Его Уязвимость (СИ)

Очень глубокий, не вяжущийся с образом блеклой и незаметной тени биг босса.
Кац подле себя чаще всего держит именно Марка. Этот незаметный мужчина с отрешенным лицом киборга, по моему мнению, не просто переводчик.
Но что мне до этого.
Ничем, в принципе, особого расположения магнат никому не выказывает.
Опускаю взгляд и разглядываю собственные руки, отмечая скол на ногте указательного пальца.
Неидеальная помощница идеального босса.
Отмашка от Димитрия получена, а засиживаться я сегодня не собираюсь. И так нервы танцуют ламбаду.
Домой еду одна.
Странно, но резиденцию Каца даже в мыслях я стала называть домом…
Пока сижу в автомобиле, смотрю за тем, как мелькает за окном привычный пейзаж.
Мысли давят на виски и хочется немного отключиться, беру телефон, набираю Ленку. Веселая, безалаберная, ветреная.
Легко живет, легко сходится и расходится. Иногда мне тоже хочется жить так просто, не заморачиваясь.
Сейчас мне нужен глоток свежего воздуха, как никогда. Общение.
Пара гудков и без приветствий сразу в лоб получаю тапкой:
– Ну как там на верхних этажах живется? Еще не зазналась? Короной, как Романова, не обзавелась?
Звонкий голос Лены, как всегда, веселый и радостный. В миг на губах расцветает улыбка.
– Нормально все, босс заставляет впахивать и грузит делами.
– Эх, Елецкая, везет же некоторым, я бы на него повпахивала, причем с особой активностью да во всех позах!
– Уймись, женщина! – прыскаю, и бросаю осторожный взгляд на водителя.
 – Я-то давно женщина, а ты-то… Держишься за свою непорочность, как за флаг, ей-богу…
 – Лена!
Смех подруги в трубке оглушает.
– Значит, не перепихнулась еще…  Не отвечай, я по твоему напряженному голосу просекаю, что нифига ты этого самца не оседлала, такие возможности, да в дырявые руки… Вот скажи мне, чего я этот английский вечно прогуливала, сейчас бы ног собрать не могла, скакала бы резвой кобылкой, жеребца объезжала…
– Вопрос не ко мне.
Отвечаю совсем не обижаясь. У Лены умение говорить пошлости прямо в лоб. Не за спиной, а в глаза. Правда, часто она ляпает не думая, как сейчас.  
 – Елецкая, хоть подсуетись, ты же такого мужика постоянно сопровождаешь, говорят, вообще с шефом живешь.
– Я не с ним живу, а в особняке, работать заставляет двадцать четыре часа без выходных, но хоть платит нормально.
– Так работай. В двойную смену. Нет, в тройную! Давай уже. Двигай к нему в спальню. Ошибись дверью. Войди в душевую, когда он там! Немцы вообще крутое кино снимают. Посмотри, поучись.
–  Ты ведь понимаешь, что бред несешь, дурында, не могу я так… даже с безобидным Пашкой дальше поцелуя не зашла, а ты мне…
Выдыхает тяжко. Прямо вижу, как глаза закатывает, прикусывая губу.
Красивая она, мужчин привлекает, легка в общении. Мне такого позитива в жизни не хватает. Может, и права, что проще на вещи смотрит, но я как-то резко начала проблемы решать, а они все только растут.
– Такие возможности пропускаешь, Катька, во дура… 
Продолжаю разглядывать дорогу за тонированным окном дорогого внедорожника, грусть накатывает, и я вздыхаю обреченно:
– Босс меня к мэру с собой взять решил, чтобы переводила. Высшее общество открывает двери…
– Твою мать, Елецкая! С этого нужно было начинать! Ты решила, что наденешь?!
– Не кричи так! Оглохну.
– Да ладно! Визжать ты должна, а тебя послушать, так на похороны собираешься.
– Лен, не знаю я, не по себе мне, да и надеть мне нечего и…
– Давай вместе по магазинам прошвырнемся, если прислушаешься, я из тебя конфетку сделаю!
– Хорошо, Лен, тогда я напишу.
– Жду!
Отключаю телефон и задумываюсь опять.
Став личной помощницей Каца, я как-то резко ощутила, что стала чужой для тех, с кем раньше дружила. Меня стали избегать, словно я прокаженная.
