Хищный. Наглый. Холостой (СИ)

— Это не просьба, Катя.
«Золотой мальчик» ни капли не изменился со времен универа. Все так же бесится, когда кто-то ставит под сомнение его власть над другими. Раньше этим «кто-то» была я. И сейчас буду.
— Я приду посмотреть на большую дружную команду, Баринов.
Я не скрывала иронии. Первый шок прошел, а вместе с ним и взрыв эмоций. Сейчас мир уже не рушится вокруг меня. Я слишком много себя вложила в эту компанию, чтобы сдаться. Баринов еще не понял, куда он попал. Этот гад здесь долго не задержится.
Я почувствовала необычную легкость внутри, словно вернулась на несколько лет назад, когда на парах по стратегическому менеджменту оставляла с носом надменного гаденыша.
Добро пожаловать в ад, Савва!
— Я люблю, когда ты улыбаешься. — Баринов выдернул меня из приятных мыслей.
— Просто ты не знаешь, чему я улыбаюсь! — Я даже прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Он не протянет здесь и двух месяцев! — Где у тебя встреча с Козловым?
— В главной переговорной.
— Кабинетом, значит, пока не обзавелся?
Моя мелкая шпилька не осталась без внимания.
— Подойди сюда! — Слова прозвучали властно, даже грубо. Я возмутилась.
— Ты еще скажи «к ноге»! — И не сдвинулась с места.
— С будущим мужем так же разговариваешь? — Савва взял в руку недопитую бутылку воды и шагнул ко мне.
— Будущего мужа я люблю, поэтому нет. Так я вообще ни с кем не разговариваю, кроме тебя, Баринов. Ты один пробуждаешь во мне худшие качества. Я перестаю быть собой, когда ты рядом. Ты что делаешь?
Я удивленно смотрела, как Савва, вытащив из кармана чистый платок, смачивает его водой. А потом, подойдя вплотную, очень аккуратно коснулся тканью моей щеки.
— Не хочу, чтобы ты вышла отсюда грустной пандой, хотя это было забавно.
Я шумно вздохнула — мне почему-то не хватало кислорода. И вместо того, чтобы забрать еще один платок у Баринова, я покорно стояла рядом и чувствовала его дыхание на своей щеке.
— Закрой глаза.
Я почему-то даже не возмутилась. Может, потому, что это Баринов, я никогда не интересовала его как женщина, поэтому и чувствую себя совершенно безопасно наедине с ним? И тут же я непроизвольно дернулась, заставив Савву замереть, — память предательски подсунула воспоминание, которое я силой воли давно похоронила.
— Тш-ш… — Его горячее дыхание обожгло губы. — Совсем немного осталось.
Я стояла и пыталась снова спрятать в тайниках памяти то, чего не должно было быть, и то, чего Баринов совершенно точно не помнит.
— Достаточно! — Я аккуратно отстранилась от него, и очень вовремя.
Дверь «переговорки» открылась после короткого стука, и перед глазами появилась Олеся.
— Так это правда?! — Меня она не заметила, сразу вцепилась взглядом в Баринова. — Я обалдела, когда мне сказали.
Я отошла в сторону, давая подруге повиснуть на шее Баринова. Даже с каким-то садистским удовлетворением я наблюдала, как красные острые коготки впились в загорелую мужскую шею.
— Привет, Лурия! — неожиданно для меня Савва назвал Олесю по фамилии. А потом аккуратно отцепил от себя нашу роковую блондинку. Интересно, он помнит, что в универе у них был роман? Олеська вот точно помнит.
— Значит, ты теперь будешь моим боссом? — Лурия почти пела. — Баринов, это же новость года! Козлов нас совсем в животных превратил. Спасай, а?
Она снова крепко прижалась к Савве, доверчиво вскинув вверх подбородок. На всех без исключения мужчин этот нехитрый прием действовал безотказно.
— И ты здесь, значит. — Савва посмотрел на меня удивленным взглядом. — Не знал, что вы до сих пор дружите.
— Разумеется, все четверо: я, Инга, Диля и Катюха. — Олеська повела плечом и наконец заметила меня. — Кать, тебе Пашка обзвонился, ты трубку не берешь. Даже меня достал. Баринов, а ты в курсе, что они женятся? Какая любовь, а?!
Я ожидала, что он выдаст очередную саркастическую пакость в адрес нас с Кальяновым, но Савва почему-то промолчал. Он снова снял с себя руки Лурии и кивнул мне.
