Лабиринты памяти
– Руки убрал, – прошипела она.
– Эй, полегче. – Макс отстранился и, взглянув на Рори, с напускной небрежностью произнес: – Что это с ней?
Рори поджал губы.
Клэр поставила на стол рюмку с водкой, и Ника, не раздумывая, опрокинула ее. С шумом втянув воздух, она исподлобья взглянула на Макса и облизала высохшие губы.
– Пойдем со мной, – произнес Фосфилд.
– Реально, свали.
– Нашел кандидата в курьеры. Покажу тебе, скажешь, что думаешь.
Ника нехотя поднялась и, заверив Рори, что скоро вернется, направилась вслед за Максом. Фосфилд провел ее через гудящий танцпол в сторону туалетов. Нику слегка пошатывало. Она была рассеянна, глаза то и дело закрывались. Капюшон упал с головы, обнажая наспех собранный пучок иссиня-черных волос не первой свежести. Ника нетерпеливо нахлобучила его обратно.
Макс остановился возле лестницы, ведущей на чердак. Здесь было очень мало народу – курящие, говорящие по телефону. Музыка звучала немного тише, с улицы несло помоями. Ника потерла переносицу и едва успела поднять на Макса глаза, как он схватил ее за предплечья и впечатал в стену. Не-ет. Господи, только не сейчас. Его рука потянулась к молнии на ее джинсах и резко дернула замок вниз.
– Какой же ты придурок, – прошептала она. Кровь забурлила, в голове резко прояснилось. Макс потянул ее джинсы вниз, и Ника схватила его за подбородок. Впилась ногтями в кожу, ощутила кровь на подушечках пальцев. Глаза Макса выпучились, он засипел, пытаясь вырваться, но она и не думала отпускать. Дернула его на себя – он уткнулся лицом в стену над ее плечом – и давила-давила, крепко зажмурившись. Тоненький голосок на краю сознания молил остановиться, но она отмахивалась – и от голоса, и от наслаждения, которое принесло ощущение его крови на ее руках.
И вдруг резкий толчок – и Макс уже на полу у противоположной стены. Часто дыша, Ника открыла глаза. Перед ней стоял мужчина. Высокий шатен, опрятный, но с изможденным лицом. Джинсы в облипку, выглаженная рубашка. Явно не местный.
– Пошел вон, – бросил он Максу.
Фосфилд одарил его ненавидящим взглядом, но перечить не стал – застегнул ширинку и скрылся в зале.
– Тоже трахнуть хочешь? – буркнула Ника, исподлобья разглядывая незнакомца.
Мужчина окинул ее оценивающим взглядом и разочарованно цокнул языком.
– На шлюху не похожа, – неожиданно сказал он. – Я Джейсон.
– Рада за тебя, – без тени улыбки бросила Ника, подтянула джинсы и быстрым шагом вернулась в зал.
Туман вернулся, и она пожалела, что не довела дело до конца. Нет, глупости. Хорошо, что этот щеголь прервал ее. Прислонившись к стене, Ника вытащила пузырек с кеторолом [4] и опрокинула в рот. На язык скользнула последняя таблетка. Блядство. Придется снова забраться к этой дамочке, ветеринарше Джордан. Но не сегодня. Громкая музыка била в виски, лишая возможности думать. Ей снова захотелось сбежать, скрыться в темном, всеми забытом месте и умереть – тихо, без лишнего шума. Но сил бежать не было. С трудом добравшись до дивана, Ника опустилась рядом с Брауном и сказала, едва шевеля губами:
– Мне надо с тобой поговорить.
Дженни опять курила. Она сидела сбоку от Ники, вальяжно вытягивая губы в трубочку, запрокидывала голову и выпускала дым в потолок.
– Я играю через пять минут, – жалобно протянул Рори.
Ника потянулась к пачке и вытащила сигарету. Он тебе ничем не поможет, если не заработает денег. Ника кивнула:
– Окей, в другой раз.
К барной стойке подошел мужчина – тот самый, что избавил Нику от Макса. Заказав бутылку минералки, он повернулся лицом к танцполу и с презрением оглядел присутствующих, игнорируя удивленные взгляды. Кто-то смеялся, без стеснения показывая пальцем, кто-то недоумевал: «Каким ветром тебя занесло сюда, прилежный мальчик?»
