Настя 2 (СИ)
Разложив ужин на небольшом столике в подсобном помещении строения, Ведьма, жестом указала на него Малому. Ну конечно этот знак безмолвного общения ты усвоил на пять балов пронеслось в голове у женщины, с теплотой, наблюдавшей с каким аппетитом молодой человек сметает приготовленный ей ужин. Учить премудростям новой жизни в Улье, Ведьма любила, мало того, ей это нравилось. Нет, не было никакого самовозвышения за счет неопытных рейдеров. Тут дело в другом, в растекающемся по душе самоудовлетворении от вида своих трудов, когда наученные ею свежаки не только выживают как звери на кластерах, а чувствуют себя там вольно. Переведя взгляд с разбитого окошка во всю сквозившего сырой прохладой во внутрь на спящего Малого, по-детски свернувшегося калачиком во сне. Ведьма улыбнулась, вспоминая начало их пути. Тогда юноша все больше дулся и откровенно боялся ее, ломясь за ней через кластер как лось по кустам. Изменился, что сказать, сегодня все правильно делал, шаг с пятки на носок, углы в помощь, насторожен и пружинист, готовый в любую секунду отпрыгнуть или стартануть. Ее уроки не прошли даром и видеть это самолично, лучшая награда за свой терпеливый труд учителя.
На следующий день она услышала пролетающий беспилотник и вопреки привычным действиям, оставив Малого в укрытии, развернув приготовленный ею белый флаг, чувствуя, как молотом бьется сердце от волнения, встала на поляне. Сделав над ней круг и показав тем самым что она рассмотрена, патрульный летательный аппарат скрылся в направлении базы.
— И вот хер их пойми, что теперь. Толи стой где стоишь, толи по улыбались друг другу и можно двигаться в гости на чай. Как думаешь Малой?
Вышедший из-под густой кроны дерева молодой человек, смущенно пожал плечами.
— Я не знаю.
— Ладно, подождем, чего ноги попросту бить может мобильную группу вышлют на наш отлов.
Группа в составе бронемашины и привычного для Улья пикапа ала террористы, прибыла через час. Расположив технику на возвышенностях их грамотно обложили и только после раздался громкий мужской голос без акцента.
— Внимание вы находитесь на контролируемой территории внешнего экспедиционного корпуса. Выходите на видное место с поднятыми руками. Оружие положить отдельно на землю.
Внешне, абсолютно спокойно двигаясь на поляну, Ведьма проговорила понуро ступающему за ней Малому.
— Ты вот что, если что пойдет не так, не обессудь.
А затем их быстро и сноровисто обыскали после чего, связали в привычную для Улья “ласточку” из которой не повоюешь. Аккуратно погрузив пленников в кузов пикапа на расстеленный пыльный войлок, лицами в низ, рыкнув двигателями группа рванула назад на базу.
Растирая колющие раскаленными иглами, наполняемые кровью после развязывания руки, Ведьма, стоя посередине просторного кабинета, смотрела на сидевшую за массивным письменным столом в кожаном кресле свою бывшую ученицу в привычном рыжем парике каре. Она сильно изменилась с последнего экзамена, устроенного ей Ведьмой на кластерах. Нет и в помине той худосочной девчонки нескладушки, сейчас перед ней сидит накрепко сбитый в тело, матерый зверь, при столкновении с которым у нее не будет и шанса выжить. Один только прожигающий до нутра взгляд ядовитой змеи чего стоит.
— Рада видеть тебя Ведьма. Да ты не стой столбом, не в плену, вон, садись, стульев хватает.
Ласково, заговорила первой Настя, приветливо улыбаясь.
— Если честно, то не удивлена. Знала, что Гвоздя не бросишь на произвол судьбы, заявишься навестить меня.
Расположившийся чуть с боку Седой, внимательно следил за севшей на стул женщиной.
— Рада, это хорошо. Значит поладим и договоримся. Тем более я крестника, вон его, привела. Ну, он не без языка, сам расскажет, как его жизнь сложилась в Мирном.
Кивнула головой в сторону Седого, Ведьма, продолжая массировать руки.
— Конечно поладим, какие между нами девочками счеты. Уж тем более я знаю, что после моего побега из Мирного твоя группа меня не гоняла как собаку по кластерам. Я так понимаю ты Гвоздя из-под ножа выкупить хочешь? Сильно ему у нас в гостях не понравилось, но твердости духа он не растерял, хамит, грозится, оскорбляет. Если бы не моя безграничная благодарность к тебе, собственноручно разодрала бы уже на части.
