспокойтесь, у клятвы последствий не бывает, если вы её не нарушите, конечно. Тогда да, всё будет плохо. Как правило, летально плохо. Вам просто нужно поклясться своим богом-тотемом, что только что услышанная информация никогда не будет передана третьим лицам. Скажу больше, дабы показать своё дружелюбие. Я знаю обо всех одиннадцати иноземных расах. И девять из них находятся в России. Хотя одно тонкое место с разумными из этих девяти, имеет парный выход в Бразилии.
Он грустно вздохнул и продолжил:
— Это невероятно секретная информация, разведки всего мира распустит вас на косички, чтобы узнать это. Поверьте, клятва — не моя прихоть, это важно!
— Клянусь Мангустом, что всё, о чём я узнал в этой комнате, останется со мной, — тут же отреагировал я.
К моему удивлению и сожалению, привычного грома на улице не прозвучало. Ну да, мой милый пушистый бог отрезан от меня, не слышит и не видит, как и я его. Интересно, это значит, что клятва не сработает? Что за бред в голову лезет? Я же за Российскую империю, без вариантов. Я здесь живу и стремлюсь, чтобы она процветала. Это же понятно и логично.
— Клянусь Кречетом, — как эхо повторил мою клятву Сергеевич.
— Клянусь… эм… собой! — нашёлся сэр Макс. — Я же тоже бог, в своём роде. Да короче, ничего никому не скажу, не переживайте. Мне Андрюха дорог, и во вред его стране никогда не пойду, поверьте! И вообще, что-то мы насухо сидим, нехорошо это. Вообще-то я совсем не пью, но сейчас в отпуске! Может, за знакомство по писят?
Глава 19
Я посмотрел на офонаревшие глаза императора и внутренне усмехнулся. Да, нашёлся человек, который не падает ниц, не прогибается со всей возможной старательностью перед его величеством, а просто общается, как равный с равным. Похоже, для Петра Алексеевича это явно новый опыт. Впрочем, явно не лишний.
— Ну… — задумчиво протянул император. — Собственно я за, и на столе даже есть всё полагающееся. Но у нас проблема, служанок увели на чистку памяти, а новых доставят, судя по опыту, минут через семь-восемь. Можем обождать немного.
— В смысле обождать? — усмехнулся Макс. — Мы гуманитариев не заканчивали, можем и сами за собой поухаживать! Вы же позволите?
— Я не совсем понял, о чём вы, сэр Макс, — аккуратно ответил глава государства, а я со старым понимающе усмехнулись.
Цитата была из знакомого всем троим мира же! Вот вдуматься, три попаданца, за которыми охотится вся мощь государства, с целью тотального уничтожения, сидят напротив императора. Сюрреализм высшей пробы! А главное, что все трое знают, с мелкими исключениями, о попаданствах друг друга. Так, даже думать об этом не стоит, кто знает систему ментальной защиты главного человека России?
— Но готов вам довериться в данном вопросе, — продолжил Пётр Алексеевич. — Что вы имеете нам предложить? Если это не нанесёт урона здесь присутствующим, я категорически приветствую любые начинания!
Вместо ответа Макс просто встал, взял пузатую бутылку, снял с неё пробку и долго вдохнул её запах. Подумав, поставил её обратно, и взял следующую. На третьей он остановился со словами:
— А вот это, господа, то, что нам сегодня требуется! Явный запах брусники и большого градуса, с лёгкой ноткой аниса. Великолепное сочетание! Вы же не будете возражать, если мы начнём именно с этой настойки?
И Сергеевич, и император наблюдали за выступлением в лёгком обалдении, я же, привыкший к лёгкости и бесшабашности знакомого демиурга, наслаждался картиной «маслом».
А тот не остановился, он по очереди взял все рюмки и наполнив их напитком, пахнущим полынью и анисом. Был бы я в прошлом мире, я уверенно сказал бы, что это абсент, причём настоящий, который в России запрещён из-за туйона, содержащегося в полыни. То, что продают в магазине под видом абсента, лишь водка с ароматизаторами, похожими на настоящий напиток. Не думаю, что императору будут подавать «слабое подобие левой руки».
— Ну что, друзья! — жизнерадостно провозгласил Макс, поднимая свою рюмку. — Предлагаю за знакомство! Поскольку я действительно рад ему, вы крутые дядьки, да и мир ваш великолепен!
