Его Уязвимость (СИ)

Реву, размазывая слезы, дрожащие руки сцепляют рваную материю на груди.
Все внутри клокочет от ненависти.
Немного успокаиваюсь, когда останавливаемся у гостиницы. 
Дверь открывают и мне помогают выйти, крепко зафиксировав локоть. Место многолюдное и я могу поднять крик, звать прессу, бодаться, но стресс прошел, наступил откат.
Взгляд в сторону хладнокровного телохранителя и понимание, что как бы я ни орала, меня никто не спасет.
Димитрий Кац – магнат, бизнесмен, олигарх, а я так, бедная девочка из провинции, сирота, которая стала его прихотью.
Лифт, коридор, дверь. Хлопок за спиной. Щелчок дает понять, что отсюда не выбраться. Меня заперли.
Внимательно рассматриваю пространство на наличие женских штучек, все жду, что выйдет та самая Мисс Вселенная, но ни девицы, ни хоть намека на ее пребывание в номере я не нахожу.
Все стерильно. Разве что ноутбук открыт и документы валяются на диване так, как если бы Димитрий их резко отбросил.
Я изучила педантичного биг босса и… чутье подсказывает, что он работал, когда что-то заставило его откинуть листы и не закрыть ноут.
Выходит, Димитрий был занят, когда ему доложили о моем бегстве?
Он быстро приехал...
А что, если девица была очередным презентом, который магнат отклонил?!
Нет. Сама себя обманываю. Я видела все своими глазами!
Чертовы мысли. Голова болит. Я обхожу весь пентхаус в поисках чужого секса, но все чисто. Нигде ни намека на то, что разорвало мне сегодня сердце.
Ожидание еще страшнее, чем сам приговор.   
С каждой секундой становится все более не по себе. Меня бьет озноб, на коже испарина.
В какой-то момент, хоть и знаю, что заперта, я все равно бросаюсь к двери и начинаю дергать ручку, тщетно.
Смеюсь и смех кажется каркающим, хриплым. Слишком слаба, а эта дверь добротная и вышибала из меня совсем никакой...
Выдыхаю и разворачиваюсь. Упираю взгляд в панорамное окно с видом на Москва-Сити. Глубокая ночь, но огни города не гаснут.
Столица не спит.
На негнущихся ногах подхожу к холодному стеклу и прикладываю ладони. Там вдали беснуется город, ажиотаж улиц и суета.
А я стою здесь. Одна и мне страшно.
Сегодня я спровоцировала хищника.
Поддалась эмоциям, не удержала жалящих слов, не усмирила свой буйный нрав, но где-то внутри я знала, что права. В каждом своем слове. В каждой мысли.
Я потерялась во времени, наблюдая за огнями города, в котором, если перефразировать классика, идет вечный праздник.
Только вот я на этом празднике жизни чужая и меня явно никто не звал.
Долго стою, по ощущениям целую вечность, впитывая в себя мерцание огней.
Пробившаяся в темноту комнаты слабая полоска света дает понять, что мое одиночество нарушено.
Беззвучные шаги за спиной. И я буквально осязаю, как крупный высокий мужчина останавливается, нависая.
Мне не нужно оборачиваться, чтобы увидеть кто это. Только по тому, как все мельчайшие волоски на коже встали дыбом, я понимаю, что мой босс почтил меня своим присутствием.
Не поворачиваюсь к нему. Я трушу, боюсь встретиться с его темным взглядом. Пальцы сильнее приникают к холодной стеклянной поверхности. Мною ведет желание слиться с этой незримой преградой, или вообще проскальзывает мысль, что лучше бы она разломалась и я бы упала.
Пусть так, если это единственный способ увеличивать расстояние между мной и этим мужчиной.
С каждым мгновением меня все больше окутывает благородный аромат парфюма Димитрия вперемешку с его специфическим тяжелым металлическим запахом.
Я вглядываюсь в огни Москвы до рези в глазах, но уже в мой следующий вдох мои ладони резким движением оторвали от стекла и крутанули мое замершее тело, заставив посмотреть на Каца. 
Блики света мерцают на отстраненном бесчеловечном лице, отражаются холодным блеском в зеленых лезвиях глаз.
Красивый. Завораживающий блондин смотрит на меня. Глаза в глаза. Не отрываясь.
