Его Уязвимость (СИ)

Я спровоцировала его агрессивную страсть, могу сказать, что хотела всего, что он со мной вытворял.
С ним именно так. Остро. Резко. Больно настолько, что сладко.
Черт.
Встаю, прикрываясь покрывалом, и чувствую огненный взгляд, оборачиваюсь.
 – Я тебя достаточно рассмотрел, малышка, тебе нечего стыдиться и прятать.
 – Но это не отменяет моего смущения.
Приближается, касается рукой моего подбородка, заставляет столкнуться с ним взглядом и на мгновение сердце щемит от ласки большого пальца, которую ощущаю на подбородке.
Смотрит мне в глаза, не говорит ничего, а я просто опускаю лоб и упираюсь им в дорогой шелк сорочки, под которой прячется тело, выкованное из стали.
Так и стоим в тишине. И мне не нужно его слов. Я прекрасно понимаю, с кем именно имею дело, он тот, кто он есть.
Наконец, отпускает меня из своих сильных рук и не сводит с меня глаз, пока я передвигаюсь по спальне. Расторопные служащие отеля уже принесли в его номер мой собранный чемодан.
И за это я благодарна.
Изорванной Пашей тряпки в номере нет. Как и бывшего друга в моей жизни. Я ошиблась в нем и то, что он попытался взять меня в туалете, это было мерзко.
Босс успел вовремя и получил свою награду за спасение…
Одеваюсь под прицелом его взгляда. Выбираю мягкую ткань и хлопковые трусики. После всего, что было, тело излишне чувствительно и мне очень хочется уюта и тепла.
Смогу ли я когда-нибудь подпустить к себе другого мужчину?!
Этот вопрос зияет раной, ведь теперь все будут проходить под призмой магната и … проигрывать.
Вдруг ловлю отголосок странного воспоминания, обрывок разговора, слова матери:
Не напоминай мне о нем больше… 
Главное, Катьку мне уберечь, чтобы такого же не повстречала, а то у нас, у Елецких, судьба, видишь, какая…
Опять смотрю на Димитрия и отворачиваюсь.
Все хорошо. Я справлюсь. Нужно вести себя так, словно мне не больно…
Перелета я не замечаю. Все смотрю на проплывающие за окном облака, пытаюсь просто свыкнуться с мыслю, что мне нужно жить дальше.
У любой истории есть начало и конец, а моя…
Подъезжаем к особняку, когда уже начинает смеркаться.
Впереди ночь. Мне нужно немного времени наедине с собой, чтобы собраться, чтобы прийти к компромиссу и убедить себя в том, что все хорошо…
И пусть у меня в груди цунами, Катрин – так он меня называет, только это торнадо сейчас заворачивается у меня внутри.
Автомобиль останавливается у особняка босса.
Бросаю взгляд в противоположную сторону.  Мне бы переночевать в коттедже, переспать со всеми своими мыслями, чтобы к утру обзавестись гранитной маской, хоть немного скрывающей мои чувства.
Но вспоминаю, что там брат, и пересекаться сейчас с ним не хочется. Он может почувствовать перемены во мне. Я не готова к вопросам.
Не сейчас.
Мир приоткрыл свою завесу. Друзья не всегда надежны, ты веришь в то, чего и в помине нет, а в итоге пожинаешь плоды своей глупости и доверчивости.
И на контрасте. Димитрий. Жесткий. Жестокий. Но…
Именно он дал мне невероятные чувства, все же не сделав ничего против моих желаний.
Всего слишком много. Мыслей много. Я захлебываюсь в своих безответных расшатанных чувствах.
И знаю, что мне не на что надеяться. Шансов нет.
Он меня так и не поцеловал...
А поцелуй для него, как я понимаю – это больше, чем секс.
Это проявление чувств, которых у него ко мне нет...
 – Я хочу сегодня остаться в одиночестве.
Впервые подаю признаки жизни и заговариваю с Димитрием. В этот момент он открывает дверь автомобиля, но не выходит.
Бросает на меня цепкий взгляд. На руки, которые побелели от той силы, с которой их сжала, смотрит на мои колени, я их свела до боли в опухшей промежности.
Все тело как один сплошной пульсирующий нерв.
 – Нет.
Короткий ответ и он выходит из автомобиля, а я не выдерживаю, выскакиваю за боссом. Подлетаю к нему.
