Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга (СИ)

- Не кому, а чему! – Лидуня закатила глаза и улыбнулась, как глупышка, демонстрируя свои мелкие зубки. – Гвендолин мечтает реставрировать механизм для подъемного моста, но переживает, что ему никто уже помочь не в силах.
- Как интересно. А механизм еще находится на своем месте? – с любопытством поинтересовался Карлос.
- Да. Мы заметили его во время одной из поездок, - ответила я, мысленно хваля Лидуню за сообразительность. – Но вряд ли из этого что-то выйдет. Тем более на такие грандиозные работы у нас нет средств.
- Если вы позволите, я мог бы посмотреть на него, - вдруг предложил гранд. – Если механизм возможно починить, я помогу вам. Подъемный мост обезопасит остров от незваных гостей.
- Это было бы чудесно! – воскликнула я, а сама подумала: «Дураку понятно, что остров ты для себя готовишь. Почему бы и мост не построить. А мы можем и согласиться… Только этот мост от тебя и будет защитой!».
Гранд проводил нас в столовую, где уже собрались все, кто присутствовал на ужине. Не было только Лауры, но и то, по понятной причине. По крайней мере, понятной нам.
Девушка присоединилась ко всем минут через десять после нашего появления. Ничего не указывало на то, что она плакала, лишь легкая бледность выдавала ее состояние.
За завтраком барон напомнил нам, о том, что все семейство мечтает побывать на маяке, и мы с Варежкиной пообещали, что дадим знать, как только выберем день для визита....
  
Глава 52
 
Глава 52
Ночная вьюга успокоилась. Свежевыпавший снег искрился россыпью алмазов. И новый день обещал быть погожим.
Когда наш экипаж выехал за ворота особняка де ла Серда, я испытала такое облегчение, будто с меня свалился мешок с камнями. Варежкина тоже заметно повеселела. Но вот поговорить, конечно, возможности не было. С нами ведь ехала Салма, которая, кстати, тоже выглядела так, словно вырвалась из вражеского плена.
Грэйс повернул экипаж на улицу, ведущую к главной площади, и я улыбнулась, наблюдая в окно как стайка ребятишек направляется с санками в сторону парка. Чудесная беззаботная пора…
Дадли написал нам список: что нужно приобрести в городе. В нем были удобрения, садовые инструменты и, конечно же, семена, которые нужно высеивать на рассаду в декабре. Я с интересом пробежала взглядом по названиям, и перед моими глазами замелькали яркие пейзажи. Вот если бы удалось украсить остров нежными бутонами и разноцветными махровыми шляпками цветов! В списке были: хризантемы, петунии, вербена, лобелия, виола, алиссум, гвоздика, львиный зёв, лаванда, горечавка, купальница и даже какой-то флокс метельчатый. 
Садовая лавка находилась в самом конце магазинного ряда. В ее стеклянной витрине стояли горшки с цветами, а между ними керамические емкости со свечами. Я сразу догадалась, что их использовали для обогрева этой стеклянной ниши. В темное время суток вид на витрины с подсвеченными растениями, наверное, был просто шикарным.
Салма вышла из экипажа вместе с нами. Мариса попросила купить меда и рыбы, так как решила побаловать нас треской, тушенной в меде и вине.
Внутри лавки витал терпкий запах сырой земли, а к нему примешивались легкие ароматы цветущих растений. На высоком деревянном стеллаже стояли ящички с красиво подписанными пакетиками. На них даже были нарисованы цветы, которые должны вырасти из семян. Второй стеллаж был забит ручным садовым инструментом и большими перчатками из грубой холстины.
- Чем я могу помочь таким прекрасным леди? – полная пожилая женщина в чепце с лентами подняла голову от расходной книги. – Я хозяйка этой лавки, госпожа Тутси.
- Нам нужно все, что указано в этом списке, госпожа Тутси, - я протянула ей лист, исписанный крупным неаккуратным почерком Дадли.
- Ах ты ж, филипендула вязолистная! Сейчас посмотрим, мои красавицы… - она нацепила на нос очки в серебряной оправе. Вскоре на ее розовощеком лице появилась улыбка. – О-о-о… да, да, да! Семена этих цветов скоро пора отправлять в ящики с плодородной землей! Но сначала я соберу вам инструмент.
 
