После развода. Срока давности нет (СИ)

Кстати, примерно через полгода после того, как она вернулась из поездки, ей позвонил тот художник, Прохор. Спрашивал, нельзя ли написать с нее портрет.
- В-ваши в-волосы. Очень необычные.
Он немного заикался, и даже сквозь гаджет просачивалось его смущение. Было неожиданно, но Марина согласилась. Он назначил ей встречу в своей мастерской, было несколько сеансов, каждый раз этот мужчина смущался, видя ее. И ракурс выбрал достаточно необычный. Он писал ее со спины вполоборота на контражур, и главным пятном на картине были именно волосы, вьющиеся, переливающиеся как серебро.
  
Но это только на первый взгляд. За этим всем было видно женщину, загадочную и недоступную. Если честно, Марина была поражена. Когда она спросила, сколько должна за работу, тот вымученно улыбнулся и потер руки.
- Нисколько. Это п-подарок.
Ну если так.
Теперь портрет висел в ее комнате на съемной квартире.
Вот еще, кстати. Марина была активно занята поисками квартиры. Большую часть отступных Богдан ей выплатил и скоро должен был рассчитаться полностью.
Год почти прошел.
Когда внезапно случилось непредвиденное.
глава 11
Марина была на работе, когда ей пришло извещение.
Троюродная тетя, их с Симой отца сводная сестра. Родители с ней практически не общались, какая черная кошка пробежала между ними, Марина не знала. Да и родители рано ушли из жизни. После этого тетя Таня резко оборвала все контакты и уехала жить в деревню. Из всей семьи она переписывалась только с Мариной, а в последние год-два и это прекратилось.
И вот сейчас эта тетя Таня скончалась и оставила ей в наследство полдома где-то в глуши. Но это было еще не все. Оказалось, что у тети Тани была дочь, сирота, которую та удочерила. Ребром встал вопрос, либо кто-то берет на себя опеку над ребенком, либо девочку определят назад в детский дом.
Ехать туда было около восемнадцати часов, Марина собралась в тот же день. Хотела одна, но тут на дыбы встала Сима.
- Не поедешь одна в эту глушь. Спятила? Там неизвестно, по каким пердям ехать придется, да еще ночью! Степа отвезет.
Потом они ехали на внедорожнике мужа сестры. Он молча вел машину, Сима тихо ругалась сквозь зубы, поминая на все лады геморрои и родственников, Марина отрешенно смотрела в окно. Еще дома успели обгроворить, что сестра будет писать отказ. Хотя ей полагалась какая-то доля от дома, Сима вообще не хотела туда соваться. Марина и сама понимала, что там, скорее всего, одни проблемы. Она думала только о девочке.
Добрались до места они ближе к полудню, вымотанные смертельно. Дороги оказались именно такими, только еще хуже. Пока расспросили, пока дом нашли, пока перекусили хоть чем-то, было около двух.
Тогда же и выяснилось, что тетку уже успели похоронить, у них, де, не принято держать покойника долго. Но осталась сиротка, Даша, пятнадцать лет, детдомовка, взрослая уже, работать может. А дом есть, да, но на нем обременения, долг за свет и за воду… У Марины понемногу начинало звенеть в ушах.
Все это сыпалось на голову, нарастая как снежный ком. Но разом оборвалось, когда она вошла в дом и увидела девочку. Худенькая, бледная, совсем одна в пустой комнате. Какая-то… словно не от мира сего. Русые волосы подстрижены под каре, заплаканные темные глаза просто огромные, тонкие, почти прозрачные руки на коленях скорбно сложены.
Один только взгляд, Марина уже знала, что костьми ляжет, но не отдаст эту девочку в детдом.
***
Да, было непросто, труднее всего пришлось с органами опеки, но по всем юридическим вопросам сильно муж Натальи, Глеб Покровский. Дал хорошего адвоката, пара звонков, а дальше дело пошло.
Девочку Марина сразу забрала с собой. Потом была целая эпопея по удочерению. Сразу остро встал вопрос с жилплощадью, но и с этим повезло. В общем, так вышло, что квартиру Марина купила в том же доме, только выше этажом. И пока там проводился ремонт, все они по-прежнему жили у Вали на съемной. Девочки были одного возраста, Даша подружилась с Валиной дочкой Ольгой.
