Его Уязвимость (СИ)

– Твою налево. Как сразу не понял?! Эту дорогу списали со всех карт, пока не починят, ну а как у нас это бывает, все, писец потом.
Двое мужчин резко вскакивают и каждый дает распоряжения своим головорезам.
Резвые. Злые. А мне что?!
Главное, сестру вытащить.
А там эти пусть хоть перегрызутся.
  
Глава 55
 
Димитрий Кац
– Марк, мне нужен вертолет.
– Я подтяну своих людей, – раздается хмурый голос Авдеева, – это не только твоя война, Кац. В моем городе какая-то крыса пошла против меня. Провернула сделку за моей спиной, и, если мы с тобой так мило бы не побеседовали и не поняли друг дуга, была бы война, где полегло бы немало народа. Мой авторитет поставлен под вопрос. И я хочу понять, кто именно за этим стоит.
Бросаю взгляд на Авдеева.
Киваю, принимая его слова.
Выхватывает телефон и дает распоряжения.
Хакер встает и смотрит исподлобья.
– Я с вами.
– Нет, пацан.
– Я не оставлю сестру. Я тебе не доверяю.
Ухмыляюсь.
– Доверяй – не доверяй, проблемы твои. Ты не едешь.
Выпячивает подбородок, смотрит из-под челки глазами молодого волчонка.
– Я не буду отсиживаться здесь.
Секунды на раздумья.
И я киваю.  Беру оружие, проверяю стволы.
Короткая заминка на распоряжения и вооружение. Вертолет взмывает.
Когда Катрин перестала быть просто целью?
В какую секунду она превратилась в нечто большее? Когда она стала моей необходимостью? Кислородом?
И почему так убегая от нее, дистанцируясь, я все же влип по самые?
Боязнь навредить.
Боязнь сломать.
Одни сплошные страхи, которые во мне гасились с самого детства.
– Плохо, Мит!
– Еще раз!
– Иван, пожалей пацана, он же малец еще совсем, у меня бывалые не справляются с дистанцией поначалу…
– Беспалый, если ты ему будешь сопли подтирать, то на твое место придет другой ментор, раз не дотягиваешь.
Сплевываю кровь и песок с потрескавшихся губ. Кровавый сгусток врезается в память. Арена сотворена из пота и крови бойцов.
Это закон Ивана Каца, которому он подчинил свою жизнь.
Выживают сильнейшие.
Отец выживал. По молодости сквозь мясорубку прошел. Зверем родился, одичал и только появление Авроры изменило что-то.
Но на меня это не распространяется.
С меня спрос иной.
– Я справлюсь, – цежу, выпрямляясь.
– И помни, сын, никаких чувств! Гаси эмоции! Есть цель и достижение. Все остальное – лишнее.
– Бегом!
Отметаю мысли. Фокусируюсь на цели.
Парнишка Елецкий оказался не просто гением.
Если бы не он…
Сейчас бы мы не гнались за машиной, в которой находится та, которая стала для меня истинной ценностью.
Как такое случилось? Когда? Как маленькая сероглазая девочка обошла всю систему защиты и выбила меня из привычного, понятного мира?
Катрин больше не цель.
Она стала смыслом.
Как это часто и бывает – осознание приходит постфактум. Стоит только потерять, как ты понимаешь, что не живешь. Дышать не можешь. Она становится твоим кислородом.
Мой ураган все же нанес самые невыносимые последствия.
Катрин сделала меня уязвимым.
– Скоро нагоним.
Подает голос Хакер, рассматривая на планшете мигающую красную точку, что переливается, пульсирует наподобие моего сердцебиения.
Действительно. Вот оно – мое сердце.
Зависаем над тачкой.
– Нагнали.  Сестра там.
– Что делать будем?
Авдеев произносит решительно:
– Я знаю эту местность. Закрытая территория. Не проехать. Если съедут в ту сторону, им придется разворачиваться. Там все закрыто. Ловушка, короче.
– Будем провоцировать, значит.
Даю пилоту отмашку снижаться. Пара виражей и машина начинает петлять, чтобы оторваться.
Авдеев вытаскивает оружие, снимает с предохранителя.
Кладу руку на ствол и заставляю убрать.
– Не палим. Можно девочку задеть. 
Обращаюсь к пилоту:
– Заходи слева, прижимай, пусть сворачивает. Сейчас.
 
