Очень (не) обычная история (СИ)

— Аня, — прохрипел он. — Я со всей силы стараюсь держать себя в руках. А ты бессовестно нарываешься.
— Так, может я хочу нарваться, — я приподнимаюсь на локтях, чтобы иметь возможность посмотреть ему в глаза.
Я знаю этот взгляд. Я понимаю, что он значит.
— У тебя кто-нибудь уже был? — в его глазах я вижу бездну желания.
— Да, — отвечаю практически шепотом, потому что нахально, некрасиво вру.
Во рту резко пересыхает. Между нами идет немой диалог взглядами.
Сильные руки мужчины обвивают меня и вжимают в крепкое тело. Он говорит, как сильно хочет меня. Я чувствую, теплую руку Громова под футболкой. Мужчина тянет в низ мой лиф, несдержанно сжимает ладонью грудь и хрипит прямо в шею: ты же понимаешь, что меня уже не остановить? Все, на что меня хватает, так это всего лишь кивнуть. Другой рукой он углубляется между моих ног. Я резко втягиваю воздух, ощущая, как пылающим жгутом стягивает низ моего живота. Моя футболка скользит по рукам вверх. Затем Егор растягивает шорты и касается своими теплыми пальцами того самого интимного места. Колени ослабевают. Вместо некой скованности я чувствую возбуждение.
Это одновременно так странно… и так страшно.
Он не очень-то церемонится. Это не совсем похоже на то, что я видела в своих фантазиях.
Дофантазировалась, блин!
— Я надеюсь, мы не будем об этом жалеть! — хрипит мне в губы и нагло разводит их языком.
Пьянея от взрослого поцелуя и вкуса мужчины, я вылетаю из реальности, словно пробка из бутылки шампанского.
Выпуская меня из своих рук, Егор выпрямился и не разрывая зрительного контакта, начал раздеваться. А мне от стыда захотелось, наоборот, одеться. Я скользнула взглядом вниз по крепкому рельефному торсу, когда одним рывком мужчина стянул с себя футболку. Задержала взгляд на его шрамах в районе ребер. Затем он снял штаны.
Ой мамочки! Я растеряно посмотрела туда, куда смотреть совсем не стоило. Страшно представить, что он мне ЭТИМ сейчас сделает.
Надо бы вести себя более уверенно. Я же вроде как опытная. Надо придерживаться легенды.
Сглатываю и отвожу взгляд в сторону. Надо бы, наверное, снять лиф. Я приподнимаю спину и завожу руку назад, пытаясь не смотреть на то, как Громов снимает с себя остатки одежды.
Чертова застежка! Я неуклюже дергаю замок, который никак не хочет расщелкиваться.
За своими жалкими телодвижениями, я совсем не замечаю, как Егор оказывается прямо надо мной. Глаза в глаза. Я вижу в них неконтролируемое возбуждение. Напряженно глядя сверху, мужчина просовывает под меня руку и одним движением расстёгивает бюстгальтер.
Опытный.
— Егор, подожди… — я начинаю нести какую-то околесицу. Я хотела спросить…
Мужчина видимо не слышит меня, потому как поддевает руками трусики и легко стягивает их вниз. Он разводит мои ноги и укладывается между них.
— Егор, кто та женщина? — я опираюсь руками в его плечи, в попытке оттолкнуть.
— Нашла время, — переводя дыхание он упирается лбом в мой висок. — Какая женщина? — спрашивает тяжело дышала.
— Та, которая была в погребе? В положении, — часто моргая смотрю в потолок.
— Серьёзно? Ты именно сейчас решила об этом поговорить? — прикусывает меня за мочку уха.
— Да, — выдыхаю куда-то в плечо.
— Это жена моего друга. Все? Я удовлетворил твое любопытство? — я чувствую, как твердый, горячий член вжимается в мою промежность.
Ужас! Вот дура! Я сейчас наверное пятнами пойду от стыда.
Егор сминает мои губы и шире разводит ноги в стороны. Все происходит как-то очень быстро.
Но я же, вроде как готова к этому? Да? Или нет…
От стеснения, которое сковывает мое тело я пытаюсь прикрыться руками. Но мужчина нагло убирает их. Он гладит мою грудь, а затем захватывает ртом сосок. Я судорожно вдыхаю от новых ощущений. Это очень приятное ощущение, но и с тем же немного болезненное, от жадности его движений. Его пальцы скользят вниз, прямо у меня между ног. От чего я непроизвольно сжимаюсь, потому как чувствую дискомфорт от вторжения.
