Фею не драконить! (СИ)

Нагревшая, чуть ли не закипевшая кровь. Раскаленная энергия, еще не моя, не превратившаяся в мою магию.
Странно, страшно, жутко, головокружительно. Восторг и ужас одновременно. И усталость ушла. Я снова была полна сил.
Огромный красный ящер остановил поток пламени, омывающий меня, наклонился, присмотрелся и спросил:
— Хорошо?
— Да, — улыбнулась я. — Спасибо.
Тогда здоровенный драконище повернул голову к сидящей поодаль нечисти и позвал:
— Прелесть, лови-ка! — И в нее тоже выдохнул струю огня.
И, возможно, мне показалось, но это пламя было немного иное. Не такое, как на меня. То есть Ирден действительно по-разному нас с горгульей омывал драконьим огнем.
— И-и-и, — верещала довольная Зараза и кувыркалась в воздухе, словно большая толстая лысая птица, купающаяся под дождем.
Это было настолько умилительно и комично, что никого не оставило равнодушным. Свидетели происходящего улыбались и переглядывались. Но Зараза добила всех финальным поступком. Как только Ирден перестал поливать ее огнем, она со счастливым визгом перелетела к нему, с размаху плюхнулась ему на морду, распласталась на переносице, раскинув в стороны лапы, крылья и хвост, и уставилась ему глаза в глаза.
У дракона от происходящего глазюки аж в кучу съехались, а нечисть лежала как розовая крылатая лягуха на его носу и довольно улыбалась во всю пасть.
Ирден покосился на меня, ища помощи. Говорить или шевелиться он опасался, чтобы не скинуть маленькую горгулью. Пришлось мне, давясь от смеха, подойти и бережно снять свою питомицу с морды дракона. Она сомлела от восторга и переполнявшей ее энергии и шевелиться не хотела. Только таращила глазенки и улыбалась.
— Конфету хочешь? — спросила я ее. — У меня осталась.
— Хотю. Клала… — позвала она.
— Что?
— Я вас с Ильденом люблю. Вы мои холосые, я вас обоих беле́ть будю.
— Ладно, — согласилась я. — И мы тебя тоже любим. И тоже будем беречь. Ты чудесная. Но как насчет говорить чисто и не картавить?
— А, это? Не… Из облазя выпадю. Скусьно.
— Ну не так уж и скучно, — фыркнула я и пошла к своим вещам искать обещанную конфету. — Да и образ можно придумать другой, взрослый.
— Сюмасасла? — лениво и беззлобно возмутилась она.
Прямо как в старые добрые времена, когда мы с ней вдвоем тихо и мирно жили и работали фейками и модистками. Как там наши розочки? Как там Зеркало, Ленточка, Ширма, Ножницы и Наперсток?
Надо быстрее заканчивать весь этот балаган с великими переселениями народов, сплавить какому-нибудь олуху топор вождя и сбежать в свой чудесный особнячок в Клайдберрисе. Я домой хочу. Шить наряды клиенткам. Болтать с артефактами. Ругать и воспитывать обнаглевшие розовые кусты. Заказывать вкусную еду с доставкой через Сержика, чтобы иметь возможность платить ему. А не вот это вот все… шаманы, орки, духи предков, амазонки, ночи у костра…
Вот бы Моника посмеялась, что я умудрилась вляпаться во все это. И это я! Девушка из чопорного и сдержанного рода некромантов.
Остаток ночи прошел… Да нормально, кстати, прошел. Испуганных и жавшихся друг к друг девушек-амазонок взяли под крыло взрослые орчанки. Могучие зеленые тетки командовали, не стесняясь. Может, у орков и не матриархат, но вот уж кому руку в рот не клади, так это орчанкам. Они сами кому хочешь голову открутят, руку откусят и скажут, что так и было.
Я не вмешивалась. Я вождь. Мне не по статусу обустройством гостей и новых членов племени заниматься. Приказ отдала, а дальше сами. В общем, все были при деле. Амалия и Алкеста о чем-то шушукались, но к другим амазонкам не шли, держались при мне.
Прилетел вестник от папы.
«Всех четверых на службу принял. Клятвы взял. Девушки будут помогать маме с травами, обе садовницы. Мальчишки пристроены к делу, завтра приступят к работе.»
«Спасибо, пап. Если что, пришлю еще. В ком есть потребность из живых слуг? Но амазонки только на обмен. Найди двух одиноких мужчин, готовых жениться, завести детей и провести остаток жизни в их городе.»
