Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга (СИ)

Я не стала смотреть на копию гранда и разгладила карту, о которой мы совсем позабыли в последнее время.
Пока мы пытались хоть что-то разобрать на карте, время плавно приблизилось к полуночи. Мягкий бой каминных часов поплыл по комнате, и потревоженные им щенки лениво заворочались.
- Ну что? Приступим? – Варежкина поставила светильник перед нами. – У-ух, как волнительно!
Она налила в резервуар масло, опустила фитиль и поднесла к нему спичку. Слабый огонек затрепетал, заискрился, вытягиваясь в длинный язычок. Кожа на моих руках моментально превратилась в гусиную.
Мы минут пять точно просто таращились на светильник, ожидая непонятно чего. Но он просто светился золотистым светом.
- Мне кажется, это просто сказка, легенда… В нем нет ничего сверхъестественного, - предположила я, чувствуя облегчение. – Люди любят придавать обычным вещам мистические свойства.
- Кто знает, может, ты и права, - в отличие от меня, Варежкина выглядела разочарованной. – Тогда жаль.
Она склонилась над светильником, чтобы задуть огонек, но в этот момент тихо зарычала Вельвет.
Мы посмотрели на щенков и увидели, что они подняли свои лохматые головы. Их взгляды были устремлены на дверь.
- Что происходит? – прошептала я, холодея от страха.
- Не знаю… - Лида подползла ближе к камину. – Давай-ка поближе к огню…
Мы не сводили глаз с двери. И когда вокруг нее образовался сероватый туман, собаки резко вскочили на лапы.
От ужаса у меня пропал дар речи. Я просто тупо смотрела, как из дымки, пронизанной серебристыми всполохами, появляется женское лицо. Нежные черты лица, большие грустные глаза, наполненные светом…
- Помогите мне-е-е-е… - прошелестело в воздухе. – Помогите-е-е-е мне-е-е-е… Сильва Гилмо-о-ор… Сильва-а-а-а…
- Да ты голова, Фунтикова! – обрадовалась Варежкина. – Так и Лицо начало исчезать, но тут произошло нечто совершенно невероятное. Портрет плавно перевернулся, и на его обратной стороне проступила карта. Вот только она была темного цвета со светлыми извилистыми линиями. Наша карта медленно поплыла по воздуху и соединилась с ней. Огонек светильника ярко вспыхнул, после чего погас, оставив после себя струйку черного дыма.
- Мама дорогая… - протянула Варежкина, глядя на карту огромными глазищами. – Ничего себе…
Мы склонились над ней, пытаясь понять, что это такое. И тут меня осенило.
- Да это же карта подземелья! Та, что у нас, изображает поверхность острова, а та, что на портрете – его внутренности! Смотри, вот маяк, вот колодец. И именно на этом месте карты соприкасаются. Помнишь дверь в туннеле? Видимо, с нее и начинается путь к тому, что спрятано под землей!
- Да ты голова, Фунтикова! – обрадовалась Варежкина. – Так и
есть!
- Но что нам пытался сказать призрак? Как мы можем спасти леди Сильву? – я вспомнила грустные глаза, в которых плескалась боль.
- Возможно, она имела в виду ее душу? – Лида аккуратно засунула светильник обратно в фонарь. – Я же теперь не усну! Меня просто распирает от эмоций!
Я чувствовала то же самое. Жажда узнать правду становилась все острее. Щенки же, наоборот, успокоились. Они снова развалились на своих матрасах, подставив шелковые животики теплу, идущему от камина.
* * *
- И что ты думаешь обо всем этом? – герцог с интересом взглянул на своего друга. – Закари, в доме гранда происходит нечто странное… Как бы я ни старался придать подслушанному нами разговору другое значение, увы, у меня ничего не получается. Лаура была напугана. Она обвиняла своего отца… И похоже, совсем небеспочвенно. Скажу тебе откровенно, я точно не ожидал узнать мрачные тайны семьи де ла Серда. Вот тебе и спустились к завтраку… 
- Думаю, гранд что-то скрывает ото всех. Недавно он похоронил свою сестру, которая скончалась от продолжительной болезни, но мы ее никогда не видели… А судя по тому, что говорила его дочь, де ла Серда не имел сестры. Он выдавал за нее другую женщину, которая, по всей видимости, была убита… - ответил маркиз, не сводя глаз с пляшущего в очаге пламени. - Как и незнакомые нам Патриция, Далила и иже с ними.
 