Женщина засуетилась, выкладывая на прилавке садовые прибамбасы. Как городской житель, названий некоторых я даже не слышала. Зато она знала их все.
- Корнеудалитель, совок посадочный, мотыжка, грабли витые и грабли кривые. Готово! Что-то еще?
- Да… Нам бы хотелось украсить комнату живыми цветами, - сказала Варежкина, оглядываясь по сторонам. – Что бы вы нам посоветовали?
- Возьмите папоротник-меченосец. Он любому помещению придаст атмосферу шика! – госпожа Тутси указала нам на молодой папоротник. – Посмотрите, какой красавец! А еще могу посоветовать приобрести Иерусалимскую вишню. Она добавит красок вашему дому!
Женщина скрылась в подсобке и появилась оттуда с кашпо. Маленькие оранжевые плоды, щедро рассыпанные по темно-зеленой шапке листьев, не очень напоминали вишню, но хозяйка лавки сразу предупредила, что к концу декабря они приобретут ярко-красную окраску.
- Мы возьмем два папоротника и две вишни! – глаза Варежкиной загорелись. – А еще вот эту прелесть!
Она кивнула на большой горшок, в котором росло достаточно большое растение с крупными кожистыми листьями.
- Это филодендрон, - госпожа Тутси ласково погладила широкий лист. – Отличный выбор, леди. Сейчас вам все упакуют. Может, пока выпьете чаю? У меня есть невероятно вкусное печенье!
От чая мы не отказались и, усадив нас за круглый столик, хозяйка магазина опять нырнула в подсобку. Оттуда сразу же донесся ее громкий голос:
- Марта! Гретта! Где вы ходите?! Ах ты ж, филипендула вязолистная! Вертихвостки!
Пока мы наслаждались ароматным чаем, помощницы госпожи Тутси упаковали цветы в плотную бумагу, а сверху обмотали мешковиной. Теперь они должны были доехать до маяка без проблем. Остальные покупки женщина сложила в большую корзину, которую мы купили здесь же. В нее как раз влезли садовые инструменты и пакетики с семенами.
Установив горшки с цветами в салоне экипажа, мы, наконец, покинули город. Я жадно смотрела в окошко кареты, потому что мне как никогда хотелось увидеть башню маяка. И пусть из него уже давно не исходил спасительный свет, разрезая штормовое небо, я чувствовала его душой. Этот свет был намного теплее, уютнее… На него хотелось идти, бежать. Лететь… Свет нашего дома.
- Как же хорошо! – Варежкина упала на кровать и раскинула руки, глядя в потолок. – Нет ничего лучше этого места! Что скажешь?
- Я думала об этом почти всю дорогу, - усмехнулась я, поглаживая мягкие затылки Тьмы и Вельвета. С того момента, как мы вошли в двери, они не отходи от нас ни на шаг. – Мне кажется, я уже срослась с маяком. Не представляю себя нигде больше. Похоже, нас принял и он, и живущие в нем привидения.
- Ага… - довольно протянула Лидуня, а потом села и взяла в руки фонарь, стоящий на столике. – И светильник мы спёрли… Красота же.
- Да, если бы не гранд, вообще все было бы прекрасно, - проворчала я, но потом подмигнула Варежкиной. – Вот бы он нам мост построил, а? Нет, ну есть же бабы, которые мужиками вертят, как хотят, в своих целях…
- Ты не из тех баб, Фунтикова, - она скептически взглянула на меня. – Ты же простая, как угол дома. Вот честно тебе скажу: тебе до соблазнительницы, как до Парижа на фанере.
- И что? – я даже немного обиделась на ее слова. Любой женщине хочется быть пленительной нимфой. – Я могу научиться! Тем более для такого-то дела! Ты знаешь, что есть пять правил коварной соблазнительницы?
- И что это за правила? – Варежкина легонько потрясла фонарь, заглядывая внутрь. – Интересно, как это работает?
- Королевская стать, безупречность во внешности, демонический взгляд, грудной голос, уверенность в собственных силах… - перечислила я. – В журнале как-то попалось, запомнила.
- Ой, я не могу! – захихикала Лидуня, отставляя фонарь. – Была у меня соседка Шурка Абыхвост. Дебелая баба. На голове «дулька» из жидких волос, плечи, как у вэдэвшника, а от мужиков отбоя не было. Последний Шуркин, за которого она замуж вышла, жену красавицу бросил ради нее. А ты говоришь: безупречная внешность…