Фею не драконить! (СИ)

Вот ведь… драконы. У них даже аппетит не испортился от таких бесед. Ладно я. Я выросла в замке некромантов, у меня няня с какого-то момента была зомби. Но нормальные адекватные разумные существа все же должны как-то более ранимо реагировать, как мне кажется. А эти сидят… жуют. Вон, по второму куску мяса в рот отправили. Так они вообще все снова съедят, даже то, что я припрятала и сокрыла отводом глаз. А то ж позавтракать нечем будет.
В этом доме слишком много драконов, вот что я хочу сказать. И эти драконы слишком много едят. И самцы, и самки.
И, кажется, я что-то такое уже не единожды думала. Какая-то такая очень привычная мысль…
  
Глава 24
 
— Итак, получается, что вы с дедушкой всю некроактивность усмирили. Все останки из могильника подняли, провели соответствующие работы по… обезвреживанию, — нашла я подходящее сравнение. — Риата Летиция драконьим огнем обратила все эти древние кости в прах.
— Верно, — кивнула мама.
— Артефакт вы тоже уничтожили. Полностью.
— Да, все так, — снова подтвердила мама.
— То есть теперь пространственный карман, в котором обитают амазонки, безопасен. И значит, туда можно спокойно отправлять жить мужчин, которые захотят переехать.
— В целом да. Там, разумеется, остался некий фон. Потребуется время на то, чтобы он полностью улетучился. Но это остаточные явления, лихорадки уже не должно будет случаться.
— Я говорил с его величеством, — подал голос Ирден. — Он весьма заинтересован в сотрудничестве с амазонками. Предложить обмен жителями он не может в силу того, что Клайдберрис карликовое королевство и население здесь и так невелико. Но он выразил намерение предложить подданным Рогнеды работу телохранительниц для своей дочери, супруги, матери или сестры. Разумеется, под клятвы и под договорами.
— О… А я и не подумала, что такое тоже возможно, — хмыкнула я. — А ведь и правда. Те же Алкеста и Амалия, наверное, заинтересовались бы. Вероятно, и наш король, в смысле правитель Эстарина, может заинтересоваться.
— Маловероятно, — покачала головой мама. — Амазонки, с одной стороны, весьма выгодный союзник и поставщик хорошо обученных женщин-телохранительниц. С другой же, в их отношении к коронованным нанимателям отсутствует сдерживающий фактор. Нет политических и прочих договорных обязательств двух государств. Но да, как независимые наемники они будут хороши. Эстарин — густонаселенное королевство, своих магов и наемников хватает, но женщины-телохранительницы всегда пользуются спросом.
— Амазонки рискуют рассеяться по землям и потерять свою независимость и ядро, — заметила риата Летиция. — Мы обсуждали это с Рогнедой, Ирден. Она понимала, чем и как могут заинтересовать народы ее подданные. Не только жены и матери для орков, но и умелые воительницы.
— И что она думает на этот счет? — серьезно спросил дракон. — А то, может, мне уже есть что озвучить его величеству.
— Она хочет взять паузу, проводить только понемногу обмен молодежью, как и было оговорено с Кларой. А на заработки отпускать лишь небольшими группами и только под договоры с четким временным ограничением. Я ей подсказала мысль про гильдии. Так что, полагаю, в ближайшее время стоит ожидать регистрации международной гильдии амазонок. Высокооплачиваемые телохранительницы, не являющиеся подданными ни одного из королевств большого мира. А посредниками, я уверена, они выберут фей. Поскольку лишь феи могут открыть портал в их земли.
— Да, пожалуй, мысль хорошая, — признал дракон. — Но им понадобятся хорошие законники. В том числе нотариусы.
— Но нотариусы всегда только гоблины. Захочет ли кто-то из них перебраться в закрытые земли амазонок? — спросила я.
— Клара, деточка, ты видела драгоценности Рогнеды? Думаю, ни один из гоблинов не устоит перед вознаграждением, выплачиваемым драгоценными камнями.
— А… Ну да… — фыркнула я. А потом спросила Заразу, которая все это время сидела тихонечко и не привлекала к себе внимания. — А ты что думаешь?
— Я думаю пло свою каменюку. Папа Теодол ее сплятал в стазись. Но тиво, если у амазонек иссе есть голгульи? Я, знатит, не одна? Не леликтовая? Не вымелсая?
  