- Я хочу разобраться с тем, что происходит. Если гранд де ла Серда – злодей, то он должен поплатиться за свои преступления, - сказал Гарольд. – Но прежде чем предъявить ему что-то, нужно найти неопровержимые доказательства. Один подслушанный нами разговор – не повод обвинять Карлоса.
- Во всем этом каким-то боком замешаны сестры Гилмор. Они рыскали ночью по дому гранда, потом подслушивали под дверью… Хорошо, что они не заметили нас в нише у спальни Лауры, - маркиз не смог сдержать улыбки. – Девицы не так просты и, похоже, раскусили Карлоса. Но разве можно быть такими беспечными? Лезть в заведомо опасную авантюру?
- Да они сами не понимают, что делают! Взбалмошные девицы… - раздраженно произнес герцог. – Для них это похоже на сюжет женского романа!
- Карлос положил глаз на Гвендолин. Но мне почему-то не верится в его искренние чувства к ней, – Закари, сам того не ожидая, разнервничался. – Но какую выгоду можно поиметь с сестер?
- Может, остров? – предположил герцог. – Но это более чем странно. Безжизненный пятачок суши среди бушующих волн.
- Если только он тоже не верит в некие мифические сокровища, спрятанные в его глубинах, – Бекингем произнес это насмешливо, но его глаза оставались серьезными.
  
Глава 54
 
Глава 54
С визитом к тетушке Белладонне мы затягивать не стали и направились к ней сразу после завтрака.
- Ты заметила, что как-то тихо сегодня? – спросила Варежкина, когда мы вошли в лес.
- Заметила, - прошептала я, чувствуя легкий мандраж внутри.
Лес действительно казался застывшим в этом странном безветрии. Ни одна веточка не колыхнулась за все время, пока мы шли к дому ведуньи. Не было слышно даже такого привычного стука дятла и хриплого карканья седого ворона, вечного жителя еловых крон.
И тут я обратила внимание на странный звук, доносящийся из-за кустов усеянного красными ягодами остролиста. Он был похож на чей-то тоненький плач. Может это какая-то лесная птичка?
Но Лида тоже услышала его.
- Валь, плачет, что ли кто-то? Но кто может плакать в лесу?
И тут меня словно жаром обдало.
- Кевин!
Мы бросились в ту сторону, спотыкаясь о корни деревьев, которые, словно специально, появлялись на нашем пути. В голову лезли страшные мысли, но я старательно их отгоняла. Нельзя думать о плохом… нельзя думать о плохом…
Но мантра не сработала. Это действительно был Кевин, он сидел на трухлявом пне, поросшем ржавым мхом, и плакал, опустив голову. Его худенькие плечи так жалобно вздрагивали, что у меня душа перевернулась.
- Кевин, что случилось? Что ты здесь делаешь? - Варежкина упала рядом с ним на колени. – Ну посмотри на меня, пожалуйста!
Мальчик поднял залитое слезами лицо и, заикаясь, сказал:
- Ба-ба-бушка пропала! Ушла вче-вче-вчера вечеро-о-ом и не верну-ну-нулась!
- Что? – вот тут я по-настоящему испугалась. – Как: не вернулась?
- Я иска-а-ал ее! Везде хо-хо-ходил! – Кевин уткнулся носом в плечо Лиды. – Бабушка-а-а-а!
- Так, пойдем-ка домой. Нечего на холоде сидеть, - она подхватила его на руки. – Сейчас разберемся!
В доме было холодно, очаг тоскливо темнел потухшей топкой, и я сразу пошла в комнату, где находилась Адель. Сердце бухало в груди с такой силой, что я ощущала его своими ребрами.
Она сидела на кровати, держась трясущейся рукой за спинку, и напряженно смотрела на дверь.
- Господи… это вы…
- С вами все в порядке? – я накрыла ее шерстяным пледом. – Сейчас мы растопим очаг.
- Со мной все хорошо. Только слабость, но это ерунда. Где тетушка Белладонна? Кевин? – Адель волновалась так сильно, что я начала переживать и за нее.
- Кевин дома, а тетушку Белладонну мы сейчас поищем, - пообещала я. – Ложитесь обратно в постель.
- Нет, я не хочу лежать, - упрямо произнесла она. – Я уже в состоянии делать какую-то работу. Тетушка ушла еще вечером, а рано утром убежал Кевин. Еще темно было. Мне страшно, Гвен…