Девочки из бухгалтерии продолжают общаться, конечно, но словно ждут подвоха или думают, когда же я выкину чего, превратившись в язвительную стерву, которая будет плевать со своей башенки вниз.
Чувствовать на себе странные взгляды не самое лучшее, конечно. Кто-то ждет интриг, кто-то жаждет моей ошибки, а я все та же девчонка из закутка в бухгалтерии.
 
Все та же и, может, поэтому на лице Романовой сегодня читался вопрос, который словно был отпечатан в ее кошачьих глазах:
Почему она?!
Действительно, почему же именно я?!
Не знаю, что ответить на подобный вопрос даже самой себе.
Я не знаю, почему босс остановил свой выбор на мне.
И не знаю, зачем изначально Димитрий так сильно давил на меня, а сейчас отпустил, словно намеренно избегая.
Показал свою огненную натуру и закрыл эту сторону своей жизни, обозначив мои рамки.
Он меняется, играет на контрасте и все это может длиться минуты. Непредсказуемый. Поэтому и в бизнесе его страшатся. От него не знаешь, чего ждать.
За мыслями не замечаю, как доезжаю до особняка.
– Добрый вечер, мисс Елецкая. Ужин подан.
– Здравствуйте, Седрик, как прошел ваш день?
– Благодарю, мисс.
Тактично отвечает мужчина, ретируясь. Седрик ведет себя со мной так, словно я королевских кровей. Уважительно. Почтительно и с дистанцией.
Разговора по душам у нас с мажордомом не получится. Все в строгих рамках этикета и, когда сажусь за пустующий стол, что-то в душе ломается и скулит.
Я привязываюсь к Димитрию. Он явно имеет задатки психолога, потому что своим поведением заставляет меня подсаживаться на те эмоции, которые рождаются во мне рядом с этим сложным мужчиной.
И все это припорошено горьким словом “временная помощница”.
Так и не притронувшись к еде, иду в свою комнату.
Казалось бы, столько впечатлений, и выбор, который я сегодня совершила, вымотал и я должна вырубиться под гнетом происходящего, но…
Я, дуреха, до глубокой ночи все прислушиваюсь к особняку, желая понять, когда до меня донесется звук паркующегося автомобиля.
Тогда я по своему обыкновению вскачу с кровати и прильну к окну, спрятавшись за занавеской, чтобы наблюдать за тем, как в окружении вышколенной охраны высокий мужчина покажется на крыльце и быстрой походкой пройдет в дом, а затем…
Затем я лягу в кровать и замру, обратившись в слух и боясь, что ручка двери в мою комнату дернется, пропуская в мой маленький кокон холодного блондина, который полностью заполнил собой мое глупое сердце.
Утро субботы принесло разбитость и, спускаясь к завтраку, я ждала встречи с боссом.
Федька принципиально ни разу не зашел в особняк, демонстрируя высшую степень своего пофигизма, правда, когда я приходила к нам в гостевой дом, всегда расспрашивал как я и что у меня происходит.
Вот такой вот противоречивый переходный возраст. Хотя. Можно радоваться. Чем меньше Федор общается с Кацем, тем мне спокойнее.
Федька без тормозов, может идти на рожон, а Димитрий…
Интуиция подсказывает, что Кац спуску давать не будет. Так что лучше военный нейтралитет, чем лобовое столкновение.
Сев за сервированный стол с пустующим центровым местом, налила себе кофе и взяла тост, намазала его маслом. Блюд на столе было достаточно, как всегда, но есть не хочется.
Не хочу признаваться себе, но я ревную.
Извелась за ночь.
Вопрос, в принципе, один: “Где Димитрий?”. Почему, живя с ним в одном доме, я могу видеться с ним только на работе.
 – Доброе утро, мисс Елецкая.
– Здравствуйте, Седрик.
Улыбаюсь, столкнувшись взглядом с добродушно-отстраненным мажордомом, который огорошивает меня:
– По приказу мистера Каца водитель вас ждет. У вас сегодня поход в торговый центр запланирован. Карта компании в вашем распоряжении. Приказ – полностью обновить гардероб. Ваши вещи не подходят статусу референта мистера Каца.
– Я еще не получила зарплату.
 – Мисс Елецкая, безлимитная карта, предназначенная для корпоративных расходов, в вашем распоряжении.