Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга (СИ)

Мы спустились к морю, цепляясь за холодные камни. И когда мои ноги почувствовали мягкость песка, я облегченно выдохнула. Здесь снега почти не было. Лишь небольшие его заплаты виднелись у основания скал да вокруг больших валунов.
- Посмотрите туда! – ученый взмахнул рукой, показывая нам на что-то между двумя скалами, похожими на сомкнутые драконьи крылья. – А вот и он!
Действительно, то, что находилось между ними, напоминало вход в грот, заваленный камнями. Хотя, вполне возможно, это сама природа постаралась скрыть пещеру, устроив обвал.
- Подозреваю, что контрабандисты в прилив заплывали сюда на лодках и использовали грот как склад, - сказал сэр Брумс, сняв один из камней. Он отшвырнул его в сторону, после чего посмотрел на Грэйса и Дадли. – Справимся?
- Здесь вполне достаточно разобрать небольшую часть, чтобы попасть внутрь, - ответил Дадли. – Втроем мы сделаем это очень быстро.
Варежкина ринулась было помогать, но я остановила ее.
- Аллё, ты леди! Опомнись! Пусть мужчины сами занимаются этим.
Лидуня что-то недовольно проворчала, но свой пыл все-таки поумерила. Сложив руки за спиной, она нетерпеливо расхаживала по песку, поглядывая, как работают мужчины.
- Вряд ли здесь тебя ждут сокровища. Грот - это не пещера, а просто углубление в скале, - насмешливо сказала я. – Правильно сказал сэр Брумс: максимум, что мы можем обнаружить, так это пару ящиков с бутылками.
- Ты как всегда со своей ложкой дёгтя! – проворчала она, останавливаясь. – Но я верю в чудо!
- Я же не против. Каждый во что-то верит, - я направилась к гроту. – Пойдем, по-моему, мужчины добрались ко входу.
- В эту дыру можно пролезть совершенно свободно! – радостно сообщил нам сэр Брумс. Его дорогое пальто было испачкано, как и светло-серые штаны. Но ученый не обращал внимания на такие мелочи. – Леди, сначала туда проберемся мы, потому что это может быть опасно.
Варежкина затрясла головой, давая понять, что она не против. Но только чтобы они поторопились. Была бы ее воля, она наверняка бы уже торчала из дыры пятой точкой кверху.
Первым в грот пролез Дадли, а следом за ним отправился сэр Брумс. Через минуту раздался его голос:
- Вы можете присоединиться к нам!
Грэйс помог подняться по камням, а с той стороны нам помог Дадли. Минута и мы уже внутри.
Мне почему-то казалось, что в таких местах обязательно должно пахнуть рыбой, водорослями и всем тем, что обычно исторгает море из своих глубин. Но воздух в гроте был чистым. Лишь легкий аромат йода дразнил обоняние своим тревожным звучанием.
От фонарей, которые мы захватили с собой, света было мало. Но все же его хватало, чтобы рассмотреть все, что нас окружало. Стены и потолок серебрились от инея, придавая этому месту сказочной таинственности. Камни с причудливыми очертаниями казались живыми под дрожащими огоньками. Но больше всего меня поразили ледяные кристаллы, похожие на диковинные цветы.
- А я оказался прав! – раздался довольный голос сэра Брумса. – Посмотрите, леди, это ведь настоящий «Стальной крюк»! Дорогой и довольно редкий в наших краях ром! Правда, его здесь совсем мало!
Мы подошли к находчивому учёному и увидели несколько полусгнивших ящиков с парой уцелевших бутылок. Вокруг все было усеяно стеклом. Еще под нашими ногами валялись остатки упаковки от табака.
- Увы, это все, чем богат наш грот! – ученый потряс бутылками. – Но и это славная добыча!
- Нужно возвращаться, леди, - сказал Грэйс. – Поднимается ветер. Под такими порывами трудно подниматься наверх.
Они пошли к дыре. Но мой взгляд вдруг наткнулся на кое-что очень необычное. Это была надпись, высеченная на камне. Свет моего фонаря совершенно случайно упал на нее… Если бы я не подняла его чуть выше, надпись осталась бы незамеченной в глубокой и темной каменной складке.
- «Лицо бездны перед тобой»… - прочла я и быстро пошла следом за остальными. Грот оказался не так прост, но раскрывать его тайну я не торопилась. Сначала все расскажу Варежкиной.
  