Даю команду и вертолет уходит в крен, заставляя лопастями внедорожник все же свернуть.
– Да, сука! Теперь у него впереди тупик!
Рык Авдеева наполнен триумфом.
Командую пилоту:
– Спускайся и блокируй дорогу. Дальше им не уйти, придется поворачивать.
– Будет полная лажа, если решатся пойти на таран.
Вертолет приземляется.
Выходим и дислоцируемся.  Зажимаю пушку в руках. Здесь им не проехать. Врубятся в вертолет – будет взрыв.
Если выстрелю по шинам, машину может перевернуть.
Просчитываю комбинации и ни одна не устраивает. Есть человеческий фактор. Реакция водилы на стрессовую ситуацию, и я не могу просчитать ее.
Врубит ли он по тормозам или газанет.  Выкрутит ли руль или останется на прямой…
В любом случае.
Я не дам Катрин погибнуть.
Спустя минуту на всех парах в нашу сторону мчит автомобиль.
Расслабляю плечи. Целюсь. До последнего надеюсь, что водитель затормозит, но этого не происходит.
Выбора нет. Принимаю решение. Выстрел.  Водитель труп. Скрежет шин и машина переворачивается…
Сердце ударяет о ребра.
Рвусь вперед.
Открываю дверь. Готовлюсь стрелять на поражение, но все же палю по рукам и ногам похитителей, вывожу из строя конечности.
Поживут еще, поговорят о многом…
Ищу девочку. Мою малышку в салоне и не нахожу.
– Где она?!
Рявкаю, схватив окровавленного выродка за горло.
– Где?!
Затравленный взгляд и ответ сипом:
– В багажнике.
Жмурюсь и ударяю прикладом еще и еще.
– Стой. Он нужен.
Рука Андрея на предплечье.
Разворачиваюсь.
Открываю багажник и сердце в кровь.
Катрин. Моя Катрин. Такая красивая с длинными волосами, которые сейчас прикрывают лицо.
От мысли, что не успел, что девочка могла задохнуться в этом душном вонючем мешке, пальцы холодеют.
Убираю шелковые пряди с лица. Проверяю. Боюсь не ощутить ее пульс.
– Катька, – рядом крик Хакера и пацан падает на колени рядом со мной, бледнеет смертельно, руки дрожат, в глазах паника загнанного волчонка, смотрит, как моя рука лежит на тонкой шее.
– Пульс есть. Она без сознания.
Рваный выдох, спокойный голос, но внутри лава по ребрам течет.
Адовая боль.
Беру девочку на руки. Ничего не весит. Малышка. Такая слабая и такая сильная.
Хакер делает шаг в моем направлении, включаются инстинкты. Не отдам. Мое.
Бросаю взгляд исподлобья, сильнее сжимая ценную ношу.
– Ты мне задолжал ответы, Кац.
Проговаривает, глядя исподлобья.
Скоро сын Беспалова станет матерым волчарой. Видно.
– Ответы будут на все, Хакер. Но не сейчас.
Кивает и делает шаг назад. Понимает. Молодой волчонок пока, но знакомая кровь.
Несу ее в вертолет. Укладываю на сиденье.
Еще раз проверяю. Спит. Обморок перетек в глубокий сон. Реакция организма на стресс.
Звуки глухих ударов, разворачиваюсь.
– Вы ее чем накачали?!– цедит Авдеев, методично избивая одного из похитителей.
Опытный. Удары целевые.
– Ничем. Она сама вырубилась. Ее и пальцем не трогали! Приказ был везти на точку.
– Чей приказ, падла?! Кто послал?! Кто, мать твою, заказ взял в обход меня?!
– Авдеев, пощади!
– Скажи кто и побазарим.
– Муха Алятин!
– Сука!
Крик Авдеева и кулак летит в сторону неудачливого похитителя.
Мужик падает к ногам мажора.
Ловлю занесенную для удара руку.
– Они нужны живые.
Повторяю его же слова и ловлю бешеный взгляд, когда разворачивается. Губы сжаты и желваки ходят, скулы побелели.
– Это моя война, Кац. Не лезь. У меня с этим мужиком свои давние терки.
– Терки, может, и твои, но заказчик мой. 
– Заказчик?