Оба поклонника Кречета неуверенно подняли свои рюмки, а я просто наслаждался их растерянностью. Чокнувшись, мы проглотили довольно вкусный напиток. Это точно был абсент в местном исполнении. В моём мире он странно действовал примерно на каждого десятого, для остальных это был просто крепкий алкоголь. Надеюсь, ни у кого реакция на туйон не вылезет.
Горло обожгло, император крякнул, но стоически сдержал проявившиеся слёзы. Ну да, градусов шестьдесят — не шутки. А Сергеевич, к моему удивлению, даже не покраснел лицом. Опыт не пропьёшь, точно.
— Ну, не страшно же! — жизнерадостно прокомментировал Макс ситуацию. — Я не поломался, обслуживая нас. Ещё по одной?
— Вообще-то, — мягко прервал его Сергеевич. — Насколько я знаю, это страшное зелье принято смешивать с чем-то! Это компонент коктейлей! Может, дождёмся девочек, которые разбираются?
— Фигня! — важно ответил волшебник, разливая очередную дозу. — Напиток просто божественнен! Предлагаю выпить за как их там… За Кречета и Мангуста! Я так понимаю, оба они круты парни!
К третьему тосту возражения кончились. Четвёртая проскочила, как родная, пятая уже была в тумане. Зверский напиток. После седьмой мы начали петь. Причём, общих знакомых песен у нас практически не было, один запевал, остальные тупо подвывали, не зная слов. Я спел про мороз, старик про то, как ходют кони.
Единственный, кто поддерживал всех, оказался Макс. Единственную песню, которую он не знал, спел император, и это оказался гимн России. Я старательно подвывал, только мотивом, поскольку ни одного слова не знал. Это жёсткий косяк с моей стороны, надо срочно выучить! Но никто не заметил.
Когда я проснулся, я не сразу сообразил, где нахожусь. Вместо стройной дриады рядом громко храпел какой-то мужик. Продрав глаза, я с облегчением узнал, что рядом — это довольно далеко, кровать с храпящим телом стояла метрах в десяти от моей.
Мантия, тюрбан, и шикарные кожаные сапоги, изукрашенные вычурным узором, были живописно разбросаны вокруг кровати храпящего. Хорошо иметь крутую броню, которая может трансформироваться в свободные труселя, в которых комфортно спать. Но я был почему-то в аналоге кимоно. Что вчера творилось в моей голове? Я не помнил.
От моих телодвижений Макс зашевелился и резко проснулся.
— Пить… — прохрипел он.
Впрочем, именно такое же желание выжигало меня изнутри. В задницу! Больше я с ним не бухаю. Слышал от Комарина про Белухину, да и вообще про празднование графского титула, когда из его жизни выпало три дня. Уверен, похмелись я сейчас в компании этого демиурга, и из жизни выпадет пара недель! Не, не готов.
Главная засада, я не помнил окончание вчерашнего вечера. Но точно помнил, что глава начал расспрашивать меня о Ковчеге, мире, где живёт Правнук. Очень надеюсь, что не наговорил лишнего. Впрочем, я ещё жив, и даже в довольно богатой спальне, правда, с двумя кроватями, что больше похоже на ночлежку. Впрочем, разберёмся.
— Пить дай, скотина неблагодарная! — напомнил о себе сэр Макс. — Я твою шкуру вчера трижды спасал, а ты!
Он с умирающим видом откинулся обратно на подушки, изображая из себя Карлсона. Правда, просил он не варенье. Оглянувшись, я с огромным облегчением увидел небольшой столик, на котором были заботливо выставлены маринованные огурчики, морс, вода, лимонный настой. Остальное я просто не распознал.
Схватив морс, я, кряхтя, утащил его Максу. Тот, не глядя на меня, и даже не поблагодарив, мощно присосался к кувшину. Когда этот кувшин стал практически кувшин, парень открыл абсолютно нормальные глаза и выпалил:
— Ух, напиток богов. Андрей, ты спас мне жизнь в третий раз! — ехидно сказал парень и откинулся на подушки. — А хорошо вчера посидели, ты срубился вторым, гордись! Если помнишь, что вряд ли. Вы с вашим местным главным умерли примерно одновременно. А вот старичок меня удивил, меня перепить не каждый может. Ему — удалось! Только вот теперь голова побаливает. Впрочем… это решаемо!