Глава 42
  
Глава 42
- Что? Там была надпись?! – моментально возбудилась Лидуня, услышав о моей находке. – Почему ты сразу мне не сказала?!
- Да, потому что хотела это сделать наедине! – я удивленно взглянула на нее. – Ты ведь совсем недавно переживала, что кто-то найдет твой клад!
- Ах, ну да… - она нахмурилась. – Что там было написано?
- «Лицо бездны перед тобой», - ответила я, пытаясь вспомнить, где мне попадалось нечто похожее. – Что-то очень знакомое во всем этом…
- Естественно! Надпись на колодце и надпись на могиле Илоны! – Варежкина порылась в ящике стола и сунула мне какую-то бумажку. – Вот. Я все записала.
Я развернула ее и прочла: «Кто осмелился прикоснуться к тьме, ушли в нее навсегда. Оставь бездну в покое, иначе она повернется к тебе лицом.».
«Проходя мимо, остановись. Подумай обо мне. Когда-то я была такой же. Но, испытав на себе человеческое безразличие, умерла в расцвете сил. Как я сейчас, так и ты будешь. Готовься к встрече с бездной и следуй за мной.».
- Во-от! Первую надпись обнаружил на колодце Грэйс, а вторая – это эпитафия на могиле леди Илоны. Везде упоминается о какой-то бездне, – Лида задумалась. – «Лицо бездны перед тобой»… Может, именно в гроте находится эта самая бездна!
- Но надпись на колодце звучит как предупреждение, - я потрясла бумажкой перед ее носом. – Тебе так не кажется?
- А может, это специально?! Чтобы остудить горячие головы с любопытными носами! – парировала Лида.
- Тогда лучше было бы вообще не оставлять никаких надписей! – не сдавалась я. – Тем более в гроте нет ничего, что привлекало бы внимание. Он пуст!
- Нет, нам нужно спуститься туда еще раз, - взгляд Варежкиной стал упрямым. – Просто проверим там все вдвоем. Завтра утром. Нас еще ждет тайник в комнате смотрителя. Не забыла?
Весь оставшийся день мы провели за тем, что выбирали мебель, шторы и ковры в свою будущую спальню. Варежкина даже извлекла из сундука пыльный балдахин с побитым молью верхом.
- Зачем это? – я не особо любила все эти пылесборники, но она была непреклонна.
- Во-первых, это красиво, во-вторых, балдахин спасает от сквозняков, а в-третьих – его можно закрыть, когда солнце бьет прямо в глаза. Нужно попросить Марису, чтобы она привела его в порядок.
- Слушай, нам нужно как-то свести Кевина с Александром, - я сложила шторы и взялась за скатерть. – Первый раз оказался неудачным, но Белладонна сказала, что мальчишки все равно подружатся. Может, пригласить его на уроки сэра Брумса?
- Отличная идея! – поддержала меня Лида. – Кевину тоже нужно учиться. Мы обязаны дать ему образование. А теперь я должна подумать, какая картина займет место в нашей новой спальне.
Она с задумчивым видом подошла к картинам, стоявшим у стены. Их Варежкина прихватила из «Зеленого плюща» несмотря на мои протесты. На одной из них была изображена странная птица, держащая в клюве лавровую ветвь. То, что это точно не голубь, я могла бы поклясться на Библии, но художник, видимо, считал иначе. Как и Лидуня. Да и вообще, увидеть в чудовище с горящими адским пламенем глазами птицу мог только человек с неуемным воображением.
- Ты не понимаешь! В картине есть скрытый смысл! – внушала мне Варежкина, пакуя сие произведение искусства. – Но ты, Фунтикова, слишком приземленная, чтобы его понять!
- А здесь какой скрытый смысл? – я кивнула на обнаженного Гермеса, парящего над стайкой девушек. Они протягивали к нему руки со скорбным выражением лица. Возможно, девушки скорбели, что он пролетает мимо: ведь художник наградил Гермеса очень серьезными достоинствами, которые трудно было не заметить.
Эту картину Варежкина сняла со стены в спальне мачехи.
- Просто красивая картина! – огрызнулась Лида. – Что может быть прекраснее физически развитого человеческого тела? Тебе, как врачу, это должно быть понятно, как никому другому!
- Мне непонятно, почему в одном месте это тело чересчур развито! Это не будет висеть в нашем доме! – предупредила я ее. – Ясно тебе?