Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга (СИ)

- Забеременела? – она посмотрела на свой живот, а потом побледнела. – И если это так, то отцом этого ребенка станут считать Карлоса?! О не-е-е-ет…
  
Глава 80
 
Глава 80
Приближалось Рождество. В городе только и было разговоров, что о внезапной женитьбе гранда и его не менее внезапной кончине. Никто не мог понять, что произошло. А узнать подробности тоже не удавалось. Слугам Варежкина строго-настрого запретила что-либо рассказывать, и они беспрекословно слушались. Их можно было понять: ведь бывшего хозяина слуги боялись до умопомрачения. Сейчас же все налаживалось. Почти все работники остались в особняке, с радостью служа леди Гвиневере де ла Серда. Тайну смерти гранда знала только я. Лида решила не распространяться на эту тему, что было, как мне казалось, правильным решением. Слишком много убийств было вокруг нас. Возможно, мужчины и догадывались о том, что в смерти Карлоса виноват не кусок мыла, но тоже благоразумно молчали.
О размере наследства мы без проблем узнали у нотариуса. Потому что по закону вдова в любом случае получала практически все. И его размер нас впечатлил… С десяток домов по всей стране, земли, счета в банках… Чтобы разобраться со всем этим, нужно было потратить не один месяц.
Городской особняк гранда утопал в роскоши. Но жить в нем Варежкина категорически отказывалась. Лидуню тянуло на остров. Туда она собиралась отправиться после того, как уладит все вопросы наследства. Ну а мы с маркизом находились рядом с ней. В особняк часто наведывался Веллингтон, и они с Закари могли по нескольку часов сидеть над архитекторскими чертежами. Идеей благоустроить остров загорелся даже Гарольд.
Ну а Лидуня не переставала строить планы по возвращению маркизу Ред Хауса. Она узнала, что граф по субботам играет в доме отставного генерала, и во что бы то ни стало решила обыграть его в преферанс.
- Ты в своем уме? – я удивленно воззрилась на нее. – Как ты собираешься выиграть у картежника?
- Ну, как бы я тоже не лыком шита! – возмутилась Варежкина. – Зря меня, что ли, твой Фунтиков учил?
- С его «наукой» мы можем выигрывать только у кучки дамочек в оборках, но не у человека, который в этом деле профи! – отмахнулась я от ее безумной идеи. – Он с тобой даже за один карточный стол не сядет! И вряд ли твой герцог одобрит то, что ты задумала!
- Это да… - грустно вздохнула Лидуня. – В наших мужчинах самая большая загвоздка. Ни Закари, ни Гарольд не позволят нам проникнуть в дом генерала в качестве игроков…
- И слава Богу! – проворчала я. – Это плохой план.
- Тогда все-таки придется воспользоваться светильником смерти, - спокойно заявила Варежкина. – Вообще беспроигрышный вариант. Вот он и выведет всех на чистую воду!
Мне, конечно, тяжеловато было представить весь процесс. Но я понимала, что переубедить Лидуню просто невозможно. Если она решила кого-то спасать, то обязательно это сделает. Причем ей даже согласие самого спасаемого не нужно.
Я сказала Закари, что мы хотим наведаться в маяк. И он поддержал эту идею. Ему самому хотелось пройтись по окрестностям, выбрать место для строительства.
На следующий день рано утром мы вчетвером отправились на остров. Погода стояла прекрасная, с неба падали редкие снежинки. Легкий морозец пощипывал щеки, а воздух был свежим и по-зимнему ароматным.
Завидев башню маяка, покрытую снегом, я почувствовала легкий укол в сердце. Хотелось прижаться к его холодной стене и сказать: «Мы не бросали тебя. Мы всегда будем здесь.».
По лицу Варежкиной было видно, что она тоже волнуется.
Домочадцы встретили нас слезами, объятиями и, конечно же, лавиной вопросов. От Элвина они знали, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Но мужчина не раскрыл ни единой подробности. Поэтому нам пришлось все рассказать с самого начала. Но сперва нужно было оповестить Лауру о смерти отца.
Несмотря на свое отношение к нему, девушка все равно расстроилась.
- Как это случилось? – севшим голосом спросила она.
- Он ударился головой в ванной, - ответила Лида. – Ваш дядюшка, донна Роза и сестра повезли тело вашего отца в Изуанию. Мы взяли на себя смелость предположить, что вы не захотите уехать с ними.
 
