Фею не драконить! (СИ)

— Я с тобой, Кларисса! — четко, чисто и громко сказала мне на ухо нечисть, удивив до глубины души. — Вместе мы и феи, и вожди. Я не брошу.
Я подняла руку, не глядя погладила ее, куда дотянулась, а Зараза завыла и заулюлюкала, вторя шаману, и крикнула:
— Давай, Клара!
Ну я и дала… Мы сделали круг, поравнялись снова с Ирденом, и когда протанцевали в ритуальной пляске мимо него, он легким гибким, нечеловеческим движением поднялся, пристроился к нам с Заразой и стал повторять движения шамана. Последнего, к слову, ничего не смущало. Он камлал, вел вождя, а кто уж там пристроился к вождю… Дядька вообще как-то философски все воспринимал.
— Девчонки, вы же не думали, что я оставлю вас одних? — продемонстрировал мне сияющую улыбку дракономуж. Вскинул голову и завыл, словно огромный зверь, а потом заулюлюкал.
Шаман сильнее заколотил в бубен и повторил вой.
Зараза снова крикнула мне в ухо абсолютно внятно и разборчиво, без вечного своего картавого кривляния:
— Клара, повторяй! Пусть степь услышит нас. Пусть ветры донесут наши голоса к духам предков и звездам. Вой, Клара, ты свободна, как степная волчица… — И сама заклекотала, завыла в разных тональностях.
Ну а я что? Я засмеялась, да и завыла, вторя Ирдену, Заразе и шаману. И мы плясали, двигались вокруг костра, вскидывая ноги, кружась и издавая совершенно непонятные уже звуки. Что интересно, моя ручная нечисть не перелетела на плечи к дракону. Сейчас она была со мной.
В какой-то момент все племя присоединилось к нам. Только мы кружили по часовой стрелке, а они все в немыслимом хороводе пошли против, в противоположном направлении.
Это было невероятно, странно, дико, первобытно. Магии я не ощущала, орки не владеют ею, но было что-то… Не знаю в какой момент я почувствовала, что мы не одни. Воздух стал гуще, и словно добавились в наши два хоровода призрачные фигуры. Даже не призрачные, а словно состоящие из марева воздуха над раскаленными скалами, хотя степь не была раскалена, уже ночь…
Шаман продолжал вести нас в ритуале. А в какой-то один момент он как-то особенно закричал, хотя куда уж особеннее, и так сплошное безумие, стукнул в бубен в последний раз и опустил руки, остановился. И замерли мы все. Я еще пробежала по инерции несколько шагов, но тоже стала, а Ирден приобнял меня за плечи, придерживая и давая возможность отдышаться.
Шаман стоял с закрытыми глазами, покачиваясь и слушая нечто слышимое лишь ему. Племя молчало и внимало. Даже горгулья затаилась, она только тихонько и, кажется, машинально поглаживала меня по голове.
И тут орк открыл глаза и показал мне неприличный жест. Вернее, жест-то обычный, но на орочьем. Искала я уже его значение в библиотеке в свое время. Тот самый, который: «Ты избранная, ты в пути».
— Опять⁈ — воскликнула я. — Пришла уже! Вот же я. И амазонок вам нашла. Что опять не так⁈
Вредный старикашка улыбнулся во все клыки своей этой улыбочкой, которая меня уже бесит, и развел руками.
— Так говорят духи предков. Ты не закончила свой путь, вождь.
— У-у-у!!! — погрозила я в небо топориком, который сам прыгнул мне в руку. И возмущенно заявила ночному небу: — Так нечестно!
Звезды подмигнули мне в ответ.
Ирден засмеялся и спросил:
— Расскажи, старик, что говорят духи предков? Что предстоит моей жене?
— Ты укроешь крылом нашего вождя?
— Жену, — не поддался на провокацию дракон. — Только свою жену. Ее укрою. И, конечно же, Заразу. Она тоже член моей семьи.
Я хотела ответить, но тут на меня вывалился вестник от дедушки. Под любопытными взглядами орков, дракона и горгульи я его вскрыла и при пляшущем свете костра прочитала:
«Забирай в степь первую партию. Внучка, я тебя очень люблю, но жениться снова не намерен! Та квсем им и передай».
О как! У меня округлились глаза, я передала записку Ирдену, и в нее тут же уткнулся он сам и прилетевшая к нему на плечо любопытная Зараза.
— Ух ты! Дедуська Хенлик зенится? — снова стала она картавить.