— Идем.
— Сначала отвечу Пашке, у меня телефон на «беззвуке» стоял… эй!
 
Баринов бесцеремонно отобрал у меня телефон в тот момент, когда на экране появилось добродушное лицо Кальянова. А потом поднес телефон к своему уху.
— Салют, Кальян! — снисходительно поздоровался с Пашкой Савва. — Ага, это я. Разговор есть. О Кате.
Олеська громко фыркнула и выразительно посмотрела на меня. В ее взгляде читалось: «Ну, Дымова, готовься!»
— Только попробуй что-нибудь ляпнуть! — злобно прошипела я Баринову. Лурию я не стеснялась: она прекрасно знала всю подоплеку моих отношений с главным бабником нашего универа.
Но Савва, как обычно, пропустил мои слова мимо ушей.
— Да, Паш, теперь в Москве, — довольно оскалившись, подтвердил гаденыш. — На днях прилетел… ага, много дел, поэтому не позвонил. Короче, я в «Элиоте» вместе с Катяней…
Я чуть было обратно не вырвала свой телефон из рук Баринова.
— Кальяныч, я заберу у тебя на вечер Дымову, — он не спрашивал, он ставил Пашку перед фактом. — Ага… нужна мне очень, без нее не справлюсь…
Он открыто издевался, но Кальянов, честный и порядочный человек, слова Баринова принимал за чистую монету. Я это видела по наглой красивой роже Саввы. Я попыталась отобрать свой мобильный, но было уже поздно.
— Я знал, что ты согласишься со мной, Паш, — лениво протянул Баринов и бессовестно подмигнул мне. — Ужин можно перенести, а совещание нет. Бывай!
Сцена в кабинете Тимура мне уже не казалась верхом моего унижения. А вот то, что Баринов сделал сейчас…
— Ты превзошел себя. — Я еле сдерживалась, чтобы не наорать на него. — Лишь бы мне нагадить! Зачем Пашку приплел? Знаешь ведь, как он к тебе относится!
Я вырвала из его рук телефон и вышла из переговорной, не дожидаясь его ответа.
Пашка, Пашка… Я никогда не понимала его восторгов по отношению к Баринову. Чуткий, добрый и очень мягкий Кальянов видел в людях только хорошее, именно он и притащил Савву в нашу компанию. Пашка боготворил Баринова и был счастлив, когда тот водил нас по самым хайповым местам — будь то новый ночной клуб или выставка Валентина Серова. Эту благоговейную привязанность к Савве я никогда не могла понять в Пашке, хотя и пыталась с ней смириться.
На телефон приходят сообщения от Дили, что встреча со «стратегами» начинается через пять минут. У меня едва хватает времени, чтобы забежать в туалет и посмотреть на себя в зеркало.
Ну надо же — ни пятнышка на лице. Да, больше нет идеального мейка, как утром, но ничего не размазано, никаких припухших красных глаз. Я стянула резинку с волос и провела по ним пальцами. Получился немного взъерошенный, но боевой вид. Вот так лучше. Я улыбнулась своему отражению и отправилась на поле брани.
Я нисколько не сомневалась, что Леха Козлов продемонстрирует Баринову всю палитру своего на редкость сволочного характера, поэтому дверь главной переговорной, носящей гордое название «Колумб», я открывала в предвкушении бойни.
Баринова не было.
За большим овальным столом сидела Диля, рядом с ней Олеська, как главный специалист департамента, напротив девчонок воцарился черноглазый красавец Артур Саркисов — заместитель Козлова и тайная неразделенная любовь нашей подруги Инги.
— А… где? — Я удивленно уставилась на пустующее кресло во главе стола.
Саркисов приподнял соболиную бровь.
— Ты-то как? — вопросом на вопрос ответил Артур. Он был первым, кто поздравил меня в понедельник с предстоящим повышением, которое теперь откладывается из-за появления Баринова.
— Нормально. — Я как можно безразличнее пожала плечами. — Уходить не собираюсь, если ты об этом.
Саркисов довольно кивнул. Артур надеялся сам занять место Козлова, когда тот пойдет на повышение, но теперь и эти планы пошли под откос.
— Может, они там уже поубивали друг друга? — осторожно предположила Олеська, косясь на часы. Козлов не опаздывал никогда.
Когда за дверью раздался громкий мужской смех, мы вчетвером недоуменно переглянулись.