Спокойно, Елецкая, держи лицо! Держи лицо, черт возьми!
Не могу!
Хватаю его за рукав пиджака и тяну, наверное, охранники, заметив буйство помощницы, резко отвернулись и вообще отошли.
 
Боятся увидеть лишнее?
Или мне кажется?!
Да к лешему!
Цежу слова, поднимаю голову и смотрю в необыкновенные яркие глаза.
 – Мне нужно побыть одной… Пожалуйста.
Я же не бронебойная машина, как ты!
Кричу мысленно.
Мне страшно, что ты можешь повторить все, что делал со мной...
У меня паника. И не от того, что больно, а из-за того, что мое любящее сердце не выдержит.
Я просто свихнусь от чувств, от наслаждения и от него…
И как жить потом, когда он уедет?! Как существовать без него?!
Пауза длится и длится. Димитрий смотрит на меня и впервые в его глазах цветут чувства, но я просто не успеваю их прочитать.
Кац вышибает из меня дух.
Хватает на руки. Не дает права выбора. Несет в дом. 
Все происходит неожиданно. Безапелляционно. Хватаюсь за мужскую шею на автомате, он высокий и если я упаду…
Отговорки. Я просто всем существом тянусь к нему, обнимаю и вдыхаю его запах. Пальцы на ногах поджимаются, меня окутывает флером нашей буйной ночи и сердце пускается вскачь.
Димитрий быстрым шагом преодолевает расстояние и заходит вместе со мной в дом, ставит меня на лестницу.
Всматривается в меня. Держит. Хоть и стою наверху, все равно он гораздо выше и приходится запрокидывать голову. 
Его взгляд пылает. Я не могу понять, что именно творится между нами.
 – Не трону, малышка. Не бойся.
Димитрий сильно напряжен.
 – Иди в свою комнату. Катрин. Мне нужно закончить еще пару дел. Нельзя отвлекаться. 
 – Так не нянькайся со мной!  – шиплю и топаю в порыве злости ногой.  – Ох…
От резкого движения больно становится в интимной части женского тела, морщусь, прижимая руку к низу живота.
Да, я побывала в постели со зверем и тело напоминает о перегрузках, которым было подвергнуто.
Отслеживает мою мимику, зеленые глаза фокусируются на моей ладони.
 – Завтра с утра ты едешь в клинику.
Проговаривает сухо.
 – Я тебя не порвал. Не бойся. Тебя должен осмотреть врач.  Последствий не будет.
На мгновение хочется верить, что ко мне проявляют заботу.
Тело обдает жаром.
А потом догадка грохается на мою голову, заставив мысленно заскулить.
Он не предохранялся и последствия ему не нужны…
Петрович тоже меня усиленно к гинекологу направлял. Совпадение?! Нет.
Дура ты, Катя. Сердце пропускает удар, и я отстраняюсь от мужчины.
Быстро иду в свою комнату.
Всего лишь игрушка.
Коридор пробегаю.
Хлопок двери и я прячусь в лиловой уродливой темнице.
  – Не реви, Елецкая! Не реви!
Приказываю себе, только не помогает. Слезы все-таки текут по щекам.
Последствий не будет…
Повторяет его голос в моей голове.
Детей от меня ему не нужно.
  – Все понятно. Яснее ясного. Я знаю, что я для Димитрия никто.
Только мне становится то жарко, то нестерпимо холодно.
Смотрю на ужасного цвета комнату широко распахнутыми глазами.
Меня давят чувства.
Я полюбила Димитрия. Я жаждала ему отдаться. Я сама хотела его. Но я не думала, что это будет так мучительно больно.
Понимать, что ты для него ничего не значишь.
Просто секс.
Трогаю ладонью губы.
Вспоминаю, как он смотрел, как крепкая рука прикрыла мои уста.
В его постели, терзаемая его острыми ласками и горящая в омуте его изумрудных глаз, на какой-то миг я понадеялась, что он сорвется и...  поцелует…
Мне почему-то казалось, что между нами происходит нечто большее, чем просто секс…
Поцелуй для Каца, видимо, допуск к сердцу, а есть ли оно вообще у магната?!
Тереблю пальцами мамины часики, мой оберег и напоминание:
Судьба такая у нас, у Елецких…
Да, мамочка, судьба у нас такая – сердце свое не тем мужчинам отдавать...