— Млять… — вдруг ругнулся Громов, посмотрев вниз. — Ты ничего не хочешь мне сказать?
 
Он напряженно смотрит мне в глаза. А я в ответ растерянно хлопаю ресницами.
— Нет, — осторожно тяну я, отрицательно мотнув головой.
Понимая, что сейчас из-за меня все закончится, так и не начавшись.
— Аня, — рычит Громов, — я когда-нибудь возьму мыло и вымою тебе рот. Может ты хоть тогда перестанешь врать.
Поджимая губы он отползает вниз и заставляет меня еще шире развести бедра. И прежде, чем я успеваю среагировать, впивается губами в то самое интимное место, о котором мне сейчас стыдно даже думать!
Мои глаза, наверное, сейчас похожи на два блюдца. От шока я хватаю ртом воздух словно рыбка, попавшая на сушу. Напрягшись, я ерзаю по дивану в попытках отползти.
— Не дергайся! — сурово говорит, притягивая меня назад. — Расслабься. Я буду нежно.
Я на мгновенье застываю, но послушно прикрываю глаза в попытке расслабиться. Мой жалобный стон был больше похож на скулеж. Как же это… неприлично и дико! Горячий мужской язык бесстыдно лизал половые губы. Задевал клитор. Провоцировал дрожь в теле. Низ моего живота все больше наполняется тяжестью. Жар распространяется по моему телу. И как я не пытаюсь сажаться, все равно начинаю постанывать от этого всплеска внутри меня. Возбуждение как будто лишает рассудка.
В тот момент, когда мне кажется, что еще чуть-чуть и я дойду до какого-то пика. Все вдруг прекращается.
Громов снова придавливает меня своим тяжёлым телом. Я пытаю отползти, но Егор начинает что-то пошлое нашептывать мне на ухо и целовать кожу под ним. Это раскрепощает. И почти не пугаюсь, когда между ног упирается нечто большое и твердое. Резкое вторжение выбивает из меня вскрик. Жгучая боль парализует. Я с трудом перевожу дыхание. Новый толчок. Внутри все стягивает. Но я пытаюсь сдерживаться, от рвущихся наружу слез.
Как же это больно! Мамочки…
Егор продолжает крепко держать меня. Он покрывает поцелуями мое лицо, в тот самый момент, когда мокрые дорожки слез ползут по вискам. В какой-то момент он замирает глубоко во мне, а после начинает вонзаться в мое тело рывками.
Мне казалось, что я не выдержу эту пытку. Еще немного и попрошу его все это прекратить. Но боль с каждым новым движением непонятным образом исчезала, а вместо нее внутри появлялась что-то совершенно новое. В тот миг, когда я сконцентрировалась на этом ином чувстве, Егор вдруг освободил меня от себя и свои твердым членом, вжался мне в живот. Вязкая, теплая жидкость брызнула мне на кожу
Холодок пробежал по моему обнаженному телу. Пока я приходила в себя прислушиваясь к ноющей боли внизу живота, Громов лениво поднялся с дивана и достал из кармана штанов свой вибрирующий телефон.
— Да, — нехотя ответил он.
В динамике тут же затараторил знакомый женский голос, который Егор нагло перебил: нет. Я не приеду. Лера, я занят. Позвони Олегу. Эту проблему можно решить без меня. Он подошел к журнальному столику и небрежно бросил на него телефон. А я старательно уводила глаза от самой интимной части мужского тела. И даже перестала дышать, когда мужчина снова склонился надо мной. Не прилагая особых усилий, он поднял меня на руки, будто бы я совершенно ничего не вешу. Смущаясь, я неловка обняла его вокруг крепкой шеи.
— Егор, скажи, а так больно будет всегда? — я беру в руки мужской гель для душа три в одном, щедро наливаю его в ладонь и наношу на волосы.
В тот момент, когда я начинаю намыливать голову, Громов разворачивает меня к себе спиной и мыльной мочалкой ведет вниз по позвоночнику.
— Нет, — мужчина касается моих бедер и уверенно скользит рукой между ними. От этого властного движения мои мышцы сокращаются спазмом и хочется посильнее зажать ноги. Егор держит меня одной рукой за плечо, а второй продолжает свою пытку. Подставляю голову под струю теплой воды и с силой зажмуриваюсь, чтобы щипающая пена не попала в глаза.
— А зачем люди занимаются этим? — вжимаюсь ладонями в стеклянную стенку душевой кабины. Вместо мочалки Егор начинает тереться об меня своим телом. Это чертовски приятно. Никогда бы раньше не подумала, что можно получить удовольствие от мытья вдвоем в одном душе.