Говорила беспечным голосом Настя, продолжая мило улыбаться сидевшей напротив нее женщине.
— Три больших красных даю. Сразу, без торга. Больше все одно у меня нету.
Седой, внимательно следивший за происходящим разговором, уловил как дрогнула Ведьма, после сказанного матерью, привстав со стула с молчаливого согласия Насти, вклинился в разговор.
— В натуре, деньги мусор. Сегодня карман ломится от навара, а завтра в нем ветер гуляет. Нам бы в расчет что понадежней. Что бы значит память добрая осталась. Мы то, в натуре, без обмана тебе почитай душу возвращаем не коцанную.
Смотрящая на него Ведьма, непонимающе переспросила.
— Не поняла, что надо то?
— Ну так в натуре, у нас боевых баранов полные стойла. А надо из этих бекающих зверьков, сделать нормальных мужиков. На большее не претендуем, там уж Улей сам по местам все расставит, кому куда. Самим то не с руки мутить, все одно не получается все ровно разрисовать.
Ведьма надолго задумалась, периодически поглядывая на сидевшую за столом Настю и расположившегося с боку от нее Седого. Наконец, обдумав она заговорила.
— Мне же после сотрудничества с вами не отмыться и дороги назад не будет. Все одно что самой голову в петлю засунуть и табуретку из-под ног выбить.
— Ну так кумекаем, фаршмак в натуре. Вот только что бы там не базарили за нас, силком тебя никто не тянет, сама пришла. В натуре, не зашла тема, так вольному воля. Не добазарились значит.
Снова выдержав длинную паузу в разговоре, Ведьма обратилась уже к Насте.
— С Гвоздем увидеться дашь?
Настя, сцепив в замок все свои чувства, продолжая мило улыбаться, едва усидела на кресле. Эта женщина ее когда-то учила, что терпение всегда будет вознаграждено. Побеждает тот, кто умеет ждать. Дождалась, ну что Гвоздяра, ждет тебя свидание с ненаглядной. Я все помню и ничего не забываю потому как записываю.
— Конечно. Ты с нашей базы то, застенки этаких упырей не делай. У нас все по-простому, как и везде в Улье.
Едва вызванное сопровождение увело Ведьму в камеру к Гвоздю, Настя, повернувшись к Седому, довольным голосом проговорила.
— Ну Седой, ну красавчик, как на перед смотрел и меня придержал. Ты вот что еще сделай. Пока у них там в камере любовь да сладость, организуй внеплановую выемку биоматериала, их хатенка недалеко от блока по выемки. Думается мне, их все происходящие вокруг порадует, концерт для души. Как думаешь?
— В натуре, надо только доп. пост поставить и двери в больничку не закрывать, для лучшего вкуривания ситуации.
Вошедшая в камеру Ведьма, опустив плечи, устало опершись о холодный, металлический косяк входного проема спиной. Едва она разглядела повернувшегося к ней на нарах мужчину, как из глаз исчезла строгость, а взгляд наполнился теплотой, заставив глаза засиять.
— Привет.
Проговорила она улыбаясь.
— Я думал хоть ты ушла от этих тварей. Ан нет, выходит не повезло.
Проговорил сидевший на нарах мужчина так же с нежностью смотрящий на стоящую на входе Ведьму.
— Ушла. Вот только без тебя мне не живется. Назад, за тобой пришла.
Затем, отринув все, женщина бросилась к сидевшему Гвоздю. Упав на колени, она обхватила его руками и накрепко прижалась щекой к его груди чувствуя бьющееся родное сердечко.
— И как теперь быть, Ведьмочка? Ты же знаешь Суку, она уже считай по веревке на шею нам накинула. Нам ведь не отмыться никак будет, даже если и сбежим нас любой ментат на раз два на чистую воду выведет. Уходи Вера, еще есть возможность. Я знаю, она отпустит тебя. Не думай обо мне, уходи и живи.
Горячо шептал Гвоздь на ухо, прижавшейся к нему женщины, чувствуя, как на его руку капает горячая слеза Ведьмы. А за толстыми дверьми камеры, меж тем, начали разноситься душераздирающие вопли людей, из которых, на живую доставали органы для обогащения далекой корпорации. Шмыгнув носом и опустив в низ голову что бы, ее мужчина не видел бегущих ручьем слез и красного распухшего лица, Ведьма проговорила.