Очень (не) обычная история (СИ)

— Аня! — с радостным воплем, без стука влетает в комнату счастливая Алинка. — Она нашлась! Нашлась, — прыгает ко мне на кровать и на радостях начинает крепко обнимать. — И мы ни в чем не виноваты!
— Не виноваты?
— Не виноваты, — улыбается Алинка и сильнее стискивает меня в объятиях.
О, Господи! Ты услышал меня! И теперь все снова будет хорошо. Внутри появляется како-то невообразимое облегчения. Как будто все это время я тащила за собой эшелон, а сейчас бросила его. Обнявшись, мы смеемся сквозь слезы. Это слезы радости за нас. Нам больше не грозит срок. И в скором времени мы вернемся к нормальной жизни.
Девушка выпускает меня из объятий и садиться, рядом откидываясь на подушки.
— Где она была? — рукою вытираю глаза, и перевожу дыхание.
— Не поверишь, — облегченно выдыхает.
— Если бы мне это сказали еще месяц назад, то я бы точно не поверила. Сейчас меня уже ничего не удивит. Поверь.
Алина сияет, как медный таз.
— Вероника оказалась девочкой из эскорта. Представляешь?!
— Почему-то меня это не удивляет, — иронично выгибаю бровь.
— Слушай дальше, — машет рукой. — Она на время завязала со своей деятельностью. Но, осталась должна кому-то денег.
Отчаянная дама. Я бы сказала бесстрашная. Ну, или бессмертная.
— Судя по последним событиям, это было много денег, — констатирую.
— Очень. И она их не отдала. Ненормальная, — Алинка крутит пальцем у виска.
— Поэтому ее похитили? — прихожу к логичному умозаключению.
— Именно. И заставили отрабатывать долг. Знаешь, где она все это время была?
— Даже не догадываюсь, — подпираю голову рукой.
— В Эмиратах. С шейхами попку грела на золотых пляжах.
— Откуда ты все это знаешь?
— Егор Владимирович рассказал. Его люди, сегодня ее встречали в аэропорту.
— Ахренеть! — удивленно вылетает из моего рта. — Интересно, а Костя в курсе был?
— Вряд ли. Хотя, я не знаю. Но скоро узнаю. Громов сказал, чтобы я собирала свои вещи. Меня сегодня вечером отвезут обратно в деревню.
— Я очень рада за тебя, — улыбаюсь. Я действительно очень рада за подругу. Пусть хоть у нее будет все хорошо на личном фронте.
— А ты от чего такая интересная? — отстраняется она и хитро сощуривает свои глазки.
— Мне вот письмо пришло, — разворачиваю ноутбук к ней монитором, и девушка пробегает глазами по строчкам.
— Здорово! Ань, это такой шанс в жизни… Просто Джек Пот. Поздравляю!
— Спасибо. Но, пока не с чем. Я еще не решила, полечу ли туда.
В мне червоточит сомнение. Я не уверенна, что уехать в Милан будет правильным решением. Конечно. Бесспорно. Данное предложение это реальный шанс на лучшую жизни. Это новая страница в жизни. Но, я, наверное, не хочу ничего менять.
— А когда обучение начинается? — интересуется подруга.
— Через неделю, — тяжело вздыхаю и ложусь на спину, складывая руки в замок на животе. — Но, там надо быть за несколько дней до начала. Чтобы поселиться и адаптироваться к новым условиям жизни.
— Жилье предоставляется? — Алинка повторяет мою позу, и мы вдвоем пялимся в потолок.
— Да, — сильно закусываю нижнюю губу.
— Так, это вообще супер! Не надо деньги на квартиру тратить. Италию увидишь, — размышляет она. — Я бы тоже хотела попутешествовать.
— Алин, — окликаю девушку.
— У-у-у?
— Если бы у тебя был выбор. Италия… или Котов. Что бы ты выбрала?
Она думает несколько секунд, а затем отвечает: — Я даже не знаю. У меня с ним ничего такого еще не было. Пока что, не было, — добавляет она и загадочно улыбается. А возможность учится в европейской стране — это хорошая возможность, которая может никогда не повториться.
— Вот и я не знаю. Что мне делать. Потому что любовь тоже может больше никогда не повториться.
При других бы обстоятельствах я прыгала до потолка от радости. А сейчас как-то не прыгается. Но Егору рассказать все-таки придется. Интересно, как он отреагирует на эту новость? Особенно учитывая наш недавний разговор.
  