- О нет… Жить с ними я бы не смогла… - покачала головой Лаура. – Это выше моих сил.
Она отвернулась, скрывая слезы, но несколько тихих всхлипов все же донеслись до меня. Бедная, бедная девочка… Она ведь осталась совсем одна…
- Лаура, вы можете взять все, что вам захочется, из наследства отца, – Варежкина обняла ее за подрагивающие плечи. - А потом мы поможем нуждающимся.
- Мне ничего не нужно. Это грязные деньги. Единственное, что бы я хотела, это городской особняк, - девушка повернулась к нам, вытирая слезы. – У меня есть мечта. Открыть художественную школу.
- Замечательная мечта! – я взяла ее за руки. – Она будет для детей?
- Да. И в ней смогут учиться все, у кого есть талант, - полные слез глаза девушки загорелись. – Ведь сколько пропадает гениальных художников только потому, что у семьи нет возможности оплатить обучение.
- Ну вот! Нашим первым делом станет открытие художественной школы! – Лида радостно потерла руки. – Особняк отлично подойдет для этого!
Вокруг нас собралась вся семья. И пока мы рассказывали обо всем, что случилось, в теплом холле царила тишина. По глазам домочадцев было видно, что они не могут поверить в эту невероятную историю.
- Так вы теперь супруга гранда де ла Серда? – Мариса по привычке схватилась за сердце. – Но… как же это…
- Скорее вдова, - ответила Лидуня, бросая пылкий взгляд на герцога. – Но теперь все в безопасности. Больше никто не пострадает.
- Господь наказал этого ужасного человека! – вдруг воскликнул сэр Брумс, потрясая кулачком. – О-о-о… значит, совсем скоро я увижу свою дорогую Адель! Свою дочь!
Ученый снял очки и промокнул платочком глаза. Его плечи устало опустились. Видимо, он чувствовал то самое опустошение, которое охватывает человека по окончании долгого пути.
После обеда герцог с маркизом пошли осматривать остров. А мы с Варежкиной поднялись в свою комнату.
- Нам ведь еще предстоит похоронить останки бедной замурованной леди, - напомнила мне она. – Ее душа страдает!
- Точно. Мы обязательно организуем все это в самое ближайшее время, - я вспомнила жуткую комнату под землей и передернула плечами. – Может, послезавтра?
- Давай послезавтра, - согласилась Лида. – А теперь поговорим о светильнике. Для начала нам нужно сделать пробный вызов! Спросить у духа, что случилось на самом деле!
- И когда ты хочешь это сделать?
- Прямо сейчас! – Варежкина сделала зловещее лицо. – Не станем тянуть с восстановлением справедливости!
Через десять минут мы уже сидели перед артефактом. Мне было немного страшно, но присутствие Лидуни, как всегда, успокаивало.
Она зажгла лампу, и как только затрепетал золотистый огонек, прошептала:
- Дух покойного маркиза Бекингема, явись!
Совершенно не к месту мне захотелось смеяться. Мы вот так точно в детстве вызывали дух Пушкина, вставив в книгу ножницы. Варежкина зыркнула на меня, а потом тоже улыбнулась, догадавшись, о чем я думаю.
И тут по комнате пронесся сквозняк – предвестник появления призрака. Его дуновение было прохладным и каким-то потусторонним.
- Началось… - прошептала Лидуня, прижимаясь ко мне плечом. – Итак… где же вы, ваше сиятельство?
- Здесь.
Мы подскочили от неожиданности и, обернувшись, увидели полупрозрачный силуэт. При жизни это был высокий крупный мужчина с аккуратной бородой клинышком. Его улыбка очень напоминала улыбку Закари, как и насмешливо приподнятые брови.
- Как я понимаю, передо мной новая маркиза Бекингем?
- Д-да… - кивнула я. В отличие от мечущегося духа леди Сильвы, этот призрак казался очень даже живым. – Приветствуем вас, ваше сиятельство!
- Мы хотели спросить у вас по поводу расписки, – Варежкина как всегда пёрла,словно танк. Она уже пришла в себя и рвалась задавать вопросы. – Она настоящая?