Говорят, когда жизнь отнимает все, она обязательно дает что-то равнозначное взамен. Надо просто не пропустить свой шанс, увидеть.
Наверное, это все-таки был дар свыше. Марина не хотела даже думать об этом, чтобы не спугнуть, не сглазить. А эта девочка, она просто вошла в ее жизнь и ту пустоту, что там была, заполнила. Счастье, когда есть, для кого жить и с удвоенной энергией работать. Снова ощущать себя нужной.
Марина устроила Дашу в колледж на графический дизайн (тоже пришлось задействовать кое-какие связи, но это того стоило). Теперь они учились там вместе с Ольгой.
А еще через год обе девчонки пришли в «Ангар» на стажировку.
Практика на месяц, в самый разгар лета. Треть сотрудников была в отпусках, генеральный директор Денис Захарович тоже. «На хозяйстве» остались Марина, главбух и зам по логистике. А работа кипела, как обычно, и даже шустрее. Потому что лето, люди строятся, надо успеть.
На тех участках, что были рядом с «Ангаром», поднимались коттеджи и таунхаусы. Теперь это были не какие-то задворки промзоны, а вполне цивильный поселок, даже какие-то зачатки благоустройства просматривались. Их «Ангар» тоже разросся, они даже пристроили отдельный выставочный павильон, в котором демонстрировались образцы продукции и для наглядности макеты жилых блоков с внешней и внутренней отделкой.
Как раз в этот павильон Марина и посадила двух своих практиканток. Только разместила девочек и уже выходила, навстречу ей попался Самохин.
- Марина Сергеевна, а я вас ищу.
В последнее время Самохин ее навещал даже чаще, чем обычно. И все бы ничего, но зайдя на минутку, кофе с ней попить, он обычно засиживался. Это отвлекало от работы, а послать лесом инвестора и генподрядчика как-то не выходило.
Марина улыбнулась:
- Здравствуйте, Владислав Всеволодович. Кофе?
И показала жестом в сторону главного корпуса. Однако мужчина остановился и, склонив голову набок, проговорил:
- А знаете, я ведь дом почти закончил. Интерьерами, вот, занят, думаю, дизайнера пригласить. Глянете, Марина Сергеевна? Может, по отделке подскажете что-то?
Вообще, это был хороший шанс, у нее даже мелькнула мысль подключить к этому девчонок, им как раз и практика, наработка клиентской базы. Но решила сначала сама посмотреть, что там.
- Да, конечно, — кивнула. - Владислав Всеволодович. С удовольствием.
Он оглядел ее как-то странно и произнес, чуть понизив голос:
- Вот и отлично, марина Сергеевна. Там и кофе выпьем.
Что-то такое на грани сознания мелькнуло, но она не придала этому значения.
***
Дом у Самохина был велик и с претензией на архитектуру. Она бы даже сказала, что ей понравился коттедж. И да, почти достроен, оставалась внутреннюю отделку добить, плитку во дворе положить и так еще по мелочи. И засадить участок деревьями. Кое-какие растения уже стояли в кадках, что-то было сложено во дворе.
- Ну? Как вам, Марина Сергеевна? – спросил Самохин.
Марина еще раз огляделась и сказала:
- Красиво. Все хотела у вас спросить. Почему здесь, а не в каком-нибудь престижном районе? Вы с вашими возможностями могли бы…
Мужчина не без гордости усмехнулся и жестом показал внутрь:
- Зайдем. Я вам покажу кухню.
И пока они поднимались на крыльцо и шли по огромному пустому дому, объяснил:
- В престижном районе земля стоит неоправданно дорого. А здесь… Вы же видите, как быстро все расстраивается? Какие-то несколько лет, и это будет новый элитный поселок. И тогда собственность тут будет стоить не в разы, а на порядок дороже. Это просто выгодное вложение, Марина Сергеевна.
- Вот как… — она на время и забыла, что он прежде всего крупный делец.
А он внезапно повернулся к ней, оказавшись вдруг слишком близко, и негромко проговорил:
- Будь я на месте Зарубина, я бы с тобой никогда не развелся.
Ее аж в краску бросило. А он отошел к одиноко стоявшему столу у стены и включил кофе-машину. В доме, кроме них, никого, ситуация сразу стала щекотливой. Но вот он вернулся с двумя чашками кофе и одну протянул ей.