— Не женится. После смерти бабушки еще никому не удалось его окрутить, — ответила я и поманила Заразу. — Иди сюда, переход откроем. Орки, готовьтесь, прямо сейчас к вам придут женщины-амазонки.
  
У орков начался переполох. Не успела я к ним явиться, как сплошной кавардак — и подарки, и волшебство, и веселая нечисть, и пир, и камлание. Хотя ладно, последнее у них случается регулярно. Шаман — дед настырный, на связь выходит регулярно и к своим духам предков, и ко мне во снах. А теперь вот перспектива пополнения членов племени не только в обозримом будущем, а прямо сейчас новые люди… то есть нелюди придут.
Я вздохнула и уже довольно привычным жестом разорвала пространство, ориентируясь на риата Доминго Хенрика Монка. С той стороны доносились возбужденные женские голоса, бряканье оружия, шаги.
— Дедушка! — позвала я.
— Дедуся Монк! — закричала одновременно со мной Зараза.
— Кларисса! — быстро подошел откуда-то сбоку глава нашего рода. — Зараза, — отвесил он приветливой нечисти кивок. Увидел Ирдена за моим плечом, дернул губами в намеке на улыбку и кивнул: — Зять.
— Дедушка, долго не удержу переход, — сразу обозначила я.
— Светлая госпожа! — подскочила к нему Амалия и уставилась на меня. — Вы не знаете, что с Алкестой?
— Я тут! — бросилась к нам ее бывшая напарница. — Амалия, я в порядке! Я служу фее.
— Ох… — с неимоверным облегчением ответила Амалия, обернулась, вскинула руку, отдавая кому-то честь, зажмурилась и сиганула в портал.
— Ишь ты… Какая резвая девица, — покачала головой дедушка. — Ваше величество, вы слышали. Командуйте.
Как оказалось, там королева Рогнеда ждала отмашки, а ее амазонки — приказа. И вот одна за другой в портал быстрым шагом переходили совсем юные девушки. Не военные, просто девчонки, желающие создать семью и готовые перейти из своего замкнутого мирка в пространственном кармане в степь.
Судя по одежде, небогатые. Но сильные и здоровые, готовые к замужеству, к новой жизни и к детям. И это правильно. Чем старше люди… в смысле разумные существа, тем сложнее им сорваться с насиженного места и рискнуть все изменить.
Две девушки лет семнадцати держали за руки по мальчишке. Одному лет восемь, второму около шести. Именно они быстро отошли в сторону, поспешили подойти ко мне и поклонились.
— Светлая госпожа, позвольте нам оставить здесь с собой и братьев. Если вы не разрешите, мы вернемся с ними обратно. Но если бы… Мы бы хотели остаться. Мы сироты.
— Разрешаю, — отрывисто бросила я. И крикнула: — Деда! Не удержу! Быстрее!
— В темпе! — скомандовала с той стороны королева.
И в портал полетели к нам в степь зашвыриваемые сильными руками тюки с вещами, и одна за другой в бешеной спешке стали прыгать остальные девчонки. Уже не размеренный переход, а практически вылет.
— Стоп!!! — крикнула я.
Уже шагнувшая к переходу еще одна амазонка с досадой поджала губы, но отступила.
А я выдохнула и уронила руки.
Ну и ну… А ведь я даже не спросила, как там мама и свекровь. Придется писать вестник. А хотя…
Я повернулась к амазонкам, оценивая кто же перешел и сколько. Итак, племя орков пополнилось на двадцать молоденьких красавиц и двух пацанят. Только вот слишком уж мальчуганы красивые и непохожие на зеленокожих, крупных и клыкастых орков. Не приживутся. Бить их будут часто и много, потому что уже сейчас я вижу, как на них смотрят девчонки-орчанки.
— Ты и ты, — поманила я к себе их сестер. — Зомби и нечисть не боитесь?
— Нет, светлая госпожа, — ответил вместо сестры мальчик постарше и улыбнулся во весь рот. — Мы их не видели никогда.
Она тут же ему отвесила легкий подзатыльник. У амазонок не принято мужчинам вести себя как лидеры. Пацан насупился, но упрямо повторил, низко мне поклонившись:
— Мы ничего не боимся, светлая госпожа. Исполним все, что прикажете.
— И я не боюсь, светлейшая фея, — блеснув глазенками, поддержал его второй мальчишка. Легко увернулся от и ему прилетевшего легкого подзатыльника, но тут же застеснялся и уткнулся лицом в бок сестре.