– Повтори, маленькая мышка, что именно ты мне кричала.
Ровный голос, пугающий взгляд и на дне... на самом дне холодных нефритов приказ взять свои слова обратно, принести свои извинения.
 
Я клоп, которого могут прихлопнуть одним пальцем, и именно подобное холодное пренебрежение заставляет меня сомкнуть губы посильнее и не отвести взгляд.
– Я. Сказала. Я тебя ненавижу. Больше того. Ты мне противен. И то, что ты пригласил в свой номер “профессионалку”… Зачем я тебе?!
Широкие брови сходятся на переносице, хмурится.
– А знаешь что, мистер Кац?! Зря ты меня спас! Лучше лечь под первого встречного, чтобы лишил этой проклятой девственности! Ненавижу тебя!
Что-то страшное вспыхивает на дне изумрудов. Сильные пальцы сжимают мои руки подобно металлическим тискам.
– Я снимаю напряжение либо ломая врагов, либо сексом. Ни первого, ни второго сегодня у меня не было.
Эти слова. Они вызывают во мне что-то странное, с одной стороны, я понимаю, что Димитрий ни с кем не развлекался, мое сердце ликует, но затем он добивает меня жестким:
– Хочешь лечь под первого встречного? Значит, им буду я.
Отпускает мои руки и совершает ошибку. Бью магната со всей силы. Наотмашь, вижу, как звереет, как вены на шее вздуваются.
Бойцы привыкли давать сдачи. Там рефлекс.
Кац едва уловимо кивает, словно принимает решение.
Спокойно снимает свой галстук, отбрасывает в сторону, принимается вынимать запонки и расстёгивает сорочку.
Медленно. Глядя мне в глаза.
Он красив. Падший ангел, демон из глубин преисподней. Он зверь. То, как он избил Пашу в уборной. Даже не избил. Пара коротких прицельных ударов и все.
При этом он просто показал парню, чего делать не стоило.
Не стоило распускать руки и трогать то, что принадлежит боссу.
Я его вывела из себя своим неповиновением, а Павел просто оказался не тем и не с той девушкой…
Вздрагиваю, когда он отбрасывает сорочку, демонстрируя сухой поджарый торс с прорисованными скульптурными мышцами, с кубиками пресса, лесенкой спускающимися к прикрытому брюками паху.
Сглатываю, когда расстёгивает пряжку ремня. Избавляется от брюк, а я просто замираю, разглядывая полностью обнаженного мужчину.
Два метра в росте.
Красив.
Как же красив мой будущий первый мужчина. Ровно так же, как и жесток.
Чувствует, как учащается мое дыхание, а я глаз не могу отвести от пепельного блондина с ярчайшими зелеными глазами, в которых прямо сейчас беснуется ад.
Рассматриваю его и у меня подгибаются колени.
Глубокий вдох.
Взгляд.
Падение на самое дно безумства.
Я срываюсь с места и хочу вырваться из того ужаса, в который влетаю ровно так же, как врезаюсь в литой торс мужчины. Звук резко спускающейся змейки на моей спине.
Мой босс цепляет мое платье за бретельки, проводит руками по плечам, и оно падает на пол.
Хочу прикрыться, ловит мои руки и смотрит мне в душу, в глаза, заставляет терять себя.
Пара движений и я уже без бюстье, а крепкие пальцы играют с моим телом, ласкают.
Я не могу сопротивляться. Что-то странное творится. Сильный хищник наказывает, но… нет грубости, только ловкие и знающие пальцы.
В шоке распахиваю глаза и выдыхаю со свистом.
Слишком нагло, резко, остро.
Не дает подготовиться к такому. Сразу обрушивает в самую бездну прикосновений.
– Я тебя ненавижу.
Шепчу охрипшим голосом и враз пересохшими губами, чувствую, как гортань сжимается от спазма, лишая возможности говорить.
– Твое тело кричит об обратном.
Не отодрать, не отцепить.
Все тело как оголенный нерв в его руках. И он прав. С первой секунды я пропала, когда увидела его. Глупая дурочка.
Сознание почти ускользает. Хочется плакать от избытка противоречивых и таких порочных чувств.
– Ты даже не представляешь, как я голоден, малышка, и лучше бы ты была права. Лучше бы я принял комплимент от отеля и снял напряжение… Для тебя лучше.