Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга (СИ)

- Гвиневера… - предупреждающим тоном произнес герцог. И она снова надулась, отвернувшись к стене. Но потом вдруг сказала:
- Нам помог светильник смерти!
- Каким образом? – Веллингтон насмешливо приподнял бровь. – Вы светили им в глаза играющим, чтобы они не видели карты? Или, может, вы пытали огнем тех, кто пытался жульничать?
Они с маркизом рассмеялись, весело поглядывая на нас.
- Нет, – Варежкина недовольно скривилась. – Мы просто вызвали дух вашего покойного батюшки, лорд Бекингем.
Я чуть не закашлялась, услышав это заявление. Она в своем уме?!
Мужчины тоже замолчали, глядя на нее такими взглядами, от которых у меня начали пылать щеки.
- Вы сделали что? – уточнил Закари.
- Вызвали вашего батюшку, - с готовностью повторила Лидуня. – Он и сейчас здесь. Говорит, что вам не стоит ругать нас, так как мы действовали во благо семьи. А еще его сиятельство хочет напомнить вам, что в детстве, когда он учил вас играть в карты, вы всегда повторяли одно и то же…
- И что я повторял? – Закари перестал улыбаться.
- «Когда я вырасту, то обязательно женюсь на толстой красивой женщине, как моя няня Рубинс. Потому что она добрая, знает много сказок и всегда ухаживает за мной», - улыбнулась Лидуня, а глаза маркиза полезли на лоб.
- Но откуда вам это известно?! Даже я почти забыл, что был влюблен в свою нянюшку!
- От вашего отца, - еще шире улыбнулась Варежкина. – «Есть многое в природе, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.».
Закари повернулся ко мне, но я лишь развела руками, подтверждая, что так и есть.
- Нет, я не готов к таким откровениям… - Гарольд выпил свой виски и указал на дверь. – Леди, идите спать. Теперь вы будете находиться под нашим контролем двадцать четыре часа в сутки.
Мы тяжело вздохнули и поплелись к двери. Но если честно, мое настроение все равно было хорошим. Наш план сработал: поместье вернулось к маркизу. Да и приключение вышло на славу…
- Гвен! Гвин! – окликнул нас Закари, и мы удивленно оглянулись.
- Спасибо за Ред Хаус. Вам и батюшке, - он искренне улыбался, глядя на нас. – Кстати, где он?
- Прямо за вами, - ответила я, и муж резко развернулся в кресле. – Мой свёкор напоминает, что у вас в кармане коробочка с серьгами, которые вы купили для меня в столице. Самое время их подарить.
Маркиз изумленно хлопнул глазами и, засунув руку в карман, вытащил оттуда бархатную коробочку.
- У меня нет слов…
- Ладно… что уж теперь… - оказалось, у герцога тоже имелся подарок. Он подошел к Лидуне и сказал: – Несмотря на ситуацию, в которой мы оказались, я хочу, чтобы вы носили это.
Варежкина с волнением открыла коробочку и ахнула:
- Что это?
- Кольцо моей матушки. Его ей подарил отец, когда делал предложение, - ответил Гарольд. – Примите его. Мне будет так спокойнее. Вы позволите?
- Я позволю, – выдохнула Лидуня, протягивая ему руку. – Я очень позволю!
Он надел на пальчик красивое колечко с сапфиром и поцеловал дрожащую от волнения ручку.
- Моя странная сумасшедшая любовь… Я вас никуда не отпущу.
- А я и не собираюсь уходить, – Варежкина прильнула к его широкой груди, блаженно прикрыв хитрые глаза.
Я же с восхищением рассматривала чудесные серьги с капельками рубинов. Какой же Закари внимательный!
- Наденьте их сегодня вместе с той сорочкой из красного шелка, – нагнувшись к моему уху, шепнул он, а потом вдруг посмотрел по сторонам. – Я надеюсь, сейчас мой батюшка не стоит рядом?
- Нет, - шепнула я в ответ, глядя через его плечо на дух покойного маркиза. На лице того сияла улыбка: он был счастлив.
* * *
Шиитаец лежал на широкой кушетке, прикрыв глаза. Боль постепенно уходила после тех порошков, которые гранд держал у себя в лаборатории. Рана на голове медленно, но заживала. В тот момент, когда его ударили по голове, он сразу понял, что нельзя подавать признаков жизни. Ведь если все станут считать, что помощник гранда мертв, то у него появится больше возможностей найти философский камень. Донгэй решил, что даже хозяин должен быть уверен в его исчезновении. Хватит существовать в роли вечного слуги! Пришла пора подняться на те высоты, которые позволят ему возвыситься над всеми!
 