20
 
Анна
Алина уехала как-то неожиданно быстро. Я толком даже не успела с ней попрощаться. Подруга только и успела впопыхах чмокнуть меня в щеку. Затем собрала свои пожитки и умчалась в очень даже известном направлении. Точнее в Нижние Петушки. А еще слезно пообещала регулярно звонить и обсуждать тупые сериальчики. Мне будет не хватать наших с ней совместных вечеров. Она вносила какую-то невесомую легкость в мою жизнь. Алинка такой человек, который всем свои нутром излучает свет. И еще тепло. Об эту девушку все время хочется погреться душой. Повезло Котову. Если он, конечно, не дурак. Надеюсь, парень сумеет не профукать свой шанс.
 
И снова в доме мы оказались только вдвоем. Я и Громов. Инь и Ян. День и ночь. И так далее… Для себя я решила, что поговорю с ним именно сегодня. Откладывать этот разговор в долгий ящик нет совершенно никакого смысла.
Несколько минут я стояла под дверью и нервно загибала пальцы. Сложно. Зная Громова и его взрывной характер, очень сложно подобрать правильные слова. Я не хочу, чтобы он бесновался из-за этой новости. Не хочу до конца испортить и так уже испорченные отношения.
Вдох. Выдох. Короткий стук в дверь.
— Заходи, — раздается по ту сторону двери.
Аккуратно открываю дверь. Заглядываю внутрь. Громов сидит напротив камина, вытянув ноги и скрестив их перед огнем. Он что-то смотрит в своем телефоне, катая пальцем по экрану.
— Егор, — тихо зову его. — Мне с тобой поговорить надо, — подхожу ближе и становлюсь напротив.
— Садись, — не поднимая глаз и не отрываясь от гаджета, он указывает на пустующее кресло. — В ногах правды нет, — мужчина выглядит спокойным. Относительно спокойным. Что не скажешь обо мне. От волнения мои коленки начинают дрожать, а в горле появляется ком, мешающий нормально глотать.
— Егор, тут такое дело… — смотрю на огонь. — В общем… — перевожу взгляд громко тикающие старинные на часы. — Ну, короче, есть возможность пожить и поучиться в другой стране, — выдыхаю. Фух! Сказала.
Громов наконец-то отрывается от своего телефона и медленно фокусирует на мне свой взгляд.
— И что же это за возможность такая? — он откладывает телефон в сторону и складывает руки на груди. Будто бы готовиться к моему длительному монологу.
Взяв себя в руки, я вкратце рассказываю ему о конкурсе. О том, что меня выбрали в качестве второго победителя. Это выглядит странно, но Громов не выражает абсолютно никаких эмоций. Совсем никаких. Ни тебе радости. Ни удивления. Даже разочарование отсутствует в его глазах.
— И каковы твои мысли по этому поводу? — кивает.
— Я не знаю. Меня терзают сомнения, — отвечаю честно, как на духу и обнимаю себя за плечи. Как же хреново. Капец. — Не знаю, как будет для меня правильно.
Молчание. Думает. Наверное, тоже подбирает правильные слова.
— Ань, — внимательно смотрит на меня, — мне кажется это хорошее предложение и тебе воспользоваться им.
Все? Так легко? Он, правда, так просто меня отпускает? Я думала, он разозлится. Скажет, что никуда меня не отпустит одну. Или вообще из дома меня не выпустит. Неужели… Неужели ему настолько все равно? Я поднимаю на него глаза и понимаю, что в душе совершенно не хочу с ним прощаться.
— А как же мы? — от волнения мой голос дергается.
— Мы? — иронично улыбается он. — Разве есть «мы»? — резко поднимается и идет к окну. Открывает его, достает сигареты и чиркает зажигалкой. — Ань, я не хочу мусолить эту тему. Точнее не сейчас. Есть еще что-то, что ты хочешь спросить? — он глубоко затягивается, а затем выпускает облако серого дыма.
Он вроде бы как прав. Я все это время отталкивала его сама. И по ходу оттолкнула окончательно. Доигралась, Крылова? А все твой долбаный, упертый характер.
— Да, — неуверенно киваю. Внутри что-то больно щемит, но мне очень не хочется от него уходить. Блин. Ну, почему все так? Почему мы, просто, не можем вернуться в ту точку, с которой все началось?