Джейсон получил свой напиток и откупорил бутылочку. Зловонный запах, царивший в клубе, действовал ему на нервы. Как же он ненавидел это отребье! Через его руки прошли сотни малолетних алкоголиков и наркоманов, и он втайне надеялся, что фриланс навсегда избавит его от подобного общества. Как бы не так.
Девчонка, которую он спас от насильника, бросила недокуренную сигарету в пепельницу. Парнишка рядом похлопал ее по плечу, они стукнулись кулаками, и он направился к диджейскому пульту. Ясно, тот самый Браун, к которому Джейсон пришел. Худощавая шатенка что-то начала говорить девчонке, но та отмахнулась, поднялась и, шатаясь, побрела в сторону выхода. Не раздумывая, Джейсон увязался за ней. Мелкая и бойкая (он заметил следы на шее того придурка), а взгляд – жуткий, пугающий. Ему как раз нужна такая. Которая умеет общаться с торчками и не побоится взяться за простую работенку за двадцатку. Деньги ей точно нужны. Им всем они нужны.
– Эй, стой!
Джейсон догнал ее у выхода. Не оборачиваясь, девчонка шагнула в темноту ночи, и он едва успел придержать дверь, чтобы не впечататься в нее носом.
– Ну что тебе? – нехотя спросила она не останавливаясь.
– Работенка есть. Плачу налом.
Не отреагировав, она ускорила шаг и, дойдя до конца переулка, свернула к мосту, ловко обогнув опрокинутые контейнеры с мусором. Джейсон выругался, вступив в гнилую жижу. И вдруг девчонка остановилась:
– Сколько платишь?
– Двадцать фунтов.
– Нашел дуру.
Она сорвалась на бег, и он бросился следом, крикнув на ходу:
– А сколько надо?
Они остановились у ветеринарной клиники. Улица была пуста, поднялся ветер. Джейсон старался дышать ровно, но отметил, что совсем запустил себя: десять метров пробежал, а уже одышка. Девчонка же выглядела совершенно спокойной. Смотрела на него в упор, синие глаза зловеще поблескивали в тусклом свете уличного фонаря.
– Мне нужна услуга, – тихо сказала она.
– Услуга за услугу – меня устраивает. Чего ты хочешь?
Она прищурилась, словно проверяя его на вшивость, но Джейсон твердо смотрел в ответ, не смея ни улыбнуться, ни скривиться.
– Аборт.
Джейсон растерянно заморгал. Девчонка сверлила его непроницаемым взглядом, скрестив руки на груди.
– Э… тебе дать денег?
Она едва заметно закатила глаза, губы дрогнули в усмешке:
– Нет. Найди мне того, кто сделает все по-тихому. И да, потом оплати.
Помню тот день как сейчас – первый день, когда рассвет принес мир, позволил вдохнуть аромат этой новой свободной земли и ощутить надежду. Я стоял у конюшен и видел солдат: искалеченных, но живых и счастливых, шепчущих с улыбкой на устах или распевающих в голос победные гимны. Их глаза сияли, преисполненные гордости за Огненную землю. За свой новый, свободный дом. «Terra ignis», – кричали они, и я смеялся.
Глава 2. Что-то очень важное
Пансион «Форест Холл»
Август 2016 года
Секретарша Шнайдера, мисс Роуз, оказалась миловидной пухленькой блондинкой без возраста – из тех, кто на любое слово выдает дежурную приторную улыбку, и ты никогда не поймешь, любит она тебя или ненавидит. Женщина заставила Нику заполнить анкету для новичков, а затем отвела ее в комнату отдыха ждать Мередит Дикман – суровую заместительницу директора Шнайдера. По словам мисс Роуз, к вечеру должны прибыть только выпускники, у остальных занятия начинаются на день позже.
– В пансионе вот уже лет десять выпускники негласно начинают год с вечеринки. И раз мисс Дикман закрывает на это глаза, всем приходится отрабатывать веселье утром последующего дня на ее занятии, – с широкой улыбкой объяснила мисс Роуз.
Ника мысленно поблагодарила секретаршу за хорошие новости. Еще как минимум пара часов покоя до приезда учеников, а потом, когда все уйдут веселиться, можно будет провести этот вечер в тишине.