Шиитаец прикинулся мертвым, замедлив сердцебиение так, чтобы его невозможно было ощутить. Так и случилось: все решили, что он мертв. Осталось только дождаться, когда девицы с мужчиной уйдут. Донгэй обыскал комнату, но философского камня в ней не обнаружил. Услышав голоса, он снова лег на пол, а через какое-то время его тело бросили в ледяное море.
Выплыть не составило труда. А вот чтобы согреться, ему пришлось пробраться в подвал маяка. Там шиитаец собрал всю ветошь, завернулся в нее и принялся ждать. При первой же возможности он забрался под днище кареты. Так Донгэй добрался до города.
Он стал свидетелем всего, что происходило в особняке, но его это мало интересовало. Нужно было отлежаться, зализать раны, а потом продолжать поиски. Кроме него никто не знал о лаборатории гранда, находящейся в подвале глубоко под землёй. Там шиитаец и скрывался. Он воровал еду по ночам, проникал в свою комнату за одеждой и эфирными маслами.
Пробраться в маяк было единственным желанием Донгэя. Возможно, красная тинктура спрятана именно там. Если придется убить всех, кто попытается помешать ему, он это сделает с полным равнодушием к нелепым жизням жалких людишек.
  
Глава 89
 
Глава 89
В этот день наши мужчины тоже приехали с хорошими новостями. Король дал свое согласие на строительство яхт-клуба на острове. Работы решили начать, как только сойдут снега и установится теплая погода. Планов у нашей большой семьи было множество. Но сейчас, в предпраздничные дни, совершенно не хотелось думать ни о чем, кроме наступающего Рождества. Сначала мы обсуждали идею собраться всей семьей в особняке де ла Серда, но потом отказались от нее. Вряд ли Адель снова захочет оказаться в месте, где прошли самые ужасные годы ее жизни. Да и маяк не хотелось оставлять без присмотра. Меня не покидало нехорошее предчувствие. Что-то подсказывало: это не конец истории.
- Но нас слишком много! - фыркнула Лидуня. – Мы не поместимся в маяке!
- За столом поместимся. А на следующий день уже решим, как жить дальше. Уверена, что сэр Брумс захочет увезти Адель в Морандию. Лаура наверняка останется в особняке отца, чтобы воплотить мечту о художественной школе. Тетушка Белладонна не бросит свой домик в лесу, а мальчишки скоро отправятся на учебу. Александр мечтает получить образование, и поверь мне, Кевин последует его примеру, - вздохнула я с некоторой грустью. Но жизнь продолжалась. Каждый должен был строить свое счастье, идти за своей судьбой.
- Останемся мы одни… - Варежкина вздохнула еще протяжнее, но потом довольно улыбнулась. – Хотя… У нас же родятся дети, да?
- Думаю, да, - у меня только от одной мысли сладко сжималось сердце. Я даже мечтать боялась на эту тему, чтобы случайно не сглазить. – Родятся обязательно! Хоть в этой жизни нам же должно счастье привалить?
- Главное, чтобы не завалило счастьем, - широко улыбнулась Лидуня. – Но если что, я не против.
После обеда мы отправились по магазинам, чтобы купить подарки для всех, кто соберется за рождественским столом. А это ни много ни мало четырнадцать человек. Плюс слуги из особняка де ла Серда. Но тут было проще, ведь существовали определенные правила: в подарок слугам входили рождественский пунш и золотая монета, а еще отрез на платье женщинам и обувь мужчинам.
В дом де ла Серда мы вернулись уставшие, но довольные. Герцог с маркизом укатили на встречу с владельцами яхт, чтобы провести рекламную акцию. Так что ужинали мы втроем. После чая Лаура ушла к себе разбирать вещи в шкафу. Девушка хотела отдать некоторые из них бедным. Мы же остались в гостиной, чтобы немного выпить вина.
Я сидела, вытянув к огню уставшие ноги, и млела от удовольствия. Что может быть лучше спокойного вечера в домашней обстановке?