«Подумаю. Найду. Целую. Орки слушаются? Или мне кого-нибудь прикопать?»
  
Я с улыбкой переписывалась с папой, а тут и от братьев шлепнулись послания. Чего они не спят-то, а? Ночь же! Ну ладно я, у меня тут… Боги знают, что происходит. И не только боги, но и духи предков. А хотя, что это я… Ночь, время магов смерти. Совсем запамятовала, вот что значит не жить больше в семье некромантов.
Жан-Луи написал первым.
«Сестра, ну ты даешь! А еще амазонки будут? Красивые. Леандр переживает, что ты не вернешь Алкесту.»
«Амазонки будут еще, но не скоро. Папа подумает, кто вам там нужен.»
А следом и от Леандра прилетела записка.
«Клара, ждать ли возвращения тебя и Алкесты? Как орки? Если нужно, я прямо сейчас готов прийти и закопать всех, кто не подчиняется вождю. Открывай портал.»
Ах, хитрец!
Я жестом позвала Алкесту и показала ей записку Леандра. Говорить ничего не стала, но мне самой было интересно.
— Не сейчас, — подумав, ответила амазонка. — Мы живем дольше людей, я могу подождать, пока ваш брат повзрослеет, госпожа фея. Если вы позволите.
— Я не решаю за него, — пожала я плечами. — Только папа и дедушка, они главные. Но я знаю, что Леандр пока не обручен, невесту ему еще не нашли. Он некромант, учитывай. Все в роду Монк люди и некроманты, кроме меня и Заразы. Тебе стоит подумать. И еще момент… Леандр старший сын, он наследник и носитель родового дара. Если тебя не одобрит род, ты не сможешь быть с ним. Это сложно… Маму приняли, невзирая, что она из простой семьи, потому что она очень-очень одаренный маг именно стихии смерти. Тебе же нужно будет предложить что-то, кроме красивой внешности, здоровья и умения охранять.
— Поняла, — медленно кивнула Алкеста. — Я подумаю. Мне понравился ваш брат, светлая госпожа. Я готова была бы взять его мужем. Не сейчас. Но скоро, когда он повзрослеет.
Я кивнула и отошла.
Не хочу вмешиваться в личную жизнь своих братьев. Сами пусть решают. Им и так придется это всегда обсуждать с главами рода. С папой и дедушкой, с призраками рода. Ну или же поступить как я. Сбежать. Сделать все по-своему. Жениться. Доказать, что они взрослые, что могут жить самостоятельно и обеспечивать себя и жен. Не на словах, а делом это продемонстрировать. И только тогда их поступки будут приняты с уважением и адекватно. Не капризы и дурь юнцов, а продуманные действия мужчин. Приняли же маму, несмотря на ее происхождение. Потому что папа ее очень любил, а мама сильнейшая некромантка. И стало неважно, что она дочь простого аптекаря. Вот и с Алкестой так же может случиться. Если Леандр захочет, а она покажет и докажет, что чего-то стоит, то глядишь, и породнимся с амазонками. Хотя я не хотела бы этого. Алкесте не хватает образования, воспитания, понимания реалий жизни в старинном роду магов. Но если она сможет, то лишь Леандру решать.
Орки очень сильный народ, вот что я скажу. Потому что посиделки у костра на этом не завершились. Гости ведь, новые женщины…
Только я уже не в состоянии была выносить весь этот хаос. Я хотела спать. Желательно в комфорте. А потому подошла к шаману и с независимым видом ему заявила:
— Вернусь через два дня. Вы тут пока обживайтесь. Решайте, кто из мужчин отправится к амазонкам взамен прибывших девушек. Не обязательно совсем молоденькие парни, но мужчины холостые, здоровые и готовые к семье и детям.
— Духи предков укажут, вождь.
— Это уже без меня, — дернула я плечом. — И помните вместе с духами предков, у амазонок матриархат. И правит королева. Пусть идут те, кто готов подчиняться власти и новым традициям. Все как договаривались.
Мы с Ирденом отошли, и он меня спросил:
— Далеко собралась?
— Домой хочу. Не могу я тут ночевать. Ты видел шатры? Я ни за что не лягу на такое… такое. Там насекомые. Жестко. Грязно.
— Ты ведь маг бытовик.
— Я девушка. Я хочу в ванную, в мягкую постель и… и…