— Ну, допустим, ты реликтовая вне зависимости от того, найдутся ли другие горгульи. Ты же наша маленькая карликовая прелесть. А вот насчет вымершая… — Ирден погладил нечисть по голове, почесал пальцем за ушком, от чего она довольно прижмурилась. — Думаю, это покажет только время. Если другие горгульи и уцелели, то они настолько глубоко ушли в каменный сон, что мы сумеем их отыскать только случайным образом. Либо же нанимать и целенаправленно отправлять охотников за нечистью и искать. Ты бы хотела?
— Неть, — подумав, ответила Зараза. — Если они сплятались, знатить, были плитины. Истезнут плитины, и все, кто утелел, плоснутся. Или их лазбудят, как моя феетька лазбудила меня.
— А что со своей каменюкой будешь делать? Уже решила? — спросила я ее.
— Дя. Мы отнесем ее облатно к амазонькам. Он тистенький, но ему не место тута. Здеся только мине место. Пусть будеть тама.
— Это что еще за «тута», «здеся», «тама»⁈ — фыркнула я. — Ты же раньше так не говорила. У кого подслушала?
Зараза прикрыла рот передней лапкой и хихикнула.
— Гоблины так смесьно говолили. О! К ноталиусу Нольку приехала лодня. И плавнук. Сельезный такой, носатый. Тозе ноталиус. И они с насым сталым ноталиусом сполили. Плавнук говолил, сьто Нольку пола на покой и уступить место молодым. А нась Нольк посылал плавнука ловить золотисько в длугом голодке.
— Что еще за Нольк? — спросила моя мама.
— Это местный нотариус, — хором ответили я, Ирден и риата Летиция.
Мы переглянулись и рассмеялись. А я пояснила:
— Он очень старый. Очень-очень. Гоблины живут долго, и этому, наверное, уже полтысячи лет, если не больше. Он совсем седой и весь скрюченный.
— Но на покой не собирается уходить. Ничего не светит этому правнуку, — хмыкнул Ирден.
Посмотрел на меня. На Заразу. Снова на меня. Я кивнула.
— А вот и нотариуса мы нашли для королевы Рогнеды. Зараза, сколько лет этому правнуку и где он остановился?
— В тлактиле «У олька». Там зе, где наси зеененькие. А скока ему лет, я не знаю. Не сталый.
— У олька?
— В трактире «У орка», — пояснила я маме. — Там живут мои орки, которые следопыты. Ну и мы с Заразой хорошо знакомы с владельцем заведения. Бывали там не единожды.
— Кларисса Терезия! — строго произнесла мама. — Ты разгуливаешь по сомнительным трактирам, которые держат орки⁈ Рискуешь своей репутацией⁈
— Ма-а-м… Я вождь орков… — Я призвала топорик, продемонстрировала его и прыснула от смеха.
— О… — сконфузилась мама.
А драконица весело добавила:
— Да брось, Антилия. Ты сама-то…
— Но я некромант. А Клара всего лишь… — Тут она глянула на мои волосы. Вздохнула. И озвучила изменившиеся реалии: — Всего лишь феечка с волшебной палочкой, вождь племени орков с древним топором-артефактом. И жена дракона.
— Иссе моя хозяютька. Ты тиво, мама Антилия, забыля? Я зе нетисть! Я сийная боевая нетисть! Мы с Клалой те иссе фейки! Мы знаесь как на муссин охотиться умеем? У-у-у…. И у нас длакономузь от такенный!
«От такенный» дракономуж хохотнул.
— Ты прелесть, — улыбнулась мама и погладила Заразу.
Обговорив примерные планы, мы наконец все отправились спать.
Впрочем, насчет «все» я погорячилась. Мама ведь некромант. Для нее привычнее бодрствовать ночами, а не днем. А Зараза вообще нечисть.
Поэтому мамуля подхватила горгулью под толстое пузико, устроила у себя на руках:
— Доченька, пойдем-ка прогуляемся и пошушукаемся.
— Да, мам, — смиренно кивнула я.
— Я не тебе, Клара. Я хочу погулять с Заразой.
— Со мной? — удивленно выпучила глазенки горгулья. — Дотенька? Я дотенька?
— Ну ты же сама мне писала, что я ваша с Клариссой общая мама-некромант, — улыбнулась риата Монк и вдруг озорно подмигнула мне. — Я, конечно, не ожидала, что в столь взрослом возрасте обзаведусь еще одной дочуркой, да вдобавок такой необычной. Как-то больше рассчитывала, что появятся невестки, а я стану свекровью. Но… Или ты против? — спросила она у горгульи.